Чтение онлайн

– Ну, дай-ка подумать?- протянула она, будто что-то вспоминая. – Не смотря на все тенденции моды,- она рукой указала вниз, где на жарком июньском ветру развевалась ткань просторного длинного сарафана, всё ещё не вышедшего из популярности в новом сезоне,- ничто уже не может скрыть мой живот. Так, что да, меня немного сводит с ума мысль, что каждый решит, будто мы поженились из-за этого.

– И ты с ними согласна?

Кира прикрыла глаза и, не отвечая на вопрос, сменила тему.

– Я люблю тебя, Тём.

– Было странно, если бы ты не любила собственного мужа,- ему всё же удалось вызвать на лице Киры улыбку.

– И я люблю нашего ребёнка, правда,- продолжила она, не отвлекаясь на комментирование его слов. – Но я хочу, чтобы он уже родился. Я устала.

– Мы вернёмся, и ты отдохнёшь. Кстати, как там себя ведёт наследница фамилии?

– Судя по всему, у неё в разгаре вечеринка с того момента, как мы вошли,- её рука легла на огромный живот, в котором бесчинствовал предмет их разговора.

Артём последовал примеру жены. И как раз вовремя. Прямо в его ладонь ударила маленькая ножка.

– Вот же хулиганка,- усмехнулся Романов и, положив обе руки на её живот, присел. – Эй, уважаемая, хватит уже развлекаться. Твоей маме нужен максимум покоя.

Кира, краем глаза ловя взгляды прохожих, то и дело останавливающихся из-за развернувшейся умилительной картины, не смогла сдержать улыбки.

– Ну как?

Она какое-то время прислушивалась к ощущениям, а затем недовольно взглянула на Артёма:

– У меня иногда складывается впечатление, что я проглотила змею, а ты – её факир. Как ты это делаешь? Я не понимаю.

– Отцовская забота,- самодовольно протянул мужчина и, обняв её, увлёк за собой.

– А я не забочусь что ли?

– Заботишься. Но у нас разные заботы, детка. Твоя – вынашивать, моя – утихомирить.

– Попахивает речью сексиста.

– А ты не знала?- он открыл перед ней двери машины и кивком головы показал, чтобы она садилась. – Прошу.

И, когда они оба оказались в салоне, Артём продолжил:

– Я же признанный сексист.

– Зря ты сказал. Я бы не догадалась.

– Нет?- он включил кондиционер, и потянулся к ней.

– Нет. Ты хорошо притворяешься.

– Ты просто не представляешь насколько,- он замер и улыбнулся, с явным удовольствием произнося заветное,- госпожа Романова.

– Звучит чудесно,- прошептала Кира в ответ, не сводя с него глаз.

– Люблю тебя.

– И не смей, чтоб было иначе.

В знак согласия Романов привлёк её ближе к себе и поцеловал, нисколько не заботясь, что, может быть, стоит проявить большую сдержанность. Затемнённые стёкла скрывали их от любопытных взглядов, позволяя сполна насладиться друг другом. Но через несколько минут Кира, охнув, отстранилась.

– Опять!- произнесла она, вздохнув.- Я уже не могу. Ну что за ребёнок?

– Мы её потревожили.

– Ревнует,- со смешком парировала Кира, и уже обращаясь к малышу, добавила:

– Ты что не хочешь со мной его делить? Жадина!

– А вот и долгожданная женская конкуренция,- довольно усмехнулся Артём.

– Иди сюда, Романов. Я собираюсь поцеловать собственного мужа .

– Да, тяжело будет с вами, девчонки, ужиться.

– А никто тебе и не обещал сладкую жизнь.

Немногочисленные гости, пришедшие отпраздновать первое торжество новоиспечённой семьи, разошлись только поздно вечером. Они шутили, смеялись, говорили про очарование молодой жены, на что Кира лишь усмехалась, нисколько не разделяя такого мнения.

Воздух был тяжёлым и душным, словно перед грозой. Но ясное ночное небо с россыпью далёких маленьких точек на нём не давало никакой надежды даже на подобие дождя в ближайшее время.

– Устала?

Кира услышала шаги мужа ещё до того, как он вышел на балкон, двери которого были широко распахнуты.

– Немного,- она вздохнула и с благодарностью прислонилась спиной к Артёму, обнявшему её.

Рука Романова не спеша скользнула по локтю, затем добралась до запястья и, наконец, их пальцы переплелись.

– Не понимаю этой твоей блажи вернуть подвеске первоначальный вид,- прошептал он, целуя палец, на котором в ночном полумраке слабо мерцало обручальное кольцо. – Ты могла бы выбрать что-то более элегантное.

– Не хочу элегантное,- покачала головой Кира, прикрывая глаза. – Мне нравится это.

– Ты же сама говорила, что носила его, чтобы помнить о предательстве.

– Это больше, чем напоминание, Тём,- ответила девушка. – И даже больше, чем кольцо. Это наша история. Наша встреча, ночь, когда мы впервые стали близки, тот рассвет, который мы встречали по окончанию экзаменов…

– ..несостоявшийся брак,- услужливо подсказал Артём, и тут же получил лёгкий тычок локтем.

– Да, и он тоже,- согласилась жена с улыбкой. – В нём наши ссоры и примирения. И даже ребёнок,- Кира повернулась в его руках, чтобы видеть лицо мужа, и обвила его шею руками. Сейчас такая поза не давала возможности для ощущения близости из-за её огромного живота, разделявшего их.

– Ты стала такая романтичная. Мне страшно, Романова. Я соскучился по стерве, которую встретил в роле хозяйки на приёме у Князева.

– Стерву хочешь, милый?- с улыбкой переспросила она.

– Хочу.

– Будет тебе стерва, не переживай. Уже скоро.

– Надеюсь, а то я тоскую.

– Неужели не лгал на счёт любви к моему характеру?

– Ты мне теперь до старости вспоминать будешь, да?

– Даже не сомневайся,- фыркнула Кира.- При каждом удобном случае.

– Так всё, я передумал. Верните мне романтичную мамзель, бывшую минуту назад.

– Да ты переборчив, я смотрю,- с насмешкой заметила она.

– Есть немного,- парировал Артём, сдерживая улыбку.

– Даже и не знаю, нужен ли мне такой муж.

– А давай проверим…

– Не надо!

– Нет, ну чего ты? Сомнений быть не должно…

– Романов, успокойся!

– Я спокоен, и тебе нервничать не советую, милая.

– Тёма!

– Всё под контролем!

– О Господи…ну что за дурак?

Хотя они до конца срока так и не пожелали узнать пол ребёнка, никого не удивило, когда в одну из июльских ночей, пока город спал, в частном столичном роддоме на свет появилась девочка. София Артёмовна Романова родилась 12 июля, почти на сутки позже ожидаемого срока. И, как истинная женщина, заставила ждать себя ровно до трёх часов утра не только врачей, принимавших роды, и мать, но и отца, присутствующего при этом, и даже новоиспечённых деда с бабушкой.