Чтение онлайн

В Пустовино часто снимают сюжеты блогеры-урбанисты, показывая своим подписчикам худшее место для жизни. Из такого сюжета получается настоящий урбанистический хоррор.

На этих окраинах я родился и вырос. Сбежал отсюда, как только окончил школу. Каждый раз, когда я возвращаюсь сюда, меня сшибают с ног воспоминания, и на мгновение я становлюсь тем, кем был здесь: грустным одиноким пацаном с кучей проблем.

Когда тут жил, я не был ни везучим, ни счастливым. Удача пришла ко мне позже. Интересно — как? Тоже с поцелуем от какой-нибудь девчонки? Возможно. Как это вообще работает? Я же после того, как стал везучим, целовался со многими, но удача оставалась со мной. Может, это не со всеми происходит, а только с избранными? Например, только с самыми везучими и самыми невезучими, которых притягивает друг к другу, как магнит к железу.

Возможно, Вишенка оказалась именно такой, чертовски невезучей. И она, как и я, может принимать удачу и передавать ее дальше через поцелуй.

Стараюсь идти быстро, по старой привычке. Внутренний голос напоминает: замедлишься — жди беды. Но по нечищеному снегу это получается с трудом.

В Пустовино живет отец, я навещаю его строго раз в полгода — не чаще и не реже. Раз в месяц мы созваниваемся. Для обоих эти созвоны — больше как обязанность, мне нелегко разговаривать с отцом, и я с нетерпением жду момента, когда наконец можно попрощаться и отключиться. Отец работает на заправке, и из чувства долга я предлагаю ему помощь: и финансовую, и любую другую. Но он гордо отказывается. На этом я понимаю, что как взрослый сын по отношению к отцу я свой долг выполнил, и можно выдохнуть и вернуться к своей обычной жизни на целый месяц — до следующего звонка.

Последний раз я приезжал к отцу пару месяцев назад, так что сегодня я не к нему.

В школьные годы мне жилось нелегко. С отцом у меня всегда были сложные отношения, да и с мамой все непросто… Я чувствовал себя никому не нужным. Не мог найти себе места, везде считал себя чужим. Да и сверстники прикладывали к этому руку. Меня было легко задеть и спровоцировать на ссору или драку. Во всем я видел какую-то опасность, считал, что на меня косо смотрят, не мог выносить эти осуждающие взгляды. Почему-то думал, что все вокруг относятся ко мне враждебно, строят против меня какие-то заговоры, желают зла. Ощущал себя так, будто оказался на непригодной для жизни планете.

Единственное, что не давало мне окончательно свихнуться от безнадеги, — это «Чердак». Он был моим убежищем, я скрывался там от отцовских взбучек и маминого равнодушия, да и просто проводил там время, когда мне было грустно или одиноко. Я прятался от реальности в книгах.

Обстановка там неповторимая: запах дерева, смородинового чая, старых книг. На «Чердаке» чувствуешь себя в безопасности, а еще — на своем месте.

Владелец книжного Арсений Иванович — пожилой человек с огромным сердцем. Он принимал всех, охотно слушал, относился с огромным участием. А еще постоянно организовывал в книжном клубе разные встречи, собирал ребят. Все пили чай и болтали, и это было здорово.

На «Чердаке» я чувствовал себя гораздо лучше, чем дома. Арсений Иванович ни о чем не спрашивал, но все понимал без слов. Чтобы отвлечь меня от мрачных мыслей, он рассказывал разные удивительные истории из книг. До встречи с Арсением Ивановичем я не любил читать, но потом сам не заметил, как стал заядлым книгоманом.

А затем случилось ужасное.

Мне было пятнадцать, когда «Чердак» закрылся. Оказывается, он уже долгое время приносил владельцу одни убытки, а у Арсения Ивановича не было других источников дохода, чтобы покрывать содержание книжного и платить налоги. Он брал кредит за кредитом, надеясь, что дела скоро пойдут в гору. Долги копились, Арсений Иванович тянул до последнего, но все-таки принял тяжелое решение. Он продал «Чердак», чтобы выплатить кредит. На месте «Чердака» открылся алкомаркет.

Мне тогда казалось, мой мир рухнул. Я пообещал Арсению Ивановичу, что разбогатею и верну ему «Чердак».

Я поступил в колледж при универе и переехал в центр. Там снимал койко-место, подрабатывал, учился.

