Чтение онлайн

Следующие казни – вши, дикие звери, мор скота, нарывы и град. Из-за нашего коллективного фараона, не отпускающего народ к его истинному служению, Господь наслал на нас вшей коррупции; диких зверей шахидов, растерзывающих людей на улицах и в домах; мор скота – тяготы экономики; нарывы – разложение всех институтов власти и общества; и наконец «Град» – ракеты Хизбаллы, одноименной системы.

Но фараон левого истэблишмента лишь ожесточает сердце и не признает этих знамений.

Интересна восьмая казнь – саранча. Она пожирает хлеб, а хлеб еврея – это слово Божье. Пост-сионизм пытается «убрать Бога» отовсюду, кроме синагоги – выедает, как саранча, дочиста дух любого социального института и государственной структуры, не оставляя ни малейшего зеленого ростка еврейской традиции и веры. Если поймать саранчу, ее легко раздавить пальцами – ложь пост-сионизма мелка и хрупка, но ее сила - в ее СМИ, в ее массовости. Когда проклятия казней множатся, а саранча грозит вычистить закрома патриотизма настолько, что страна прекратит существовать, тогда наш коллективный фараон, как Рамсес II-й, может пойти на уступки – чуть повысить сионистский градус в армии и даже в дипломатии, но главное – не в образовании. «Выходите без детей», разрешил египетский фараон после седьмой казни. И наш сегодняшний фараон до последнего цепляется за пост-сионистское воспитание, забирающее молодежь у еврейской миссии. Стоя уже одой ногой над пропастью, вводят «зеленую черту» в учебники, пытаясь зацементировать в юных сознаниях комплекс вины «оккупантов».

Девятая казнь – тьма: когда окончательно меркнет свет разума. Назначить перед ливанской войной Амира Переца, профсоюзного демагога, министром обороны, после Газы говорить о новом отступлении-«консолидации», вооружать ФАТАХ и обсуждать передачу сирийцам Голан – это полное умственное затмение. Мидраш говорит, что тьма египетская была осязаема: как осязаема сейчас духовная и умственная пустота израильских властей. Мы «сидим и не можем двинуться» - это симптомы страшной апатии и оцепенения, поразивших сегодня израильское общество. И это ослепление разума влечет за собой казнь десятую и последнюю – смерть первенцев, невинные и повсеместные жертвы.

Может быть, эта страшная казнь минует нас, если мы, по правилам Песаха, принесем верные жертвы Господу, чтобы ангел смерти миновал наши жилища.

Тора велит «принести в жертву ягненка» - ложного бога, символ плодородия у египтян. Что является кумиром у нашего коллективного фараона? Чему они поклоняются? Наследию Рабина? Ассимиляции Израиля в международной семье? Химере Нового Ближнего Востока? Вскройте, разделайте и разоблачите этого идола. Сделайте это за семейным столом – где собрались все поколения: чтобы не осталось ни у старого, ни у малого иллюзий по поводу этих языческих божеств. Кровь, выпущенная вами из этой ложной идеологии, станет защитой ваших домов – охранным знаком на ваших духовных притолоках и косяках.

«Ешьте эту жертву поспешно», потому что ангел смерти может прийти в любую секунду этой долгой ночи.

«Ешьте препоясанными и обутыми» – будьте готовы к Исходу: будьте готовы взять власть, готовьтесь управлять государством.

«Возьмите в долг золото египтян»: научитесь у правящей элиты тому хорошему, что есть у них. Посылайте детей в адвокаты, в политологи, в менеджеры. Хватит врачей и программистов.

Моше вырос при дворе фараона, поэтому из рабства нас выведет новое поколение политической элиты, которое мы вырастим сами. А выращивание – это долгий процесс, и в этом диалектика момента: надо вступить на долгий путь, но при этом спешить.

Главное, чтобы выйти из этого рабства, необходимо сперва ответить на вопрос - для чего выйти? Моше попеременно требовал от фараона «отпустить народ мой», чтобы он «совершил служение Богу» или «праздненство Богу». На самом деле служение (работа) и праздненство Богу – это одно и то же. Праздник Богу – это не Песах и не Пурим. Праздник – это выращивание в пустыне бездуховного мира оазиса праведного общества. Но современный Израиль, томящийся в рабстве у самого себя, такой праздник делать не собирается – праздничный «парад гордости» другое дело.

