Чтение онлайн

Кукловод зашипел обозленно, рывком развернул ее к себе лицом. Вода вокруг них заволновалась шумно и тяжело.

Он намотал на кулак мокрые мыльные волосы, подтащил ее лицо к своему, и на мгновение Велея испугалась, что сейчас-то уж он точно свернет ей шею.

– Никогда не смей называть меня его именем!
– проскрежетал прекрасный наместник богов, притягивая ее к себе вплотную - Поняла?!

Она лишь скривила надменно рот в ответ, сощурившись на него презрительно.

Он коротко выдохнул, выпустил мокрые волосы - и схватил ее в охапку.

И поцеловал. И в то же мгновение уронил их обоих под воду.

Велея боднула его бесполезно ногой, пытаясь вырваться, извивалась в руках - но он только сильнее ее стискивал, не позволяя оторваться от собственных губ.

Но внезапно отпустил, разжав вмиг руки.

Вынырнув на поверхность, Повелительница дроу и великий Кукловод судорожно и шумно задышали. Она - от недостатка воздуха и испуга, он - от ярости и....чего-то еще.

– Я могу в один прекрасный день разом решить все эти мучительные вопросы - и лишить твоего Александра жизни!
– зло прошипел он, смахивая с глаз потемневшие от воды волосы - Посмей еще хоть раз меня назвать его именем!

Велея, тяжело дыша, молчала.

– Как меня зовут?
– яростно проскрежетал он, вновь вплотную к ней приблизившись - Как?! Говори!

– Иэм - глухо прошептала Повелительница дроу, и слепо уставилась куда-то ему в грудь - Тебя зовут Иэм.

Он с силой ухватил ее подбородок и поднял лицо повыше к своему собственному. Велея лишь молча, судорожно сглотнула, глядя на него без всякого выражения.

Капли воды медленно стекали по бледной коже, словно бегущие градом слезы, но глаза ее были сухими - и пустыми.

Иэм покрыл поцелуями горящую скулу, висок, лоб, спустился к губам - и застыл, едва касаясь ее рта.

– У меня есть время, Велея. Океаны часов и минут, куда больше, чем ты способна подсчитывать. Однажды у тебя не останется места, где рисовать твои смешные палочки, и ты забудешь. Невольно - или по собственному желанию. И придешь ко мне сама, добровольно. Потому что ты была помилована богами только лишь для меня, моя маленькая Мара.

Конец первой части

Часть вторая.

Долг платежом красен.

– Учебная тревога!
– завизжало с потолка гулко, и я впопыхах свалилась с постели, путаясь в простыне лихорадочно - Учебная тревога! Готовность - минута!

Анри, ползающая тут же по соседству по полу, мгновенно принялась сонно, но безукоризненно отточенными движениями взбивать волосы, ругаясь, на чем свет стоит. Мне даже и глядеть в сторону моей речной девы не нужно было, чтоб знать - сейчас начнет за щеки себя щипать, для стыдливого и аппетитного румянцу.

– Демоновы тревоги!
– бубнела мавка, поспешно елозя по странно скривленным губам пальцем туда-сюда. Губы красит, мерзавка, опять опоздаем!

– Ты б лучше штаны одевала!
– прошипела я, затягивая шнуровку на тунике, и одновременно пытаясь попасть ногой в сапог без помощи рук. Сапог упорно ехал по полу, не желая способствовать мне в этом непростом мероприятии.

Завязав кое-как узел шнуровки, я напялила на ноги строптивую обувь, и попрыгала на месте. Схватила тревожную сумку, и отвесила Анри легкий подзатыльник на ходу. Мавка оскорблено на меня поглядела, и вновь щипнула собственные щеки.

– Хамка!
– поправив кокетливую сумочку, Анри распахнула дверь, и мы шумно высыпались в коридор, где вовсю уже толпились адептки.

Кто во что гаразд нынче был. Кто-то прыгал по полу босой, на ходу силясь обуться поспешно. Кто в одном фривольном белье прям на ходу одевался, а кто - верещал 'Сумка, сумку забыла!'

Обновление 02.11

Собственно, вся эта суматошная беготня полураздетых и сонных адептов Виселиц всегда означала, что мы вступили в очередной сезон активных подготовок к экзаменам.

И учебные тревоги теперь могут трубить едва не каждую ночь.

Сейчас все до единого адепты потянутся в подземные укрытия, где на входе арка пропускает тебя, только ежели ты полностью укомплектован. То есть, надлежаще одет-обут, и при той самой пресловутой тревожной сумке, коия содержит предметы первейшей необходимости на случай массовых смертоубийств от чего угодно. Будь то ураган, пожары, нападения неведомых и коварных врагов, или же очередная пошесть голодающих кочевых орков, сметающая все на своем пути. Последняя такая ознаменовалась опустением всех висельных амбаров и исчезновением одного из преподавателей, с кафедры фаворитов. По сей день нам рассказывают, что его безжалостно и молниеносно съели, буквально в преподавательской мантии и на бегу.

Магистр Крепс же, когда надирается по своему строгому расписанию, любит вспомнить, что да, мантия была, и бег скорый был. Но профессора уж никак не ели, а нежно прижимали к крепкой девичьей груди, и жарко лобызали прямо на ходу. Наверное, лобызания эти в суматохе перепутали с поеданием, с орками это дело нехитрое.

Тот самый профессор, имя которого я никак не упомню, как выяснилось впоследствии, оказался полуорком. И в набеге этом, если верить убедительным речам нашего бытовика, судьбою был сведен со своей утратившей надежду навстречу возлюбленной, которая его и лобызала столь пылко, что радость эта была попутана в панике и всеобщем бедламе с гастрономическим энтузиазмом.

Судьба! Или, ежели цитировать все того же магистра, высочайшая степень седалищной хитрости этого якобы почившего профессора-полуорка.

В общем, сейчас мы все будем долго проходить под арками, долго слушать историю возникновения катакомб в Виселицах, в очередной раз ознакомимся со всеми случаями, когда катакомбы эти, и строгие порядки Университета сослужили адептам хорошую службу в ситуациях весьма непростых и суровых. Ну а под занавес огласят списки тех, кто арками был не пропущен по причине неготовности встретить вполне вероятные жизненные невзгоды тепло одетым, надежно обутым, и при сумке.

Этих неготовых потом торжественно отправят на всякого рода исправительные работы.

Меня всегда поражало то, что исправлять недочеты в таких случаях адептам надлежит то на кухне, то в лабораториях на подхвате, то во дворах с вениками.

Потому что мы все без исключения провинности так исправляем, и некого логичного акцента на 'тревожную готовность' я лично в таких исправительных работах никак не могу усмотреть.

Но это так, мои личные наблюдения, у меня мнения на сей счет никто не спрашивает.

Привычно прижав к себе сумку покрепче, я стратегически придерживалась стенки, топая в направлении Восточной арки.

Это Виселицы. И ежели ты зазеваешься - у тебя вполне могут попытаться вырвать сумку кто-нибудь из тех, кто по какой-то своей очень веской причине ее взять в этот поход не изволил.

Разумеется, на арке можно начать орать и скандалить, если успеешь вцепиться намертво в похитителя чужих тревожных саквояжей. Но тут велик риск попасть под штрафные за компанию.

Короче, береженого боги оберегают строже.