Чтение онлайн

— Мисс Ричардс, вам очень повезло. Авария не сильно сказалась на вас. Вы сломали руку, но перелом не страшный и при должном лечении скоро заживет. Сильно пострадала ваша спина, — доктор замолкает, сканируя мое лицо, — мы обнаружили почти двадцать осколков разной величины. Некоторые были маленькие, но два оказались слишком большие, так что от них скорей всего останутся шрамы. Еще у вас небольшое сотрясение, так, что вы можете чувствовать легкое головокружение. И ваше лицо тоже пострадало, но это не страшно, скоро все заживет, и вы будете, так же прекрасны, как и раньше.

— Спасибо, — говорю я, сама толком не понимая, за что благодарю.

— Это наша работа, — отвечает пожилой доктор, но потом откладывает свой планшет и, улыбаясь, смотрит на меня, — Я не сказал вам еще самого важного. Мы сделали анализ вашей крови. По всем правилам, если человек попадает в аварию, то мы должны проверить его на содержимое алкоголя в крови. Ваша же кровь показала, что вы беременны. Срок около четырех недель, но точно будет известно после УЗИ. Поздравляю вас.

— Что? Вы сказали, я беременна? Я правильно вас услышала? — в недоумении я смотрю на свой пока еще плоский живот. Вот это насмешка судьбы. Три года я не могла забеременеть. И теперь, когда сбежала от Бена, он решил нагнать меня таким способом. Чувствую, как по лицу ручьем стекают обжигающие слезы, и нервно смеюсь. Господи, как же все неправильно. Теперь во мне будет частичка этого монстра, который запросто бы мог меня убить и, глазом не моргнув.

— Да, у вас будет ребенок. С вами все в порядке? — спрашивает доктор, глядя на мою истерику.

— Нет, но будет, — отвечаю я, решительно вытирая слезы. В этот короткий миг, я принимаю самое важное решение в своей жизни. Это не его ребенок. Такой как он не заслуживает быть отцом. Этот малыш только мой и ничей больше. Он никогда не узнает, что его отец был монстром. Все, что у него будет от его отца, это гены. Но я научу его любить, воспитаю из него лучшего человека. Он не будет похож на своего отца. Этот ребенок только мой и я никому его не отдам.

— Может, вы хотите мне что-то сказать? Врачебная тайна тут работает, так что все, что вы мне скажите, останется между нами. Я заметил на вашем теле старые синяки. И несколько травм на вашем теле не соответствуют аварии, в том числе и осколки в вашей спине. И мы не нашли вашей обуви, вы были босиком. На вас кто-то напал? Вы от кого-то убегали?

Наверно мое лицо в этот момент отвечает на все его вопросы. Я невольно цепляюсь за поручень кровати, словно от него зависит моя жизнь. Перед глазами снова пролетают все события, благодаря которым я оказалась тут. Его лицо полное жестокости и гнева смотрит на меня, но я быстро мотаю головой, вытряхивая его образ из мыслей. Он далеко. Я сбежала, он не найдет меня тут. Я спрячусь так хорошо, что он не сможет до меня добраться.

— Хорошо, если вы не хотите говорить, то я это приму. Отдыхайте пока, а позже мы отвезем вас на УЗИ, — доктор поднимается со своего стула, добродушно мне улыбнувшись.

— Спасибо, — отвечаю я, действительно желая его поблагодарить. Мужчина кивает и выходит из моей палаты, оставляя меня наедине с собой.

Вот так вот. Когда я думала, что моя жизнь кончена. Два слова возвращают меня обратно. Маленькая фасолинка, находящаяся внутри меня, скоро станет полноправным человечком. И этот человечек дал мне новую цель в жизни. Ради него я буду просыпаться каждое утро. Ради него я стану сильней. Я больше не дам себя в обиду, не дам в обиду своего ребенка. Подумать только, я могла бы его потерять, если бы этот ублюдок довел свое дело до конца. Но этого не произошло. Возможно, именно этот пока еще совсем крошечный малыш, дал мне сил, чтобы я смогла противостоять этому монстру. И я его не подведу.

Через час в палату возвращается Карен, толкая перед собой инвалидную коляску. При виде меня она улыбается, и я почему-то улыбаюсь в ответ. Я ее совсем не знаю, но от нее исходит какая-то добрая светлая энергия. Ей хочется довериться, хочется стать ей другом.