Надо жаждать этого праздника и воспитывать эту жажду у детей – тогда долгая ночь в ожиданьи Исхода окончится быстрей – и бескровнее.

Гематома левого полушария

Применительно к нынешней ситуации Исход обязательно произойдет. Мы в окружении фараоновых полчищ, которые открыто готовят геноцид евреев, мы в состоянии рабства – и политического, с нашим «ограниченным суверенитетом», и духовного – с постсионистским цинизмом и неверием в нашу миссию и в наши высшие ценности.

И когда мы возопим к Богу, Он поведет нас к свободе: к освобождению от политических и лжеидеологических цепей. Тогда за нами рванутся полчища ФараООНа со всем мировым сообществом. Но мы перейдем то море, которое уже доходит нам до груди, плеская красным в рот, а вражеские колесницы потонут.

Будущее уже есть, и в нем Израиль победил. Это – железная духовная логика, это непреложно так же, как то, что ползающий ребенок обязательно встанет и пойдет.

Идеология псевдопрагматизма, которая не дает нам подняться с колен, власть не просто левого истеблишмента, но левого полушария, – то есть сознания, ограниченного настоящим временем, материальными факторами, логикой и индивидуализмом, – обречена.

Система мышления, отрицающая необходимость осуществления любых шагов в гармонии с полушарием правым, – идеалами и традицией, интуитивным и сверхличным, – привела Запад в тупик, когда он не может защитить себя именно в столкновении с гипертрофированным правым полушарием Востока.

Левое полушарие не учитывает неосязаемое – историю и традицию, религию и психологию, идеалы и мотивы, – ни свои, ни вражеские. Высмеивая ортодоксов с их законами и пассионариев с их мечтами, оно играет по жестким, им самим придуманным правилам большой шахматной доски, – правилам, над которыми усмехается Тот, кто задал не законы шахмат, но бытия шахматистов, и хохочут «партнеры», правила эти не признавая, однако ловко подставляя фигуры.

Противник ввел новую фигуру – «палестинский народ». Мы принимаем ее, и наши правила требуют дать любому народу самоопределение. Шулер подкидывает новую фигуру речи – «оккупация»! Мы соглашаемся с ней и убираем своих солдат с рубежей обороны. Обманщик заявляет: «Мы бедные!» И снова Израиль доверчиво кивает, и в соответствии со своими правилами дает денег убийцам евреев.

Западная цивилизация родила концепцию «mea culpa» – моей вины. Если меня обвиняют, значит, они правы, а я виноват. У мусульман такого понятия нет – если какие-то проблемы возникают у меня, значит, виноваты они. Неангажированные израильские ученые-арабисты тщетно втолковывали своим левым дипломатам, что наивно присваивать противнику собственный образ: мол, и он точно так же заинтересован в покое и сытости – и ради этого так же пойдет на компромисс. Для мусульман, если ты идешь на уступки, это не значит, что ты щедр и стремишься к миру, – это значит, что ты слаб, что надо дожать тебя, подтолкнуть падающего, проявить еще большую неуступчивость и забрать всё.

Но оба эти подхода – не еврейские. Нужен третий путь между покаянием за каждый полученный плевок и убежденностью в своей полной безгрешности. Если враг предъявляет мне наглые претензии, значит, Бог хочет, чтобы я исправил что-то в моей внутренней жизни, – духовной, семейной, общинной или государственной. Он хочет, чтобы я покаялся перед Ним, а не перед врагами. С этими лже-обвинителями надо бороться и побеждать их.

Левое полушарие пытается взять любой вопрос «чистой логикой», как знатоки «Что? Где? Когда?» за своим рулеточным столом. Наивно приклеивая противнику собственный «зеркальный образ», мы полагаем, что противник так же рационален, как и мы.

Они приходят нас убивать – логично построить стену, чтоб они не могли пройти. Они нас обстреливают ракетами – логично построить «зонтик ПРО».

Они говорят, что их ничто не остановит, кроме смерти, поскольку мечта их – подохнуть, но прихватить нас с собой. О нет, этого они не могут на самом деле хотеть – это же нелогично!

Сможем ли мы встать из-за этого игорного стола – если надо, то опрокинув доску?

Спасется ли Израиль, станет ли он светом народам, состоится ли переход от иссушающего левополушарного постсионизма к гармонии цельного, универсального сионизма?