Чтение онлайн

– Да, я его убедил, – кивнул Гуров. – Как только ты привезешь оборудование, мы его сегодня же установим. А я тем временем возьму горелку и заварю дыру в ограде. Так что эти прорехи мы заделаем. Я, правда, не спросил у Вершинина, с какого счета ты будешь оплачивать покупки – поднимись в кабинет, спроси у него сам. Да, и насчет своего дежурства не беспокойся – я за тебя подежурю, сколько надо.

Марат быстро доел, что еще оставалось перед ним на тарелке, остальные блюда отнес на кухню, после чего отправился разыскивать водителя Илью, чтобы взять у него ключи от джипа. А Гуров направился в дежурку, чтобы сообщить об установке камер и второму охраннику, Косте. Он обратил внимание, что Костю Потапова новость не так обрадовала, как Марата Ордынцева. Пожалуй, ему было все равно, будут в доме новые камеры или нет.

В это время как раз подошло к концу дежурство Потапова, пора было заступать на вахту Ордынцеву. Но он никуда заступить не мог, потому что только что на глазах Гурова выехал с территории поместья. Так что сыщик сам сел в дежурке перед экранами и стал изучать возможности, которые давала существующая система наблюдения. Он быстро выяснил, какие части поместья не охвачены наблюдением. «Если враг Вершинина хотя бы пару раз сюда заходил, то он тоже быстро понял, где находятся места, в которых его никто не видит, – размышлял Гуров. – При таких возможностях он может наносить удары хоть каждый день и в любом месте. Даже странно, что в таких условиях он еще не устроил пожар или еще какую-то гадость. Впрочем, одну гадость – аварию «Мерседеса» – он уже устроил…»

Тут он заметил, что перед воротами поместья появились три человека, нагруженные мольбертами. Это возвращались со своего дневного сеанса художники. Сыщик поспешил открыть им ворота. Он бы сейчас не отказался поговорить с каждым из живописцев, понять, что это за люди. Но дежурство есть дежурство, и уходить было нельзя. Впрочем, Гуров отметил, что возвращение художников не осталось незамеченным. Навстречу пришедшим из дома вышли мать и дочь – Ирина Васильевна и Настя Вершинина. Если Ирина Васильевна стала расспрашивать о работе Олега Никитина, «пирата» и потомка великого землепроходца, то Настя о чем-то оживленно разговорилась с Романом Мерцлиным. Так что обделенным женским вниманием остался только Лев Султанов. И Гуров заметил, что художнику это не понравилось: его лицо исказила гримаса.

Марат Ордынцев вернулся из города только спустя два часа, когда уже начало темнеть. Он выгрузил из джипа гору коробок с камерами наблюдения и сказал:

– Да, привезти я это привез, а когда мы будем все это устанавливать?

– Не понял вопроса, – сказал Гуров. – Сейчас и установим. По крайней мере, внутри дома все можно сейчас установить, темнота тут не помеха.

– Темнота, может, и не помеха, – отозвался на это Ордынцев, – а вот кто работу делать будет? Мне надо садиться в дежурку. Костю вы сейчас не позовете – он, скорее всего, сейчас поест хорошенько и храповицкого задаст. Что ж вы, в одиночку работать будете? Не получится. Там надо, чтобы один соединял, а другой смотрел на экране, что из этого получается.

– Не вижу тут никакой проблемы, – сказал на это Гуров. – Мы Илью Васюхно позовем. Он человек технически грамотный, вполне может с этой аппаратурой справиться.

Так он и сделал, и вскоре они вдвоем с водителем размещали камеры в доме. Решили начать с кухни. Тут их появление вызвало недовольство повара Григория.

– Мне как раз индейку надо готовить, – заявил он. – Петр Никитич индейку сегодня заказал. Как же я буду ее готовить, если вы будете прямо у меня над головой сверлить и привинчивать?

– Хорошо, Григорий, мы тебя услышали, – сказал на это Гуров. – Не будем у тебя над головой сверлить – посверлим пока в столовой.

