Чтение онлайн

Приват. Ох-ох-ох, жарко.

Её запах, её дыхание. Я слышу стук ногтей – это мой кайф!

У меня в голове камасутра. Бесконтрольное удовольствие, наслаждение.

В какой-то момент показалось, что я уже умер. Но очнулся в одно мгновение, когда Арина своими изящными ручками в длинных перчатках встряхнула меня и вернула к жизни.

Сногсшибательная эйфория.

Интересно, Багира правда так умеет? Или это лишь моя необузданная фантазия?

Мелодия закончилась. Видение растворилось в лёгком мареве. Так же внезапно, как и появилось.

Эйфория, экстаз, наслаждение – я чуть не кончил от визуала. Мне было так хорошо. Она исчезла, и через некоторое время наступило просветление и отрезвление.

Закрываю глаза. И…

Вся обнажёнка Багировой, какую успел впитать мой возбуждённый мозг в зимнем саду, вертится на многократном повторе.

С ума сойти! На хрен её! Замучает меня до утра.

Пью, пью и пью. Всю ночь. Чтобы упасть и не видеть ни снов, ни фантазий. Ничего…

Утром за завтраком:

– Макеев, ты живой? Уснул что ли? – трясёт меня Птах за плечо. – Вы видели, Кир опять закрыл глаза и чему-то улыбается? Полночи так в одиночестве просидел и наслаждался видом с закрытыми глазами.

– Яр, угомонись, – скидываю с плеча смуглую жилистую руку. – Почему ты вообще в майке? Все люди, как люди, нормально одеты к столу. Перед кем рельефом светишь, а?

Ярослав у нас очень рельефный. Все гадают, отчего он такой: генетика, тренировки, питание, или всё-таки… Есть у нас теория, что сарказм и ядовитость сушат не только душу, но и тело. По аналогии: «Доброго человека должно быть много». Вполне вероятно, Птах в детстве упал в чан с экстрактом зверобоя, горькой полыни и борщевика, оттого так язвителен и жгуч.

– Завидуешь, Макеев? Что за гнилуха от тебя прёт? – неожиданно завопил Яр, упираясь в меня резким взглядом.

– Чему завидовать? – улыбаясь, играю мышцами под тонкой тканью лонгслива. – Оденься, говорю. Ты ведь не дома у себя на кухне.

– Там я без майки и без трусов хожу. – заявляет Птах, и никто не сомневается, что это правда.

– Ярослав Хороший, – хихикает Николь, и я стараюсь не засмеяться следом.

– Спасибо, что ты не голый, – добавляет Юра, нежно поглаживая живот своей жены. Они вдвоём сидят на маленьком диванчике. И выглядят так… Мило. Мои глаза откровенно радуются.

– Кир! Расскажи лучше, какое сегодня кино крутят в твоей голове? – любопытный Медведь возвращается к теме моих «медитативных состояний».

– Да уж, нам, наверное, и не снилось такое количество оргазмов! – поддакивает Козырев. – Аха-ха-ха! Да, Кир?

– Это точно, у Макеева может быть только одна причина, по которой сейчас он не здесь и не с нами. – Птах пытается без анестезии залезть мне в душу. – Пубертатный период с влажными фантазиями давно позади. Значит, трахнул горячую тётю. От которой его до сих пор штырит.

– Отстаньте. – раскатисто звучит хриплый, командирский бас Бурсина. – Кир… Выпил лишнего. Поздно лёг. Расслабился человек.

От слов «влажные фантазии» в момент меня накрывают эмоции от ночного визуала приватного танца Багировой. Реально, ощущения будто я вернулся в подростковый возраст. Член дёргается и твердеет. Мешается. Встаёт надо и не надо. Блядь…

– Юр, угостишь валерьянкой? – спрашиваю Бурсина, а он недоумевающе качает головой.

– Чего?

– Аха-ха-ха! Всё, ухайдакали парня. – ржёт «добрый» Ярослав. Хорошо, что он не видит, мой стояк под столом. Иначе, его бы порвало от остроумия.

Глубоко вздыхаю и кладу на ладони свой лоб. Пытаюсь отвлечься и успокоиться.

– В чаёк пятьдесят грамм коньячку махни не глядя. – вытерев покрасневший нос салфеткой, гундосит Птах, поучающе, менторским тоном. – И спать на три часика. А потом покушай. Если до полудня выживешь, значит, будешь жить, не получилось – похмеляйся дальше. Чем заболел, тем и лечись. Муха-ха-ха! Главное, не забывай, неправильный опохмел приводит к запою.

– Да-да, бульончик, и под одеяло. – запускает Валет пальцы в свои волнистые волосы и зевает. – Плюс фильм отвлекающий. Время лечит.

– Хочешь выпить? – Бурый сочувственно улыбаясь протягивает бутылку коньяка и пузатый снифтер. – Элитная выдержанная «валерьянка».

Наливаю не больше четверти объема бокала. Вращаю. И знакомое тепло волной разливается по организму. Пара глотков, откидываюсь на спинку мягкого стула и чувствую себя гораздо лучше. На мгновение я забываю о Багировой, снах, фантазиях.

Как вдруг шумно открываются громоздкие двустворчатые двери в столовую. На пороге ОНА.

Арина…

Рядом с камином сверкает золотым каркасом сервировочный столик на колесиках для подачи блюд. Багирова обаятельно улыбаясь дефилирует к нему.

– Всем доброе-доброе утро! Я немного задержала завтрак, прошу прощения. – она пропускает перед собой домработницу с белоснежной супницей в руках.

Проносится гул взаимных приветствий с ироничными пожеланиями здоровья в похмельное утро.

– Моська огонь! – Птах хвалит внешний вид Арины. – Выглядишь отпад после вчерашнего.

Точно демонесса. Покоряющая. Ослепляющая.

Искажается чувство времени. Кажется, что все процессы в организме замерли.

Я просто закрываю глаза. Через минуту открываю, всё ещё сомневаясь в том, что она действительно здесь. В голове так пусто стало, будто бы я только-только проснулся. Медленно моргая, опускаю взгляд в стол, не поворачивая ватной головы в сторону шумной болтовни.

– Ааа, это да, хи-хи-хи, я сегодня «принцесса малибуууу». Моя миссия спасти как можно больше душ от похмелья. Помню, помню про все ваши пристрастия. И случайно вчера узнала, что Кирилл любит рассольник.

Что?! Вздрагиваю. Никто, кроме меня, не замечает, кажется. Все ведут себя как обычно. Зачем ей эта информация обо мне?

Не знаю, как реагировать. Не акцентирую внимание.

Наверное, лучше было бы уехать до завтрака.

Я же не знал, что она тут объявится, до того, как я свои мозги приведу в порядок… А я сейчас в непорядке.

В максимально расшатанном состоянии.

Яр зевает, трёт глаза руками и неожиданно как-то мягко улыбается Багировой.

– Похметолог, ты наш! Мы уже заждались, если честно.