Узор мечты
Шрифт:
Серые глаза Годри смотрели на нее внимательно и серьезно. Очевидно, он пытался понять, говорит ли она правду. Анжела не выдержала его тяжелого взгляда и опустила глаза, делая вид, что разглядывает кайму на платье. Она прекрасно понимала, что выдает себя. Но теперь ей было все равно. Отчаяние и чувство вины рвали ее душу на части, превращали ее в хаотичное скопление обрывков мыслей и осколков чувств. Управлять всем этим она была не в состоянии. Словно неумелый возница Фаэтон, она готова была упасть с небес и разбиться. Только жаль, Слай не вознесет ее на свои небеса как созвездие любви…
Спустившись с трапа самолета, она почувствовала себя еще хуже. Ветер плевал в лицо острыми осколками дождя, небо хмурилось свинцом и сеяло в ее душе еще большую тревогу. Анжела оглянулась на Слая. Может быть, его холодное лицо хоть немного изменилось, потеплело? Но весь облик Слая по-прежнему выражал ледяное равнодушие к происходящему.
Что я тебе сделала?! – хотелось закричать Анжеле. За что ты так наказываешь меня, любимый?! Почему вчера я была твоим Ангелом, а сегодня стала чужим человеком? Но вместо этого она молча приняла протянутую Годри руку и села в подъехавшую машину.
– Пожалуй, я доберусь своим ходом, – неожиданно произнес Слай, когда Анжела и Годри уже сели в машину. – Если ты, Годри, будешь так добр и одолжишь мне денег.
– Конечно, – с каким-то облегчением произнес Годри и полез за бумажником. Анжеле показалось, что он даже обрадовался предложению Слая. – Сколько угодно.
Пока Годри рылся в бумажнике, Анжела с нескрываемой болью в глазах смотрела на Слая. В ее глазах отразилось все: и падающее свинцовое небо, и холодные сумерки, обосновавшиеся в ее душе, и горечь, и опустошающее чувство утраты, и вопрос, который она хотела выкрикнуть в лицо Слаю: «За что?!». Но Слай лишь отвел глаза, не желая встречаться с ее отчаянным взглядом. Отвел глаза, взял деньги, протянутые Годри, и, развернувшись, скрылся за пеленой нарастающего дождя.
12
«В его счастливых глазах отражалось ее лицо. Он понял, что только эта женщина сможет наполнить его жизнь смыслом и глубиной. И почему же эта простая истина не открылась ему раньше? Скольких бед и проблем они могли бы избежать…
Он склонился к ее лицу и почувствовал медовый запах ее губ. Они чуть открылись в ожидании поцелуя.
– Если бы ты знала, как нужна мне… – хрипло прошептал он. И, не в силах больше сдерживаться, поцеловал ее.
Она снова почувствовала его запах – запах нежности. Ее руки оплели его плечи и сжали их, чтобы никогда больше не размыкать объятий. И хотя Эмми знала, что уже не потеряет Ричарда, она все равно обнимала его так страстно, как будто делала это в последний раз.
Он догадался, почему ее объятия были такими крепкими.
– Эмми, любимая, – прошептал он, оторвавшись от ее губ. – Ты больше не потеряешь меня. Никто и ничто не сможет разлучить нас.
Именно эти слова Эмми и хотела услышать от Ричарда. Теперь она чувствовала себя по-настоящему счастливой. И никакие тени прошлого не смогли бы омрачить ее безоблачное счастье. Она заглянула в его зеленые глаза и прочитала в них то же, что чувствовала сама. Внезапно, изнемогая от переполнившей ее радости, она отстранилась от Ричарда и закричала на все побережье:
– Я люблю тебя!
И ответом ей были плеск волн и счастливая улыбка любимого мужчины…»
Анжела поставила многоточие и легонько оттолкнулась ногой от стола. Кресло на колесиках отъехало на несколько сантиметров. Анжела откинулась на спинку кресла и уставилась в потолок.
