Чтение онлайн

Он, как последний идиот, отдал бы половину жизни за то, чтоб она сказала ему хотя бы толику ничтожную всего сказанного горячечно и бредово накануне - но только без зелья приворотного. Сама, по доброй воле.

А она же, только увидев его тень, краем глаза лишь - стремглав неслась куда-то, сломя голову, и на этом аккуратном личике ему мерещился исключительно стыд и ужас.

Стыдиться, значит. Стыдиться его, наследника уважаемой фамилии, отличника-мага, высокородного имперца. Маленькая немощная рабыня семейки весьма и весьма подозрительных оборотней, среди которых есть личности темные и вовсе отлученные от двора. А это значит, с учетом высокой фамилии, проступок тяжкий весьма и весьма, скромно означенный веской сноской в официальном книжном источнике высшего дворянства Империи.

Эльмар закрыл глаза, силясь справиться с собственной горячей и беспомощной злостью.

Ну и пусть. Очень надо гоняться за какими-то там безродными девчонками.

Оглянувшись на корпус женского общежития и некие темные окна комнаты одной безголовой будущей сыскарьши, Роррей насупился, чуть сгорбил спину, и отвернулся. Сунул руки в карманы - и побрел по аккуратной парковой дорожке прочь.

Совпадение ли то, что один из владельцев, иначе не скажешь, увы, этой... пигалицы, заявился сюда столь неожиданно?

Эльмар вообще очень мало верил в совпадения, как таковые. А уж такого рода странные и подозрительные - так и подавно.

И дело вовсе не в том, что он волнуется об этой глупой девчонке, вовсе и нет!

Ничуть он о ней не волнуется, ни капли.

Где, демоны ее подери, ее носит вот именно сейчас?!

Госпожа Тьирра пристально рассматривала меня, словно прикидывала, с чем меня можно смешать, и куда впоследствии добавить, чтоб опять сварить какую-нибудь на редкость мерзкую дрянь отравительных характеристик.

– Монгрен, как временно исполняющая обязанности куратора вашего курса, я просто вынуждена убедиться самым тщательным образом, что ты в полном порядке, и не пострадала - Умолкни чуть замялась деликатно - ни в каких известных смыслах.

В голове моей тут же заторчал занозой образ, терзавший меня неотступно уже два дня.

Раскинувший бессильно и очень красиво по постели руки Эльмар опускает ресницы устало - а я неловко, но очень азартно его целую, и он бормочет мне что-то севшим шепотом, целуя меня меж отрывистых тихих слов в ответ.

– Монгрен, не могу больше, не могу...

Можно подумать, я могу. Светлые боги, как это все теперь развидеть?

– Монгрен?
– вопросила укоризненно посреди моих переживаний безмолвных Умолкни, своим собственным, и отнюдь не тихим, голосом, отчего я вздрогнула, вываливаясь из тяжкого и жаркого транса.

– Нет, госпожа Тьирра. Я, во всех смыслах, в порядке - прилежно ответила я отравительнице, из-за которой теперь ни в жизнь не смогу поглядеть с достоинством и прямо в глаза старосте магов. Что там в глаза - я на него вообще теперь, припомнив все в подробностях смущающие, никак смотреть не могу, даже украдкой. Словно кто-то невидимый лупит с силой мне тут же куда-то под колени, крепким таким поленом. И мысли разбегаются во все стороны, оставляя только эти дурацкие ненужные мне никоим образом воспоминания о том, что губы магического отличника атласные, кипящие, и пахнут почему-то апельсиновым вареньем с корицей.

Я зажмурилась с силой - и потрясла головой.

– Ива?
– встревоженный голос нашей временной кураторши очень живо напомнил мне, что не время и не место сейчас предаваться тоске и унынию. И размышлениям об ароматах корично-апельсиновых.

– Да, госпожа профессор - покорно отозвалась я, глаза тут же открывая.

– Тебе плохо?
– с исследовательским подозрением проговорила Умолкни, профессионально окидывая меня быстрым взглядом.

– Никак нет, просто спала неважно. В сон клонит немного - не хватало только, чтоб сейчас госпожа специалист по отравам опять начла меня щупать, крутить в разные стороны, и колоть плоскими иглами. А недосып - это не повод волноваться никак, у нас тут вечно все недосыпают.

– Ну...хорошо. В пятницу состоится официальное заседание университетского совета, будь добра не проспать - ядовито поведала отравительница моей склоненной вежливо макушке.

Я от неожиданности воззарилась на Умолкни непочтительно.

– Заседание совета?

Госпожа профессор хмыкнула совсем не изящно, напомнив мне живо нашего нынешнего сторожа, чистокровного гнома отвратного характера и манер.

– Господин ректор несколько поражен тому факту, что адептки вверенного ему заведения обливают соучениц сильнейшими реактивами, которые к распространению и использованию вне изучаемого предмета 'Вещества' запрещены. Будем разбираться. При твоем живейшем участии, магистра Катия разумеется, и Эльмара Роррея. Сразу после лекций, не вздумай не явиться. Эльмара я лично также предупрежу.

Умолкни поднялась из-за стола, несколько суетливо отряхнула темно-синюю пышную юбку, разгладила ее по бокам - и указала мне вежливо в сторону дверей унизанной тяжелыми на вид перстнями, рукой.

– Ты свободна, Ива. Если вдруг почувствуешь себя странно или плохо - постарайся поставить меня в известность, пусть даже и не лично.

Я кивнула растеряно, и побрела на выход.

Суд. Университетский совет, в составе с самим ректором, свидетелями и пострадавшими - это суд, просто принято у нас вежливо так говорить - 'совет'.

Магичку-шестикурсницу будут судить.

Что означает сие, если говорить о Трех Виселиц? Прибежища всех тех, кого уже так или иначе судили - и осудили?

Это означает конец. Свободы, пусть даже и очень относительной, внутри этих аудиторий. Жизни, если уж на то пошло.

Университет в Империи - это последняя инстанция перспектив отмыться от того, что ты содеял. Если ты попадаешь сюда - хоть мизерный, но шанс жить просто своей жизнью однажды, у тебя есть, и многое тут зависит от твоей собственной воли к этой самой...жизни.

Но если же суд проходит в самом Университете...

Нам, висельным адептам, не всем, но многим, и даже некоторым профессорам, почти что некуда идти или бежать, даже сумей мы выбраться. Дорог для нас отсюда не так уж и много.

На службу Империи - официально и по окончанию успешному этого почтенного заведения учебного. И только этот путь есть благополучный исход. А остальные...

В кровные рабы, которые, вылетая отсюда за 'неуспеваемость' или переполненную чашу терпения воспитательского коллектива Университета, долго не живут - ибо никто их уже не хватится, даже официально.

Да, это варварство, это дикость и пережиток давних замшелых времен, и полузабытых уже традиций - но сие не означает, что этого больше нет, и быть не может.

Вампиры как жили - так и живут. И как желали всегда море крови - так желать и не перестанут. И всегда есть кто-то, кто готов отстегнуть нешуточную сумму за живой и строптивый бурдюк горячей 'воды жизни', который никто и никогда не станет разыскивать. А потому - вполне можно дать волю своей натуре, что вампирским Владыкой нынешним очень не поощряется, вплоть до публичного развеивания по ветру.