Чтение онлайн

Суды были публичными. Присутствовало немало влиятельных горожан, в особенности среди тех, кто потерял родственников во время резни.

Глаза культистов из числа тех, кто догадался о моей истинной личности, как лидера культистов, надо было видеть.

Но те, кто был способен сложить два и два легко могли понять, что голословные обвинения от подсудимого убийцы в адрес нового короля в лучшем случае поднимут на смех, а в худшем — добавят обвинений в клевете. Но как они смотрели на суд… Я буквально наслаждался происходящим.

Все члены культа получили приговор в виде пожизненных работ на благо короны. По меркам королевств - одно из самых суровых наказаний. Родственники осуждённых немедленно принялись организовывать ко мне паломничества, пытаясь выгородить родную кровиночку. Одним из таких был граф Литанс, древний старик, но достаточно влиятельный: я запомнил его по угрюмому взгляду на меня во время совета лордов.

— Я бы хотел ходатайствовать о пересмотре приговора для моего внука, Ваше Величество. — не стал долго рассусоливать граф наедине.

— Вы полагаете, это необходимо? — приподнял бровь я.

— Я скоро умру. Мой сын станет графом, и больше внуков у меня нет. Род может прерваться, это недопустимо. — внимательно посмотрел на меня старый граф.

Я сложил руки на столе и пристально посмотрел на отживающего последние годы аристократа.

— Я не буду менять приговор, но для людей, подобных вашему внуку, будут особые условия работы. В частности, их основной задачей на службе короны будет служба на благо ордена, в который войдут все бывшие члены культы. Полагаю, благодаря своему происхождению, ваш внук сможет занять достаточно высокий пост в новом ордене. И разумеется, членство в нём никак не помешает ему принять обязанность за графство.

— Вы хотите сказать, что приговоры - фикция? После всего, что они сделали? — вскинул кустистые седые брови граф.

— Лишь для своих. — качнул я головой, не уточняя, что для меня своими являются все члены культа.

— Я понял вас, Ваше Величество. — после коротких раздумий согласно склонил веки лорд Литанс. — Что я должен буду взамен?

— Ничего, как и остальные, чьи дети получат особое положение. Я полагаю, что люди Палеотры, имеющие высокое положение, в состоянии позаботиться о нерадивых детях, которых, возможно, обманом втянули в это дело?

— Разумеется, это так, милорд. — бесстрастно кивнул граф.

— В таком случае вы можете быть свободны, лорд Литанс. И будьте так любезны, донесите положение дел до остальных.

Старик молча кивнул и покинул мой новый рабочий кабинет во дворце Палеотры. Не знаю, что он делал дальше, но со следующего дня прошений о пересмотре приговоров больше не было.

Таким образом, все остальные довольны, насколько это возможно. Родственники погибших получили видимость суровых приговоров, родственники членов культа - убедились в наличии смягчений для своих.

А вот внутри культа, как только до тех донесли суть приговора, о происходящем начали ходить анекдоты. Улос даже рассказал мне один, подслушанный у послушников помоложе:

Возвращается культист с королевского суда грустный-грустный, и его обступают друзья, которых должны судить чуть позже.

— Записали в смертники?

— Изгнание из королевства?

— Пожизненные каменоломни?

Опустивший голову культист обречённо вздыхает и говорит:

— Хуже. Сказали сдать экзамен по сложносоставным проклятьям до конца недели…

Остальные, хором:

— Не, ну это уже безумие…

— Это же просто невозможно!

— Лучше сдохнуть…

Но это было лишь забавной лирикой. Куда важнее было то, что с окончанием судов ко мне явился усталый, но жутко довольный Грицелиус и позвал меня посидеть на крыше дворца.

Королевский дворец в Дерее был своего рода уникальным архитектурным снаряжением, аналогов которых мне ранее не встречалась в королевствах. В противовес многим иным постройкам, он не имел высоких, выделяющихся башен, и издалека больше напоминал огромный куб красно-золотых оттенков. Центральная часть крыши была покрыта розоватой черепицей, но вот вокруг неё была обширная площадка, обнесённая небольшим, исключительно декоративным забором. Учитывая высоту дворца, это была неплохая обзорная площадка с хорошими видами на любую часть города.

Именно здесь размещались чёрные лучники Лары, контролируя, чтобы никто не ушёл из дворца живым…

За несколько дней, прошедших с успешного переворота, Улос, словно из табакерки, откуда-то раздобыл новых слуг, и сегодня они организовали нам с Грицелиусом небольшой столик с напитками и закусками прямо на крыше.

Старый маг огня выглядел безмерно усталым. Казалось, он не спал уже несколько дней. Под глазами верховного магистра красных башен залегли чёрные, тягучие тени, а лицо осунулось и поплыло, придавая ему вид совсем уж древнего старика. Я даже заволновался, не собирается ли он помирать в ближайшее время.

Тяжело поднявшись по крутой лестнице на крышу, Эрнхарт Грицелиус совершенно бесцеремонно плюхнулся в кресло рядом со мной. Я заботливо наполнил старику кубок каким-то странным напитком, популярным в Палеотре. Кажется, слуга называл это “пряный пустырник”...

— Вы скверно выглядите, друг мой. — улыбнулся я. — Вам не помешает отдых и положительные эмоции.

Маг огня шумно приложился к кубку, и резким, но отточенным движением прокатил его по столу в мою сторону, как бы намекая наполнить его вновь. Я не стал отказывать.

— Элдрих никогда не наливал мне ничего. — задумчиво протянул Грицелиус, откинувшись в кресле с полным кубком. — Бывало, угощал других лордов, как принято в вашей среде, но меня - никогда. Не считал за равного, как я полагаю. Лишь за слугу. Верного, важного, но слугу. Приятно видеть, что тебя не испортила новая корона.

Я легко рассмеялся. В этот раз — искренне. Пригубив слегка кисловатый, терпкий напиток, напоминавший по вкусу травяной чай с корицей и ванилью, я последовал примеру старика, откинувшись в кресле. Багровый шар солнца уже почти скрылся за горизонтом, погружая город перед нами в лёгкий полумрак, а нашу сторону крыши - в тень.

— Это один из секретов. — честно признался я. — Я знаю множество вещей, что помогают сохранить и приумножить власть, но спесь, высокомерие и брезгливость никогда в них не входили. Меня куда больше волнует твоё здоровье, чем твои манеры.

Эрнхарт прикрыл глаза, словно засыпая, и на ненадолго замер. На одно мгновение я испугался, не умер ли старик прямо на месте - так плохо он выглядел. Но в следующее мгновение сквозь веки прорвалась яркая вспышка, и пожилой маг огня открыл глаза, превратившиеся в пылающие солнца.