Чтение онлайн

Кстати, Борис явно преуменьшил достоинства своего жилища. Оно было отнюдь не скромным — царским! Иначе, как можно было назвать большое бунгало, внутри которого была абсолютно комфортная температура? А вот снаружи, как было пекло, так и им оставалось — Саша высунула руку из окна… и вдруг отдернула!

— Осторожнее, юная леди, — укоризненно покачал головой Борис. — Вы очень рискуете. Температура, окружающая бунгало, немного выше, чем в пустыне.

— Если где-то что-то убудет..? — иронично хмыкнул Звеновой.

— То в другом месте обязательно прибудет. — Саша потрясла ошпаренной раскаленным воздухом рукой. — Надо же, и тут законы сохранения действуют!

Она уже приготовилась выслушать, как музыкант прокомментирует ситуацию, но призрак молчал. С интересом прислушивался к гостям.

— Лучше бы нам удачи прибыло, — Амвросий уже достаточно хорошо ознакомился с азами физики, чтобы понять, о чем шла речь. — Я имею в виду, прибыло удачи, а не только температуры. А то эти бесконечные скачки по адовым сковородкам…

— Но-но! — мигом отреагировал Звеновой. — Не каркал бы ты, братец!

— «Каркал»? Ты же ученый, нет? — подколол товарища монах. — Ты не должен верить во всякую чепуху.

— Ребята, ребята! — Саша в ужасе оглянулась на призрака.

Кажется, учительница мировой культуры говорила, что Борис под конец жизни не очень-то выносил человеческое общество. И уединенное жилище посреди жаркой пустыни, а не кватирка в какой-нибудь удобной для жизни Сугдони, на ее взгляд, было наглядным подтверждением слов учительницы. А парни, того и гляди, затеют жаркий идеологический спор!

Однако девушка волновалась зря. Борис смотрел на своих гостей с все возрастающим любопытством. Впрочем, монах и ученый и не думали ругаться. Они уже перешли на подсчет сделанных псами скачков.

— Ты же говорил, что будет четыре, — загибал пальцы Амвросий, — а я насчитал пять.

— Я говорил, что не меньше четырех, — поправил ученый. — И это, увы, только начало. Потому что нам еще ехать и ехать. Так что…

— У-у-у-у, ребятки! — Хозяин бунгало с сочувствием смотрел на псов. — Так не пойдет. Вам сегодня дальше идти нельзя, ваши собаки и так загнаны. Подождите тут, я скоро буду!

Борис был так искренен в своей обеспокоенности, так резво рванул куда-то вглубь бунгало, что Саша удивилась, уже вслух: а права ли была учительница истории мировой культуры, когда говорила о социофобии музыканта?

— Не нахожу противоречий, — хмыкнул в ответ на высказанные девушкой сомнения Звеновой. — Он уже лет восемьдесят, если мне не изменяет память, как живет… то есть, в его случае существует в тотальном одиночестве. Мог и соскучиться по общению. Кстати…

Ученый замолчал. Вероятно, о чем-то задумался: пальцы делали характерные движения, будто он чертил какие-то формулы.

— Думаешь, Иннокентий тоже может быть нам рад? — по-своему истолковала Саша недосказанное.

— Нет, с распростертыми объятиями не примет, — не прекращая вычислений в уме, покачал головой Звеновой.

— А почему ты в этом уверен? Из-за того, что его казнили, да?

Ответить Звеновой не успел: появился призрак. В руках он держал вполне современный баллончик.

— Охлаждающее, — коротко прокомментировал он, брызгая на руку Саши. — Конечно, ваш ожог незначителен, юная леди. Он пройдет быстро, но с охлаждающим еще быстрее.

Призрак оказался прав: пока он произносил эти слова, жжение в руке прекратилось.

Борис, выслушав горячее Сашино «спасибо», коротко кивнул в ответ и повернулся к псам. Те — громадные, опаленные, усталые, смотрели на него с явным подозрением. Борис протянул баллончик Звеновому:

— Вы тут сами, а я пока… А я пока над вашей ситуацией подумаю…

С этими словами музыкант направился к роялю.

Так прошел остаток дня. Борис почти все время играл, ребята слушали. В один из перерывов призрак приготовил гостям ужин на скорую руку и расстелил на полу матрасы. Сначала Саша даже пыталась подумать, откуда у призрака в доме водятся продукты (и средства первой помощи), но очень скоро перестала: и так было хорошо. Да и макароны с мясным соусом были вкусными. Она и парни с огромным наслаждением поужинали, не забыв поделиться с верными псами. А потом призрак заиграл что-то легкое, успокаивающее… Глаза начали сами собой закрываться. Саша уснула.

***

— Нелегко вам придется, ребята. — Борис покачал головой.

С утра он совсем не походил на себя, вчерашнего. Саша смотрела на этого внешне спокойного и собранного призрака и не могла поверить: неужто это он вчера играл на рояле? Играл все время, даже когда готовил гостям ужин одной рукой, а вторая в это время продолжала шевелить пальцами, будто ударяя по клавишам.

— Нелегко? — переспросил Звеновой. — Это вы о характере Иннокентия?

— Именно, — покивал призрак. — Мой оазис как-то вынесло в его озеро. Этот благообразный на вид молодой человек воззрился на меня так, будто воочию увидел одного из коней апокалипсиса!

— Молодой человек? — пропустила Саша «коня апокалипсиса» мимо ушей. — Вы сказали, он молод? Но почему?

На этот вопрос призрак ответить сразу не смог. Не до конца разобрался в законах Бездны?

Зато смог Амвросий.

— Эх, Сашка!.. Забыла? Отец сказал, что Иннокентий переродился. То есть, он каким-то хитрым алхимическим образом сумел пропустить весь процесс воплощения через материнскую утробу и прочее взросление, и… — монах, бросив взгляд на Бориса, умолк.

Сашу мигом прошиб холодный пот: как-то их гостеприимный хозяин отреагирует? Вдруг здесь не принято говорить на подобные темы?

А призрак будто и не заметил смущения гостей.

— Неважно, по каким причинам, но Иннокентий действительно молод, — просто сказал он. — Но его возраст в сложившейся ситуации и неважен. Важно то, что он не хочет идти на контакт, а вам нужно к нему попасть.

— Да, именно так. — Саша благодарно посмотрела на призрака. Приютил, накормил, в их проблемы вникает… — А нам действительно очень важно попасть к Иннокентию, Борис. Не подскажете, как его найти?

— Подсказать? — Борис с сомнением посмотрел на гостью. — Милая девушка, Иннокентий живет дальше, чем в десяти пластах. А ваши ездовые собаки…

Он указал на Конопуша. А потом на Черныша и Снежного.

Сейчас верные псы выглядели отдохнувшими и свежими. Но скоро, очень скоро им придется окунуться в зной и жар. И прыгать со слоя на слой, каждый раз рискуя свалиться в лаву!

Вчера они сделали по пять скачков и выглядели так, будто из них выжали все соки на полжизни вперед. Значит, пять скачков плюс переходы по раскаленной местности — их максимум. Получается, десять скачков они смогут одолеть за двое суток. Итого, с учетов вчерашнего дня, трое суток в горячих слоях, пусть и с перерывом на сон в роскошном бунгало… Но отец предупреждал, что они горячих протянут двое суток максимум!