Ураганные хроники
Шрифт:
И вот там была еще куча видов шоколада для разных целей: такой жесткости, сякой жесткости, для готовки, для украшения! И все это выставлено не только в витринах напротив входа, как в обычной кондитерской, но еще и на стендах вдоль стен, будто в магазинах сувениров, а рядом — таблички с подробными подписями, словно в зоопарке или музее. И еще стояли столики, как в кафе, с креслами. У стойки можно купить кофе или чай, присесть и выпить.
«Может, позволить себе что-нибудь этакое? — подумал Женька. — В конце концов, скоро пройду сертификацию на поддержку здоровья и смогу уже нормально зарабатывать!»
— Привет! Участвуй в нашей беспроигрышной лотерее! — воскликнула бойкая официантка с двумя косичками. Лет шестнадцати, старшеклассница на подработке, наверное. К Женьке она обращалась на «ты», потому что теперь ничего явно не маркировало его как ребенка-волшебника. Шли разговоры, что для членов Ассоциации магов введут специальные удостоверения и значки, но пока еще не ввели. Да и в любом случае Женька еще на сертификат не сдал.
Нет, конечно, он мог бы показать ей паспорт со своим годом рождения — семьсот пятьдесят третьим. Но зачем?
— Ты один или с кем-то пришел?
— Один, — сказал Женька.
— Тогда давай флаер!
Он протянул девочке фиолетовую бумажку, она сунула ее в карман фартука, а сама протянула ему небольшой терминал, вроде как для оплаты.
— Нажми кнопку, и на экране появится приз!
Женька послушно нажал — кнопка была одна-единственная. В окошечке тут же загорелось: «КОРОБКА КОНФЕТ».
— Ой, тебе повезло! Это большая коробка, и конфеты вкуснющие! Экспериментальная партия, завод восстановил старый рецепт и специально через нас промо-акцию! Сейчас принесу. Чаю еще будешь? К призу — бесплатно!
— Нет, спасибо, — мотнул головой Женька. Он прикинул, что коробка конфет как раз окажется достойным десертом к сегодняшнему ужину. И лучше бы чаю здесь не пить, а то правда захочется еще что-нибудь купить, он засидится и может опоздать.
Девушка метнулась к стойке и очень быстро принесла оттуда огромную шикарную коробку конфет! Реально огромную, размером с большую книгу, толстую — значит, конфеты лежат в два-три уровня — и тяжелую. Будто на большую семью на праздник.
И вот тут Женька познал, что такое шоколадный шок.
Нет, не потому что конфеты оказались такими уж вкусными. Он даже открывать не стал эту коробку, просто поблагодарил девушку, сунул приз под мышку и вышел обратно на тротуар. Просто название конфет ему вспомнилось!
Фабрика «Рыжов и Сыновья» (на самом деле давно уже какие-то там праправнуки — это одна из старейших кондитерских фабрик Ордена!), конфеты «Огненный вальс». Шоколад с медово-сливочной начинкой. Когда-то давно Огонёк попробовал их из-за названия и нешуточно полюбил. Это очень долго были его любимые конфеты — правда, тогда они продавались на вес, в фантиках, а не в коробках. А потом пропали из продажи. Знакомый продавец объяснил ему, что их сняли с производства как непопулярные.
Огонёк не на шутку расстроился.
Приятель, с которым они тогда крепко дружили, — кажется, как раз тот любитель поучать! — все настаивал: «Если тебе так нравятся эти конфеты, ну напиши ты на фабрику, поговори с технологами! Или с руководством. Может, предложи им бесплатно стать лицом продукта — гиасы такое не запрещают. Ты ребенок-волшебник, у них сразу продажи вырастут!»
Огонёк только рукой махнул. Мол, раз эти конфеты никому не нравятся, кроме него, то смысл стараться — все равно их покупать не будут. Тот парень… Блин, как же его звали? Сказал: «По мне так если чего-то хочешь, надо за это бороться. Нельзя руки опускать». Огонек ему ответил в том смысле, что советовать легко, а вот сам бы попробовал. Тот пожал плечами. «Сейчас у меня сам знаешь, какое дело, но вот как освобожусь немножко — почему бы и нет? Спорим, все получится!»
А потом что-то еще случилось. Тот парень с кем-то повздорил, этот кто-то за ними гонялся… Нет, не ребенок-волшебник, там была какая-то запара — как раз с криминалом! Огонёк вникать в детали не пожелал, но другу помог. Нужно было разобраться с каким-то подпольным перевалочным пунктом по продаже оружия, они его вдвоем обезвреживали, потом старались не появляться в городах, а потом…
Огонёк прошел уже целый квартал в направлении общежития. Можно было сесть на автобус, но он вместо этого свернул так, чтобы срезать через сквер. Здесь, где высоко в синем небе качались ветки сосен и пахло смолой, казалось, будто уже лето. И то ли запах смолистый ему окончательно напомнил, то ли что…
Да, этого парня по предмету-компаньону звали Смеющийся Жнец! А по-нормальному как? Какое-то сложное было имя, которое никак не сократить. Агафон, Акакий, Аркадий… Аркадий, да. Он сделал своим хобби то, что убивал всяких неисправимых преступников. Огоньку одно время нравилось ему помогать, потом стало тяжеловато. Противно, грязно, — раз за разом с этими гадами сталкиваешься, а меньше их не становится! Он как-то от Жнеца отдрейфовал.
Как раз среди таких смолистых сосен, когда они только познакомились, у них случился разговор.
«Если Огонёк Мечты — значит, у тебя есть мечта?»
«Конечно, есть! Сначала я мечтал помогать людям… А потом, когда уже стал ребенком-волшебником, стал мечтать, как сниму со всех Проклятье!»
«Подходяще. Похоже, нам с тобой по пути».
«А Смеющийся Жнец — это потому, что ты бандитов косишь?»
«Вот, все так думают! Нет! Я когда инициацию принимал, думаешь, знал, что так получится? У мамы было… — тут Жнец сглотнул: какая-то тяжелая история у него была связана с матерью. — У мамы было любимое стихотворение, там про Мрачного Жнеца, который смерть, и Смеющегося Жнеца, обычного человека, который в поле колосья собирает, чтобы у людей был хлеб! Дихотомия отчаяния и надежды, светлого и темного, как она говорила».
«Что такое дихотомия?»
«Противопоставление… Мне это стихотворение тоже очень нравилось всегда».
Интересно, где теперь этот парень? Исчез, наверное. Женька очень давно про него не слышал, а ведь шебутной был, вечно что-то придумывал и куда-то лез. Может, какой-то мафиозный барон все-таки его грохнул. Или гиас нарушил — с этим он тоже постоянно заигрывал.
Но конфеты — вот они! Вряд ли про них вспомнили просто так! Кто-то все-таки заморочился, возродил этот вкус.
Значит, все возможно. Значит, если биться за то, что ты хочешь, рано или поздно получится!
Женька почувствовал, что ему надо посидеть. Эмоции накатили резко и внезапно, его аж затрясло. Хорошо хоть, слезы на глаза не навернулись, это было бы уж совсем! Он плюхнулся на ближайшую лавочку, запрокинул голову, глядя на сосновые ветки.
Как-то все накатило разом, и отошли денежные и другие заботы, и он вдруг осознал, что он по-прежнему молод! Ему двенадцать биологических! Впереди целая жизнь — почти бесконечная, как выходит, если верить пожилому врачу, который читал у них вводный курс в регенеративную магию! И все хорошо! Хорошо!