Чтение онлайн

Около часу дня Тураев пошел на сближение с конвоем, который перед этим только что подвергся удару торпедоносцев. Противник еще не успел опомниться после атак с воздуха, и поэтому, несмотря на большое охранение, лодка сумела без помех подойти на дистанцию залпа и выпустить торпеды по двум целям: транспорту и сторожевику одновременно. Обе цели были поражены. Транспорт, видимо, оказался с войсками, потому что часть кораблей сгрудилась на месте его гибели, подбирая с воды людей.

Остальные корабли наверняка попытались бы преследовать лодку, если б не повторный удар с воздуха, от которого погибли еще несколько сторожевиков.

На этом «С-104» не закончила свои боевые действия. 15 октября, вскоре после полуночи, вахтенный командир Новожилов заметил конвой, крадущийся на восток. Тураев находился тут же, на мостике. Конвой заметили с небольшого расстояния, и атаковать пришлось сразу же, из кормовых аппаратов. Однако залп получился неудачным. Торпеды прошли мимо.

Но Тураев не отступился. Он решил нагнать конвой и повторить атаку, благо лодка не была замечена противником. Через сорок минут это ему удалось. Но во время атаки произошел единственный в своем роде случай. Едва прозвучала команда «товсь!», как одна из торпед вырвалась из аппарата. Транспорт не успел еще прийти на залповый пеленг, командир не успел скомандовать «пли!», а воздух уже сотряс сильнейший взрыв. Судно, вероятно груженное боеприпасами, быстро затонуло.

Случай этот тщательно разобрали, сначала на самой

[304]

лодке — в море, а потом на бригаде — в базе. Выстрел произошел самопроизвольно, не по вине торпедистов. Если не вдаваться в технические подробности, то можно сказать, что событие это исключительное — на Севере еще ни разу не было такого, — но вполне объяснимое. Торпеда же попала в цель потому, что дистанция залпа была очень мала. Если бы лодка дала полный залп с временными интервалами, что, собственно, и собирался сделать командир, то, очевидно, эта торпеда прошла бы мимо. Остальные же, судя по расчетам, поразили бы цель. Но как бы то ни было, хорошо то, что хорошо кончается.

Командующий флотом высоко оценил действия экипажа и настойчивость командира в преследовании противника.

Кстати сказать, в этом походе в качестве старпома участвовал Иван Иванович Папылев — в прошлом комиссар и замполит лодки, попросившийся год назад на учебу, в командирские классы.

В день, когда «С-104» произвела свою необычную атаку, на весь мир прозвучало сообщение Совинформбюро: «Войска Карельского фронта прорвали сильно укрепленную оборону немцев северо-заладнее Мурманска и сегодня, 15 октября, при содействии кораблей и десантных частей. Северного флота овладели городом Петсамо (Печенга) — важной военно-морской базой и мощным опорным пунктом обороны немцев на Крайнем Севере».

Надо ли говорить, как воодушевило это сообщение всех североморцев, в том числе и подводников, находившихся в море! Их и без того высокий боевой дух поднялся необычайно. Встречи с противником ожидали, как величайшего счастья. И даже те экипажи, которым до этого не везло, добивались в эти дни успеха, стремясь внести свой вклад в победное завершение операции. Ведь наступление продолжалось. Нас ждал Киркенес, ждали скалы и тундра северной Норвегии!

К числу «невезучих» лодок на бригаде относили «С-14», которой командовал капитан 3 ранга Виктор Петрович Каланин. Командир он был знающий и волевой, экипаж на лодке подобрался хорошо обученный и дружный. Но вот за шесть походов с января по октябрь «С-14» только один раз — в июле — сумела торпедиро-

[305]

вать вражеский корабль. И то не удалось пронаблюдать, погиб он или нет. Словом, лодка плавала много, а успехи ее были весьма скромными. И винить, собственно, в этом было некого. Не везло, и все тут.

В свой седьмой поход «С-14» вышла 13 октября. А через три дня у Порсангер-фиорда она встретилась с медленно идущими строем уступа тральщиками. Их было три. Судя по всему, они занимались тралением. Обстановка позволяла атаковать сразу всю группу. И Каланин показал, на что он способен. Отлично сманеврировав, он с шести кабельтовых выпустил четыре торпеды с интервалом в десять секунд, после чего головной и следующий за ним тральщики переломились и начали тонуть. Лишь третьему кораблю удалось отвернуть от торпед.

