Чтение онлайн

– Полное дерьмо, - прошептала она Энджел настолько громко, чтобы все в комнате могли услышать ее, - Его куратор сказал, что он продавал наркотики на стоянке для машин, но никто еще его не поймал на этом. Они обыскали его шкафчик и вещи. В конце концов, когда они уже в третий раз обыскали его машину, они нашли пакетик с наркотиками и начали ликовать прямо там. Я имею в виду, что он начал продавать их с седьмого класса, но у них не было доказательств, потому что тот хорошо скрывался.

– Черт, как ты об этом узнала? – удивился Даррел, который все возился со степлером за столом миссис Моузли. Сама миссис Моузли вышла, оставив нас всех наедине, включая Корда, который сидел через пару компьютеров от меня и слушал свой iPod.

– Ты ничего не знаешь.

– Ага, я ничего не знаю, - начала отпираться Кензи. Я развернула свой стул и могла видеть, как кончики ее ушей покраснели, а сама она небрежно вертела ножницами в воздухе. Это не было опасно для Даррела, но достаточно, чтобы пригрозить, - Моя подруга ходит в эту школу, и она постоянно покупала у него, - к этому времени Кензи уже не шептала; я взглянула на Корда, который выглядел непричастным ко всему этому. Что, возможно, было хорошим знаком. Я не знаю, что бы они сделали с ним, если бы он устроил разборки в свой первый день на общественных работах, но это явно не закончилось бы хорошо.

Даррел усмехнулся.

– Твоя подруга, - сказал он в «кавычках», - Хотя, не важно.

– Да, не суть, - ответила Кензи.

– Чего пристал, Даррел? – сказала Энджел, но сказала тихо. Все знали, что Энджел и Даррел были друзьями уже очень давно, - Во всяком случае, это тебя не касается.

Он взглянул на Энджел и потряс головой.

– Кензи, ты уже погрязла в этом. Ты думаешь, что знаешь все обо всем, - сказал он, наконец, скрепив степлером свои бумаги и прогулочным шагом возвращаясь к своему компьютеру, - Не забивай голову дерьмом, - пробурчал он и уселся на стул.

– Верно, продолжай, Даррел, - сказала Кензи, глубоко вздохнула и добавила что-то, и они с Энджел замолчали.

Я развернулась к своему компьютеру, благодарная, что никто не пытался втянуть меня в это. Я уже имела опыт в этом с Кензи – она постоянно называла меня Супермоделью и вставляла свои колкие комментарии о сообщениях со мной. Как же мне хотелось, чтобы она поскорее закончила свою брошюру или родила, тогда ей пришлось бы уйти, и все мы обрели бы спокойствие.

Миссис Моузли вернулась в кабинет и посмотрела на часы.

– Никто не хочет пойти на перерыв?

Мы, по обыкновению, все встали. Не важно, нужно ли тебе было идти в комнату отдыха или нет, перерыв нужен был для того, чтобы твои глаза отдохнули от компьютера, или уши от Кензи.

Мы толпой пошли вниз по коридору. Кензи и Энджел свернули в дамскую комнату, а Даррел нырнул в мужскую. Корд стоял напротив доски с бюллетенями, уставившись на нее, как будто она была самой интересной вещью, которую он когда-либо видел в жизни. Мак же, как обычно, направился к аппарату со сладостями, который находился под лестницей.

Я попусту бродила по лестничной клетке, иногда посматривая в сторону автомата со сладостями. Кроме того случая, когда он сказал Кензи и Энджел оставить меня в покое, я никогда не слышала от Мака и слова. День за днем он тихо сидел на своем месте, кликая, кликая и еще раз кликая своей мышкой, заткнув наушники в уши. Миссис Моузли никогда не спрашивала о его продвижениях с проектом. Она никогда не предлагала прочитать его работу. Она никогда не помогала ему советом. Даже тогда, когда она стояла рядом с моим компьютером, и ее плечо буквально терлось об него.

Мне хотелось узнать о Маке. Многое. Мне хотелось узнать, какая у него история, ведь она скорее всего была единственной, которую Кензи не знала. Или, по крайней мере, единственной, которую она не рассказывала на каждом шагу, если знала.

Я наблюдала за его тенью, как он вставлял монетки в автомат и нажимал разные кнопки. Рукава его куртки были закатаны по локти, обнажая его бледную, белую кожу. Его штаны съехали вниз, они были грязными и порванными на манжетах.

– Хочешь горячие тамале? – спросил он, и я поначалу не поняла, что он говорил со мной.

– Чего?

Он не повернулся, однако повторил.

– Хочешь горячие тамале? – а затем добавил, - У меня есть лишние центы.

– Оу, - я сделала пару шагов к нему, заправив волосы за уши, - Да, конечно.

Он вставил несколько монет в автомат и нажал кнопки. Пачка горячих тамале выпала в низ автомата, и он нагнулся, чтобы забрать ее. Он отдал ее мне, при этом ни разу не посмотрев мне в глаза.

– Спасибо, - я взяла пачку и начала срывать упаковку.

– Без проблем, - он вскрыл свою упаковку и запрокинул голову, закидывая конфетки прямо в рот. Я чувствовала запах корицы.

Я не была уверена, что сказать ему. Я знала о нем так мало, что начать разговор казалось просто невозможным. Мне было любопытно, но я не хотела совать нос не в свои дела, задавая ему кучу вопросов. Мне нравилась моя анонимность, если можно так сказать, и я ненавидела, когда Кензи считала своим долгом говорить о моих делах, так что, кто я такая, чтобы лезть в личную жизнь других людей?

Но я чувствовала себя глупо, когда просто стояла и молча ела конфеты, так что я спросила наименее напористый вопрос, который пришел мне в голову.

– Ты учишься в Честертоне?

– Теперь нет.

– Оу.

Двери уборных со свистом открылись, и я слышала разговоры где-то на заднем плане. В какой-то степени я чувствовала, что я и Мак были в своеобразном укромном месте, скрытом в тени лестницы, вдалеке ото всех, вне всей этой драмы.

– Но ты ходил в нее? – спросила я.

Он кивнул, пережевывая конфеты.

– Пару месяцев назад. Мы вместе ходили на отечественное искусство в девятом классе. Ты была в паре с Вонни.

– Она моя лучшая подруга… Вроде, - добавила я. До этого я видела Вонни в коридорах школы. Она прогуливалась с Уиллом Мэбри, который приобнимал ее. Я махала ей рукой, удивлялась, когда же они с Уиллом стали так близки, и почему она не подходила ко мне, чтобы рассказать об этом, но она не замечала меня – по крайней мере, я думала, что она не увидела меня – и просто прошла мимо.