Сегодня она закончила роман. Слай, которого она когда-то хотела сделать отрицательным персонажем, стал в нем главным героем. А она – героиней романа. Анжела рисовала реальные взаимоотношения реальных людей. На страницах романа ожили ее чувства, ее мечты. Ей хотелось, чтобы именно так разрешилась ее ситуация. Чтобы Слай Хэмптон думал и чувствовал так же, как Ричард, возлюбленный Эмми.
Но сейчас, глядя в потолок и анализируя последние события, Анжела понимала, что это так же невозможно, как посмотреть на настоящего Санта Клауса. Потому что Слай Хэмптон плевать на нее хотел. И ему было абсолютно безразлично, о чем она сейчас думает и что чувствует.
После того, как Анжела разорвала помолвку с Годри, она несколько дней ждала, что Слай даст о себе знать. Но Слай Хэмптон как сквозь землю провалился. Анжела сходила с ума от ожидания и страха потерять навсегда этого мужчину.
Но прошла неделя, и она поняла, что ждать его прихода или звонка бесполезно. Он не придет. Анжела была лишь ярким пятном в его жизни. Всплеском чувств, о котором лучше позабыть, пока он не вторгся в его жизнь и не изменил ее полностью.
Слай испугался. В этом она не сомневалась. Однако оттого, что Анжела объяснила себе причину его исчезновения, легче ей не стало. Наоборот, стало еще горше. Значит, он не любил ее… Ведь она пошла на все ради своей любви: изменила человеку, с которым встречалась несколько лет, а затем разорвала с ним помолвку.
Ей было безумно жаль Годри. Когда Анжела рассказала ему обо всем, он побледнел как полотно. И ушел, не сказав больше ни слова. Анжела нисколько не сомневалась в том, что поступила правильно, открывшись ему. Но чувство вины не стало меньше после ее признания. Оно лишь усугубилось. Анжела причинила человеку боль, и от этого на душе стало еще тяжелее. Как будто свежие, незажившие раны присыпали солью…
После того, как точки над «i» в отношениях с Годри были расставлены, Анжела серьезно задумалась над тем, чтобы самой найти Слая. В конце концов, его телефон можно было найти в адресной книге. Или через каких-нибудь общих знакомых. Например, через Розмари и Ральфа, которые должны были на днях вернуться из свадебного путешествия.
Эти мысли бродили в голове Анжелы не долго. Несмотря на отчаяние и боль, владевшие ею, она не хотела наступать на горло собственной гордости. Ведь если она права и Слай действительно испугался, зачем ей унижаться перед ним? Навязывать себя? Она никогда не вела себя так с мужчинами, так почему Слай должен быть исключением?
Потому что ты любишь его, вздыхая, отвечала себе Анжела. Только потому, что любишь…
Ее долгим сомнениям и раздумьям положил конец звонок из издательства. Срок договора подходил к концу, а ее книга все еще не была написана. Это отрезвило Анжелу, и она начала работать. Анжела думала, что в таком состоянии писать ей будет невероятно тяжело. Но, к ее великому удивлению, страницы заполнялись с рекордной скоростью. Давно уже она не работала так плодотворно, как сейчас. Как будто кто-то невидимый сидел рядом с ней и выбирал для нее верные слова, подсказывал фразы, диктовал целые абзацы…
Книга помогла ей на время унять боль. Но лишь на время. Потому что, как только Анжела закончила роман, боль накатилась на нее новой волной. И подняла на поверхность все разбитые иллюзии, все невоплощенные мечты, все нереализованные надежды. А Анжеле оставалось только сидеть посреди этой разрухи, тупо рассматривая местами облетевшую на потолке побелку. И пытаться не думать. Забыть и не думать…
Из этого транса ее вывел телефонный звонок. Еще неделю назад Анжела сломя голову бежала к телефону, надеясь, что ей позвонит Слай. Теперь же она брела к трубке как сомнамбула, без всякой надежды в душе.