Чтение онлайн

Или же Китти в приступе гнева, когда та обнаружила оборванный подол платья.

— Вы поворачиваетесь слишком быстро, — сердито говорила Нелл французу, — поэтому я не успеваю приподнять развевающиеся юбки. Разве это моя вина, что они все время путаются у меня в ногах?

— Ха! Да будет вам известно, шлейф бального платья…

— Но я же не на балу! — фыркнула Нелл. — А если окажусь там, то не стану танцевать с такими, как вы!

— Вы вообще не будете танцевать! — выпалил месье Палмье. — Ни один джентльмен не отважится танцевать с вами! Слон, и тот грациознее вас!

Нелл угрожающе расправила плечи, словно готовясь к нападению. Наступила зловещая тишина, в которой чудаковатый француз и вчерашняя уличная девчонка метали друг в друга яростные взгляды.

Нелл терпеть не могла этого эльфа! Уроки танцев проводились каждый день, и начиналось все хорошо. Кадриль, полька, гавот — все эти танцы были ей знакомы и не вызывали затруднений. Но когда понадобилось делать скользящие и летящие па, она потерпела неудачу. Ей никогда в жизни не приходилось вальсировать или же танцевать что‑либо подобное вальсу. В трактирах, где она обычно танцевала, просто не было места для широких фигур вальса.

— Вы должны быть грациозной, — сурово твердил ей старик, словно она нарочно старалась спотыкаться и шататься из стороны в сторону. Француз был небольшого роста и, когда сердился, производил жутковатое впечатление, становясь похожим на злого гнома с клочковатыми седыми бровями. Он был так похож на это сказочное существо, что, вздумай пойти в ирландский квартал, чтобы собирать выставленные, по местным поверьям, за порог кувшинчики молока для домового, никому бы и в голову не пришло ему помешать.

— Я же стараюсь! — оправдывалась Нелл. — Не могу же я летать как птица! Дамы ходят ногами. У них же есть ноги, или я не права?

Из‑за рояля, стоявшего в углу бального зала, послышался решительный женский голос:

— Нельзя говорить о ногах в присутствии джентльмена, леди Корнелия!

Нелл скривилась. Миссис Хемпл была еще одной занозой, появившейся в ее жизни по приказу Сент‑Мора. Это была полная самодовольная дама зрелых лет, имевшая собственное мнение относительно всего на свете. Сейчас, во время урока танцев, она аккомпанировала на рояле, но ее основной задачей было научить Нелл хорошим манерам. Она почти весь день сопровождала ее на занятиях танцами, риторикой, сидела вместе с ней за обеденным столом и комментировала все неправильные с точки зрения этикета действия своей подопечной.

Если верить словам миссис Хемпл, дамы не должны есть за обедом сыр и острые блюда. Перед едой они не должны слишком поспешно снимать перчатки, чтобы, паче чаяния, не показаться голодными. Они не должны говорить о своем теле, словно они бесплотны. И уж конечно, нельзя говорить о ногах. Какие ноги? Дамы не ходят, а плывут по воздуху. А может, у них есть крылья?

Нелл представила себе, как она, хлопая крыльями, порхает над скользким дубовым паркетом бального зала, и невольно рассмеялась.

Палмье едва сдержал негодующее восклицание.

— Если вы еще раз засмеетесь, я буду вынужден…

— И что же вы тогда сделаете? — насмешливо поинтересовалась Нелл. Она страшно устала от бесконечных поучений и придирок. К тому же все слуги в доме пялились на нее, словно на дикого зверя в зоопарке. Но она не считала себя глупой или неспособной к обучению. В жизни ей приходилось выбираться из куда худших ситуаций, чем неумение вальсировать или правильно сидеть за столом. — Что вы можете сделать со мной? — Она шагнула к опешившему французу. — Хотела бы я посмотреть, как вы станете меня наказывать!

В этот момент от двери донесся ленивый голос:

— Какой интересный педагогический прием!

Палмье резко повернулся к входившему в бальный зал Сент‑Мору.

— Ваше сиятельство! Мы… остановились на короткую передышку.

Настроение Нелл мгновенно поднялось при виде Сент‑Мора, одетого в дорогой серо‑голубой костюм. Странное дело, почему она обрадовалась его появлению? Наверное, потому что он всегда разговаривал с ней как с равной, не предъявляя претензий по поводу ее недопустимого поведения или дурных манер.

Собственно говоря, это была его идея оставить ее здесь, в этом доме, и разыграть фарс с признанием ее законной наследницей графа Рашдена.

Сент‑Мор остановился перед ней и учтиво поклонился:

— Леди Корнелия!

Она не сразу вспомнила, что от нее требуется. Сент‑Мор многозначительно молчал, глядя ей в глаза. В следующее мгновение наставления миссис Хемпл всплыли в ее памяти. Недовольно закатив глаза, она все же протянула ему руку и нараспев произнесла:

— Доброе утро.

Взяв ее руку, он слегка сжал ее и ответил:

— Доброе утро. — Отпустив ее, он обратился к Палмье: — Можете продолжать, месье.

Француз тотчас подскочил к Нелл.

— Выше подбородок, — тихо сказал он, — и помните о руках.

Словно она могла о них забыть! Ей хотелось ответить дерзостью, но она сдержалась, ограничившись лишь сердитым взглядом. Она сможет танцевать этот проклятый вальс! Даже мама признавала, хоть и неохотно, что у нее несомненные способности к танцам.

Нет, теперь не время вспоминать маму, иначе ее сердце вновь наполнится скорбью и мраком. Сделав глубокий, насколько позволял тугой корсет, вдох, Нелл кивнула переминавшемуся с ноги на ногу Палмье:

— Хорошо.

Какой толк в том, чтобы злиться из‑за собственной неуклюжести? Мама велела ей пойти к Рашдену за помощью. Пока она не покинет этот дом с хорошей добычей, мамин наказ не может считаться выполненным.

Сделав шаг вперед, Нелл протянула французу руку, и миссис Хемпл заиграла вальс.

Несколько первых туров прошли благополучно, потом она споткнулась, но снова закружилась в танце. Однако теперь она стала вести своего партнера вместо того, чтобы следовать за ним. Музыка остановилась, и Палмье возмущенно вырвался из ее рук. Потом он обреченно, словно приговоренный к расстрелу, повернулся к Сент‑Мору:

— Она старается, но…

— Да, я вижу, — сухо заметил граф.

Повернувшись к Нелл, он окинул ее таким разочарованным взглядом, что ей захотелось нагрубить ему. Она не виновата, что ему в голову пришла глупая идея убедить высший свет в том, что она аристократка по рождению. И слава Богу, что она не принадлежит этому лживому и переполненному вычурными условностями высшему обществу!

— На сегодня достаточно, — добавил Сент‑Мор, и миссис Хемпл тут же встала из‑за рояля и вместе с французом поспешно покинула бальный зал.