На следующий день, 17 октября, мы получили донесение о новой победе гвардейской «М-171», успевшей второй раз выйти в море. На этот раз, стреляя из надводного положения, она двумя торпедами отправила на дно транспорт.

В своем первом боевом походе на Севере отлично зарекомендовал себя Ярослав Иосселиани и возглавляемый им черноморский экипаж «В-4». Бывшие черноморцы вполне освоились с заполярным театром, с особенностями действий на нем.

Лодка вышла в море в радостный день, когда была взята Печенга. А ночью восемнадцатого числа, во время поиска с одновременной зарядкой аккумуляторов, гидроакустик доложил о шуме винтов какого-то судна. Приказав прекратить зарядку, Иосселиани объявил боевую тревогу и повел лодку на сближение с невидимой целью. Вскоре на фоне темного моря удалось разглядеть танкер водоизмещением примерно три тысячи тонн. Из надводного положения с дистанции пять кабельтовых командир дал по танкеру трехторпедный залп. Но одна из торпед из-за неисправности торпедного аппарата не вышла. Остальные две прошли мимо цели.

Тогда Иосселиани снова повел лодку в атаку. И снова с короткой дистанции произвел двухторпедный залп. Неудача повторилась. Возможно, танкер заметил торпеды и сумел отвернуть. Казалось бы, все шансы на победу были упущены. Но Ярослав Константинович не вышел из душевного равновесия и не примирился с не-

[306]

удачей. И хотя танкер, увеличив скорость, ушел довольно далеко, он пустился за ним в погоню. Лодка дала полный ход обоими дизелями и в конце концов, заняв в третий раз позицию залпа, выпустила торпеды, которые на этот раз достигли судна. Танкер стал быстро погружаться с дифферентом на корму.

Спустя двое суток «В-4» заняла удобную позицию под самым берегом и, находясь в густой тени от прибрежных скал, ожидала конвой. Он не заставил себя долго ждать. И тогда лодка, выйдя из своей засады, незамеченной сблизилась с охраняемыми транспортами на дистанцию всего в два кабельтова. Каждый из двух транспортов получил по одной торпеде в борт, и оба они начали тонуть.

А лодка погрузилась и довольно быстро улизнула от преследования.

— Эти атаки — образец настойчивости, мужества и высокой морской грамотности, — сказал Арсений Григорьевич Головко, оценивая первый поход «В-4».

Надо сказать, что своим успехом Иосселиани во многом был обязан ходившему с ним Михаилу Минаевичу Семенову — нашему флагштурману. Отличный знаток и морского театра и уловок врага, участник двадцати боевых походов, он дал командиру немало дельных советов, которыми тот умело воспользовался…

Утром 20 октября потопила транспорт и «С-14», наведенная на конвой авиаразведкой. Это была вторая победа «несчастливой» лодки за четыре дня.

Последней в Петсамо-киркенесской операции вышла в море «С-101». Командовал ею капитан-лейтенант Николай Трофимович Зиновьев, бывший помощник с «С-15», занявший место переведенного в штаб флота Трофимова. И командир и экипаж с великим нетерпением ждали часа, когда можно будет отдать швартовы и присоединиться к лодкам, ищущим и настигающим врага. Но выход задерживался в связи с ремонтом.

Наконец 25 октября, в день взятия Киркенеса, «С-101» покинула Екатерининскую гавань. Шесть суток вела она поиск, прежде чем встретила отряд немецких кораблей: два миноносца и один сторожевик. Три бесследные торпеды вырвались из аппаратов, и через две минуты одна из них поразила миноносец.

[307]

Произошло это утром. А днем, часа в три пополудни, в том же районе был замечен одиночный неприятельский тральщик. Лодка начала сближение с целью. Но тут показался и второй тральщик. Зиновьев дал залп по первому из них, но торпеды еще не успели сделать свое дело, как из-за мыса Нордкин появились несколько сторожевых кораблей.