Чтение онлайн

Обход в мужском блоке шел полным ходом. То тут, то там из комнат спешно и оперативно выносили какие-то баулы самодельные, бренчящие стеклом очень красноречиво, то, воровато оглядываясь, выводили всяческими хитрыми путями наспех одетых обитательниц женского блока, которым в мужском, в столь поздний час, находиться не положено было.

В Трех Виселицах не было поборников морали в чрезмерно строгих ипостасях. Не потому, что тут желали устроить рассадник порока Империи, коль уж адепты и так были не без греха, нет.

Просто все, и даже сам Король, прекрасно знали - жизнь очень многих выпускников Университета оборвется очень рано. Некоторые не проживут и года, едва только выйдут со столь трудно заработанным дипломом из этих ворот. Смертники Империи, черновой материал, приготовленный для исполнения той работы, на которую жаль отправить верных воинов, проверенных помощников, и успешных шпионов и дипломатов.

Самые изворотливые, отработав положенный год, вновь станут своими для мира, имперцами и всемирцами. И вновь смогут сами для себя выбирать, как им жить дальше.

Но таких в результате оказывается не так уж и много.

Разумеется, титулованные выпускники Университета, осознавшие свои ошибки и проступки, по умолчанию получат государственную поддержку и теплые места на работе весьма непыльной. Сам Эльмар, по окончанию Виселиц, заранее определен в помощники имперского придворного мага, что считается невероятной удачей. Порой Эльмару казалось, что даже как-то уж чрезмерной, но сейчас не о том речь.

Вот такие безродные сироты, без роду, без племени, и уж явно без титулов-наследств, как, например, Ива Монгрен - те будут выцарапывать свое место под солнцем до последней капли крови и вздоха.

В общем, никто в Виселицах не мешал юным подопечным познать жизнь во всех ее прекрасных проявлениях - ибо у многих это недолгое обучение в Университете, возможно, и есть вся оставшаяся жизнь.

Но проверка в общежитии - это проверка, извольте соблюдать видимость приличий, господа адепты.

Роррей стиснул зубы и сильнее прижал голову к стене, вспоминая, как она ахнула, и ее руки на себе, и как пахла ее кожа под его ртом, как она согласилась, согласилась по доброй воле!

Но тут, разумеется, господин ректор изволил оперативно вмешаться, послав со срочной внеплановой проверкой сразу троих ночных комендантов по каждому общежитию, одним рейдом, чтоб уж точно успеть. И как только успел так срочно? Услышал их, услышал, как она почти ему отдалась, о да, именно так, она ему отдалась! Почти. И господин Сантаррий мгновенно отреагировал, пусть даже и не лично - но вломился к ним.

Что за этим стоит? Ревность? Или непременное требование ритуала? Потому что есть ведь немало ритуалов, требующих всенепременно невинности. Особенно черных, запрещенных и жертвенных.

Для кого, или для чего, господин Лем Клемор бережет так по- отечески строго его маленькую Монгрен?

По сути, конечно, разузнать это необходимо, но в любом случае, как бы ни было... Эльмар, конечно, не опытный маг-менталист, и не ректор Университета. Но и у него есть немало, чтоб защитить ее. Если понадобиться - от всего мира.

Но с такими вот никуда не ведущими поцелуями нужно завязывать. Эдак и свихнуться можно. Роррей тихонько, сквозь зубы, мученически простонал, и постучал затылком в стену.

Что-то загромыхало и покатилось по полу в коридоре, и кто-то принялся там же шепотом виртуозно ругаться, поминая всех родственников всего преподавательского и воспитательного состава с их ночными визитами. Зычно проорали что-то про открытие срочное дверей, потом кто-то постучал невежливо - и опять что-то стеклянно упало и покатилось поблизости.

У нее такой...рот.

Эльмар распахнул глаза, и чуть не ущипнул себя зло за щеку. Двадцать четыре года стукнет, а размечтался тут, как какой-то озабоченный подросток!

В купальню вкрадчиво постучали.

– Есть кто?

– Занято - буркнул Эльмар, поднимаясь с полу, и стягивая какое-то ближайшее полотенце с протянутой через всю купальню веревки. Повесил себе его на плечи, намочил лицо и слегка - волосы, и протопал нарочито громко к выходу.

Прямо навстречу ночному коменданту, торчащему в шпионской позе красноречивой под дверями.

– Роррей?
– сказал с каким-то необъяснимо вопросительными интонациями строгий воспитатель якобы распущенной местной молодежи, одновременно при этом стараясь ненавязчиво заглянуть в купальную.

Роррей показательно-вежливо посторонился, оглядев коменданта сверху -вниз.

Поскольку помещение было пустынно, только на веревке прилежно висели эльмаровы куртка и рубаха, предъявить было нечего, и задерживать адепта оснований тоже как бы и не было.

'Ночник' помялся - и кивнул Роррею, терпеливо стоящему около него.

Глава всея шестого курса кивнул в ответ вежливо - и пошел неспешно по коридору к своей комнате.

Как шестикурсник, староста, отличник, и сын весьма обеспеченного семейства, Эльмар жил в комнате сам, без соседа. И сегодня радовался этому просто безмерно.

Отшвырнув это неизвестное чье-то полотенце, и стараясь не задумываться теперь о том, свежее ли оно вообще было, Роррей стянул с себя полусухие штаны - и плюхнулся расслабленно в постель, состоящую из двух сдвинутых кроватей.

Запах коричных сашеток, которые мама постоянно собственноручно напихивала во все его белье, привозя и отправляя сыну посылки, казался сейчас очень знакомым - и в то же время непривычным.

Постель Монгрен пахла чуть-чуть ванилью и какой-то сорванной полевой травой, свежей, нетерпкой. За время, что Ива сражалась с ним и 'Шпанской Мушкой' в своей крови, он успел этот запах прочно запомнить.

Она сама так пахла, вся, у него прямо сейчас на языке вкус этой ванили был - так яростно он распробовал Монгрен.

Роррей закатил глаза, и опять себя одернул.

У нее метка раба, господин ректор подсунул ей крючок, вряд ли ну просто так, из чистой симпатии, а перед этим - умудрился выманить ночью из постели, и довести аж до собственного крыльца. Вот об этом стоит подумать, а не о том, что они чуть было не сделали.

Эльмах хлопнул себя по лбу, зарычал, схватил одну из подушек, и накрыл ею собственную голову.

И все равно - она согласилась. Она согласилась, они почти...

К демонам все, нужно поспать! Завтра же это треклятое заседание совета!

Поразительным было то, что за всеми этими потрясшими меня до основания событиями, я как-то совершенно позабыла о том, что на уходящей неделе у нас не было телесных практик!

Вроде бы такое событие! За все три года моего обучения в Виселицах, магистр Катия не пропустил ни одного дня! А тут - ну просто аттракцион неслыханной щедрости!