Чтение онлайн

Нелли пожала плечами.

– Я встретила ее на улице, мы разговорились. Катя сказала, что ищет работу. Я предложила место уборщицы, потому что больше мне никто не требовался. Она согласилась. С тех пор трудится.

– Я ее не сразу узнала, – призналась Лана.

– Подурнела. Постарела, – согласилась Нелли.

– Какая девка была! – щелкнула языком Таня. – Глаз не оторвать. А сейчас смотреть тошно…

– Неужели мы так же плохо выглядим? – забеспокоилась Наденька.

– С какой стати? Мы же не пьем!

– Зато много работаем, мало времени проводим на свежем воздухе, дуем кофе литрами… Да еще курим!

– Мне нельзя курить бросать, иначе я еще больше поправлюсь, – заявила Таня.

– Если купить специальную жвачку, ни курить не хочется, ни есть.

– Пробовала! Ни фига не помогает.

Лана не курила и участия в споре не принимала. Она думала о Кате и ее бывшем муже, сыне мэра. Когда-то он был влюблен в нее, Лану. С первого класса. И все десять лет пытался добиться ее расположения. Он и за Катей начал ухаживать, как Лане казалось, только затем, чтобы она поревновала. Но когда та забеременела, парень, как честный человек, на ней женился.

– Все, девочки! – услышала она голос Нелли. – Пора на процедуру!

Таня с Наденькой тут же упорхнули. Лана решила не тратить время даром, а сделать маникюр.

Через сорок минут из косметического кабинета показались подруги. Лица их были немного красны, но довольны.

– Я чувствую, что помолодела лет на десять! – воскликнула Таня.

– На пять, – не согласилась с ней Наденька. – Сейчас нам чуточку за тридцать.

– А завтра, когда краснота спадет, будет двадцать восемь!

– Ой, Нелька, спасибо тебе за подарок!

– Да, спасибо!

И они обе кинулись к Нелли обниматься.

Лане лица подруг показались точно такими же, как и до пилинга (если красноту в расчет не брать), то есть нисколько не помолодевшими. Но ей понравился их настрой. Ведь это самое главное – чувствовать себя юной и прекрасной. Тогда и окружающим ты будешь казаться такой!

Спустя пять минут в кабинет отправилась Лана.

Ее уложили на кушетку, натянули на голову шапочку, обмыли лицо.

– Будет немного щипать, не пугайтесь, – предупредила косметолог.

Лана кивнула и закрыла глаза.

Было приятно, когда на лицо наносился раствор. Но потом Лана ощутила то самое пощипывание, и стало не так хорошо. Однако она быстро привыкла к неприятным ощущениям и даже задремала, ожидая, когда косметолог начнет очищать ее лицо.

Наконец время пришло. Лана дождалась, когда уберут раствор, затем открыла глаза.

– Что-то не так? – спросила у косметолога. Она задала этот вопрос потому, что ей не понравилось выражение ее лица. – Я вас спрашиваю, что-то не так?

Девушка быстро замотала головой. Но не убедила Лану.

– Дайте мне зеркало, – потребовала она.

– Подождите немного, я сейчас лицо смажу одним кремиком…

– Зеркало!

Косметологу ничего не осталось, как подать его.

Лана глянула на свое отражение, испуганно вскрикнула и потеряла сознание.

Очнулась она после того, как Нелли поднесла к ее носу ватный диск с нашатырем. Чихнув, Лана открыла глаза. Оказалось, она лежит на кушетке, а вокруг нее собралось сразу пять человек: три подруги и два косметолога. Вид у всех был обеспокоенный и немного испуганный. Девушка же, что делала ей пилинг, Катя, вообще была в ужасе. Ее глаза лихорадочно блестели, а губы тряслись.

– Простите меня, бога ради… Простите, – залепетала она, встретившись с Ланой взглядом. – Я должна была посмотреть на этикетку… Еще раз проверить.

Лана не очень хорошо поняла, о чем она. Нелли разъяснила:

– Тебя намазали другим составом. Концентрированным. Сделали глубокий пилинг. Так что ты сильно не расстраивайся. Нет ничего страшного в том, что ты сейчас так выглядишь. Все пройдет. Станешь как новенькая.

– Когда?

– Ну…

И замолчала, не желая расстраивать Лану.

– Но как так вышло? – спросила та и чуть не заплакала, когда, сев, мельком взглянула на себя в зеркало, висящее на стене.

– Катя перепутала пузырьки с кислотой.

– Но я точно помню, что нужный стоял на моем столике, а тот, что с концентрированной, на полочке, – сказала Катя.

– Значит, ты машинально поменяла их местами.

– Не могла я этого сделать! Ваша подруга – мой последний клиент на сегодня. До нее я работала с другой вашей подругой. И той тоже делала легкий пилинг. Концентрированный я как убрала сегодня днем, так к нему больше и не притрагивалась.

– Значит, кто-то подменил пузырьки намеренно, – высказала предположение ее коллега. – И это точно не я. Мы вместе с Катей пошли мыть руки после клиентов, одновременно вернулись. За пять минут нашего отсутствия кто-то поменял пузырьки местами.

– И кто это мог быть?

– Кто-то из них! – И она указала сначала на Таню, затем на Надю.

– Да как вы смеете? – взревела Татьяна.

– Да, и не совестно вам оговаривать людей? – с мягким укором проговорила Наденька. Обе девушки-косметолога опустили очи, устыдившись. – Лана – наша подруга со школы. Мы почти как сестры. Разве мы могли так ее изуродовать?

– Это ж не серная кислота, – буркнула Катя. – Так что ее уродство быстро пройдет.

– На мелкие пакости и сестры способны, – подпела ей коллега.

– А может, это вы, милая, все подстроили? – пошла в наступление Татьяна. – Чтобы ее, – она ткнула пальцем в Катю, – подставить. В любом случае она проявила халатность. Надо проверять пузырьки перед тем, как начинать работать. А что вы вместе руки ходили мыть, ничего не значит. Проходя мимо столика, подмену можно совершить за три секунды. Никто и не заметит.

– Вы тут с больной головы на здоровую не валите, – не дала себя в обиду косметолог. – Мы вместе с момента основания салона работаем. И ни разу друг другу подлянок не устраивали. Потому что работа есть работа. И каждая из нас дорожит не только собственной репутацией, но и всего салона. Пятно на Кате – пятно на всех нас. А не ошибается только тот, кто ничего не делает. Ну, не перепроверила. И что теперь?

– А ничего, – чуть не плача, выдохнула Лана. – Просто я буду справлять Новый год дома… Одна…