Затем, видимо, поцеловался с какой-то красивой девочкой и получил от нее удачу. Жизнь налаживалась: я поступил в престижный универ, начал вести соцсети, и мои ролики набирали много просмотров. Подписчики росли как на дрожжах, и я решил запустить свой проект. И стал хорошо зарабатывать на нем.

Как-то на улице я увидел витрину книжного магазина, который напомнил мне «Чердак». Я решил, что это знак: пора выполнять обещание.

Я приехал в Пустовино. Здание, где раньше находился «Чердак», а затем — алкомаркет, стояло заброшенным. Я нашел владельца, договорился о покупке. Цена была выше, чем та, за которую Арсений Иванович продал книжный клуб, но пришлось соглашаться.

Я разыскал Арсения Ивановича, сказал, что собираюсь возродить «Чердак». Я был готов взять большой кредит, чтобы выкупить здание самостоятельно, но оказалось, что Арсений Иванович сохранил большую часть денег от покупки — кроме тех, которые покрыли его долги и накопившиеся налоги. Я взял кредит на оставшуюся сумму.

Через несколько месяцев «Чердак» ожил. Он по-прежнему был убыточным, и я содержал его и выплачивал кредит на деньги от своего блога. Арсений Иванович снова был главным в «Чердаке», а я ушел в тень. Никто не знает о том, какую роль я сыграл в его возрождении. Но, честно сказать, мне нравится быть серым кардиналом во всей этой истории.

И какое же удовольствие теперь видеть, как в «Чердак» приходят новые поколения! Я смотрю на юные лица и думаю, что где-то среди них есть одинокий и потерянный грустный пацан, для которого «Чердак» — единственное убежище. И следом за этой приходит другая мысль, которая невероятно меня греет: все, что я делаю, — не зря.

Так что сегодня я приехал в «Чердак» решить с Арсением Ивановичем кое-какие дела.

Каково же было мое удивление, когда я увидел внутри… Вишенку. Сидит за столом, стучит по клавиатуре ноутбука. Серьезная такая.

Я немного растерялся. Странно видеть ее в этом месте. Вишенка — она ведь как будто из моего нового мира, а «Чердак» — из старого. Интересно, с каких пор она сюда ходит? Никогда ее тут раньше не встречал!

Что мне делать? Развернуться и свалить? Или же войти? Но если войду, вдруг она меня заметит? Придется к ней подойти. Она узнает, что я тут работаю. С одной стороны, это пойдет мне в плюс: раз я работаю с книгами, значит, люблю их, а пацанессы обожают читающих парней. Но с другой… Все, связанное с «Чердаком», — моя слабость, а Вишенка — моя соперница. Соперники не должны знать наши слабости. И вдобавок, если мы заговорим, вдруг это увидит Арсений Иванович? Я бы хотел скрыть от него факт знакомства с Вишенкой, а то надумает себе черт знает что. Но не возвращаться же теперь домой!

Все решается само собой. Арсений Иванович, выглянув в окно и увидев меня, открывает дверь.

— Тимур, ты чего там стоишь? — удивленно спрашивает он.

— Да вот проверяю, не потерял ли ключи, — нахожусь я с ответом и в знак подтверждения хлопаю себя по карманам. Раздается звон. — Нашел!

Войдя, я сразу бросаю взгляд на стол Вишенки. Она меня не видит: сидит далеко, да и слишком увлечена буквами на экране. Рядом с ней лежит большая пухлая книга в пестрой обложке, но она ее не читает. Почему, интересно? Уже прочитала? Мне почему-то вдруг очень хочется узнать, что это за книга.

Это сбивает меня с толку. Зачем мне знать? Да и не все ли равно, что там читает Вишенка? Как это относится к моей цели?

Я думаю об этом, и в голову приходит ответ. Книги многое могут сказать о человеке. Возможно, если я узнаю больше о том, какие предпочитает Вишенка, смогу быстрее найти к ней подход. Да, да, именно поэтому. От этой мысли я выдыхаю, а то мне уже начал мерещиться всякий бред — что мне захотелось узнать Вишенку поближе через книги, которые она читает, потому что… она вдруг начала мне нравиться. В общении с Вишенкой я порой могу ляпнуть что-то не подумав. Как на катере: внезапно выдал ей, что с ней я чувствую себя так, будто плаваю с друганом. Ну не придурок ли? Конечно, именно так я ощущал происходящее в тот момент. Но лучше бы промолчал! Это, как и сказала Вишенка, срезав мне очки, явно не то, что хотят слышать девушки на свидании, и кому, как не мне, стоит это знать.