– Там вы будете Ане мешать, – заметил на это повар. – Ей пора на стол накрывать, а как она будет накрывать, если тут сейчас пыль полетит?

– Вот что, занудливый ты наш, – сказал на это Гуров. – Перестань ставить нам палки в колеса. Всякое новое дело создает кому-то неудобства. Ничего, вы с Аней эти неудобства перетерпите. Зато потом ни тебе, ни Ане не придется отвечать на вопрос, как это в поданные вами блюда попал стрихнин, или цианид, или еще какая гадость. И не придется доказывать следователю, что вы думать не думали травить своих хозяев. Дело идет о жизни и смерти, понимаешь ты меня, повар Сильвер?

– Понимаю, конечно, – отвечал Григорий уже тоном ниже. – Я скажу Ане, чтобы она все приготовила, но пока на стол не накрывала. В последние десять минут можно все накрыть. А вот у меня приготовление отложить нельзя – тогда весь ужин сорвем.

Вот почему Гуров и Васюхно начали установку новых камер не с кухни, а со столовой. Оттуда они переместились в холл, потом в гостиную к лестнице. Всюду их встречали удивленные взгляды обитателей поместья. Пожалуй, единственным человеком, который сразу понял смысл производимых действий, был старый друг Петра Вершинина Виктор Селиверстов.

– Безопасность укрепляете? – сказал он, заметив, что двое «специалистов» устанавливают камеру в гостиной. – Давно пора! Если уже в ограде такие дырки проделали, то чего можно ждать здесь, внутри дома? И что, теперь все изображения с новых камер тоже будут передаваться в дежурку?

– Ну да, – кивнул сыщик. – Я думаю, дежурным прибавится не так много работы. Прежде у них было шестнадцать камер, и все висели снаружи. А теперь будет двадцать семь, и половина будет висеть внутри. Чуть больше внимания – вот и все. Кстати, Илья, мы еще не проверяли, как наши с тобой камеры работают. Пойдем посмотрим.

И они направились в дежурку, где нес вахту Марат Ордынцев. Селиверстов пошел вместе с ними. Когда они вошли, Марат как раз проверял работу последней установленной ими камеры – той, что обозревала лестницу. Гуров смог убедиться, что вся установленная аппаратура отлично работает. Все самые главные точки дома теперь отражались на экранах.

– А что-то я здесь не вижу кухни, – заметил Селиверстов. – Что, вам повар не разрешил вторгаться в его владения?

– Примерно так, – кивнул Гуров. – Он ужин готовит, и мы бы ему помешали. Но ничего, мы после ужина все сделаем. Правда, Илья? Хоть ночью придется работать, но сделаем.

– Значит, сегодня еще сохраняется опасность получить вместе с индейкой порцию стрихнина, – заметил старый друг Вершинина. – Однако будем надеяться, что на этот раз пронесет.

– Вот я тоже на это надеюсь, – сказал Гуров. – А с завтрашнего дня уже не надо будет надеяться на авось, с завтрашнего дня мы все будем уверены в собственной безопасности.

Едва они успели проверить работу камер, как в дежурку заглянула Аня и пригласила Гурова в столовую – ужин был накрыт.

– Ага, значит, мне тоже можно пойти перекусить, – удовлетворенно сказал Илья. – А то я что-то проголодался.

– А вы едите в то же самое время, что и хозяева с гостями? – поинтересовался сыщик.

– Только я и Егор Васильевич. Нам Григорий на кухне накрывает. Он и Аня садятся позднее, когда все подадут к хозяйскому столу. А охранники едят по собственному графику, когда смену сдадут.

– Но весь обслуживающий персонал ест на кухне?

– Да, на кухне. Управляющий Аркадий Борисович запрещает есть в своих комнатах.

– Что ж, давай сейчас поедим, а потом ты далеко не уходи, мы последнюю камеру на кухне установим, – предложил Гуров и отправился на ужин.