— Готова увидеть своего малыша? — спрашивает она, протягивая руку и помогая мне подняться с кровати. Все тело жалобно стонет, противясь каждому новому движению. Когда я, наконец, устраиваюсь в кресле, то облегченно вздыхаю.

— Немного нервничаю, но я готова. Если честно, то я очень давно его ждала, — откровенно говорю я, пока Карен катит меня по больничному коридору. По пути она здоровается с несколькими медсестрами и пациентами. Ее тут все знают и, судя по счастливым улыбкам, любят. Хоть я и знаю ее совсем чуть-чуть, но понимаю, что она из тех людей, которые притягивают к себе всеобщее внимание. Она добродушная и внимательна ко всем. Она готова потратить свое время на каждого. И это отношение к другим, окружает ее какой-то ослепляющей аурой.

Мы проезжаем по длинным белым коридорам, а потом поднимаемся на лифте на третий этаж. Там Карен завозит меня в один из кабинетов и здоровается с сидящей там женщиной.

— Привет, Джессика.

— Привет, Карен. Кого это ты к нам привезла? — добродушно спрашивает Джессика, глядя на меня. Ей около пятидесяти, округлое лицо испещрено множеством морщинок. Каштановые волосы идеально прокрашены, но видно, что это не ее родной оттенок. На ней бледно-розовая рубашка и просторные штаны, униформа родильного отделения.

— Это Софи, она хочет посмотреть на своего малыша в первый раз, — отвечает Карен за меня, помогая подняться с кресла.

— Это очень хорошо. Волнуешься? — Джессика включает монитор, пока я укладываюсь на кушетку. Спина буквально взрывается огнем, стоит мне на нее лечь. Но я стараюсь не обращать на боль внимания. Сейчас я увижу своего малыша, того кого ждала так долго.

Джессика оголяет мой живот, убирая больничную сорочку, и выдавливает на кожу холодный гель. Я вздрагиваю от неприятного ощущения, и Джессика улыбается мне. Карен стоит рядом со мной и мне от этого не так страшно. Наконец Джессика выводит на экран то, что я так давно хотела увидеть.

— Вот и ваш малыш, срок небольшой четыре, может быть пять недель, — говорит доктор, но я слышу ее как-то приглушенно. Сейчас я смотрю на этого малыша, который пока еще не больше макового зернышка. Такой крохотный, но я уже его чувствую. Чувствую, как по щеке стекают слезы, а в следующее мгновение Карен осторожно сжимает мою руку. Смотрю на нее и улыбаюсь, радуясь такому неожиданному счастью. Пусть моя жизнь только что преодолела ураган, но сейчас на небе снова вышло солнце.

Позже, когда мы возвращаемся в палату, Карен без остановки болтает обо всем на свете и ни о чем конкретно. Она, кажется, понимает, что мне сейчас нужен кто-то рядом, поэтому не спешит оставлять меня одну. Женщина помогает мне лечь на кровать и поправляет одеяло, так как делала это мама много лет назад. До того, как она превратилась в алкоголичку и забыла о том, что у нее есть дочь. От этих мыслей я невольно вздрагиваю. Что если я стану такой же, как она? Что если не смогу стать лучшей мамой на свете для своего ребенка?

— Ты со всем справишься, дорогая. Не переживай раньше времени, — заботливо произносит Карен, отвлекая меня тем самым от темных мыслей. — Бояться — это нормально. Все мы боимся не оправдать чьих-то надежд. Но если мы не будем пробовать, не будем стараться, совершать ошибки, то для чего тогда жить?

— Трудно стать хорошей мамой, когда у тебя не было хорошего примера перед глазами, — тихо шепчу я, надеясь, что Карен не услышит. Но по ее озабоченному лицу понимаю, что она все слышала.

— А ты знаешь, что тебя привез сюда Лиам Хендерсон? — спрашивает Карен, переводя тему и присаживаясь на край моей кровати. — Все девушки в городе хотят заполучить его в свои сети. Но он, ни с кем не встречается уже два года. От него ушла жена и видимо конкретно разбила его сердце. Но вот откуда, ни возьмись, появляешься ты, и он спасает тебя, как рыцарь в блестящих доспехах. Чую сейчас все девушки буду врезаться в деревья, лишь бы Лиам их заметил. Тебе очень повезло, дорогуша. Он ходячий секс. Если бы я не была замужем, то определенно закрутила с ним роман. Тем более он живет со мной по соседству.