В глубине души
Шрифт:
– Да, - выдохнула она. – Ты спросил у меня настоящее имя в первую ночь, и я назвала тебе его. Элли – мое уменьшительное имя, которым называет меня Эйвери.
– А на сцене они называют тебя Ангелом, верно?
Она кивнула и отвела взгляд, чувствуя неловкость от того, что я упомянул ее сценическое имя.
– Она знает, что ты танцуешь стриптиз в центре города? Она знает, что ты занимаешься грязными вещичками с незнакомыми мужчинами, которые бросают тебе лишь несколько купюр?
– Это нечестно. Я только с тобой такое делала.
– Почему я?
Она опустила голову и рукой потерла лоб.
– Потому что ты богатый, знаменитый, привлекательный. Половина девочек этим занимается, а другая половина просто забирает свои чаевые и уходит. Я была такой же, пока не появился ты.
– Опять же, почему именно я? И, пожалуйста, не говори мне, что ты по уши влюбилась в меня или что у тебя были чувства ко мне. И без того уже слишком много дерьма.
Она закатила глаза и покачала головой.
– Нет. Я думала, что если и соберусь когда-то переспать с клиентом, то он должен быть кем-то известным. Ты был волнующим и в то же время таким холодным и необщительным. Я реально не могу понять, как тебе удалось обмануть Эйвери, и она не раскусила, какой ты мудак.
– Я ни в чем ее не обманывал, но ты определенно лгала ей. И это тебе не скрыть от нее. Почему ты не сказала ей неделю назад, что трахалась с Ксандером Пирсом? Большинство женщин хвастались этим дерьмом. Но ты? Нет… Ты не хотела, чтобы Эйвери узнала про твой маленький грязный секрет. И как же ты думаешь ей рассказать о нас, не разоблачив себя?
Она отвела взгляд, скрестив руки на груди.
– Мы можем сохранить это между нами и делать вид, что никогда ничего не было. Насколько я понимаю, для Эйвери ты - милая маленькая Элли, и мы с тобой только что познакомились.
Она посмотрела в потолок и покачала головой. Не потому, что не собиралась помалкивать, а больше в знак того, насколько все было погано.
У меня не было другого выбора.
– Мы договорились?
Она посмотрела на меня, а затем неохотно кивнула.
– Ты всегда знала, когда подчиниться.
Судя по пронзительному раздраженному взгляду, брошенному в мою сторону, шутка ей не понравилась.
– Мудак.
Я пожал плечами и попятился к двери.
– Я дала тебе визитку, чтобы она смогла помочь тебе, а не для того, чтобы ты манипулировал ею.
– Ооо, она помогает мне, Элли… Поверь.
Я улыбнулся, закрыв дверь. Она думает, будто я играю с Эйвери в какие-то игры. Но это не игра. Это история моей жизни – я отчаянно пытаюсь удержать то, что мне не предназначено.
Я скользнул обратно в постель к Эйвери, и она слегка шевельнулась, когда я обнял ее. Я уничтожал все, но как только она уютно примостила свою голову под мой подбородок, и я почувствовал сладкий аромат ее волос, смешанный с запахом секса, которым мы только что занимались, я понял, что сделаю все, только чтобы удержать ее.
Глава 3
«Ночные кошмары»
Ксандер
– Дай мне уйти, Ксандер! – кричит она.
– Нет! Только когда выслушаешь меня.
– Что тут еще сказать? Все кончено. Хватит.
– Он трахает тебе мозги. Он манипулирует тобой, – в моей груди растет паника. Все выпитое мной раннее спиртное угрожает вырваться наружу. Я вспотел, а руки дрожат. Я - гребаная развалина. И все потому, что я теряю ее.
Я сел в постели, прерывисто дыша.
– Это не по-настоящему, - прошептал я сам себе. Мне нужно убедить самого себя, что меня там уже нет, что все давно закончилось. То, что произошло много лет назад, не должно казаться настолько реальным.
– Эй, – моего бицепса коснулась рука.
Я моргнул в темноте и прошептал:
– Джессика?
– Что? Нет. Кто такая Джессика?
Эйвери.
– Ксандер?
– Никто. Не бери в голову.
Мы легли обратно. Она поднырнула под мою руку и положила голову на грудь. Это именно то, что мне было нужно. Мне нельзя спать. Я бы мог бодрствовать всю гребаную ночь, даже если бы просто держал ее в объятиях. Прошла неделя с тех пор, как я узнал, кем на самом деле была Габриэлла, мы с ней пришли к соглашению, и я уверен, что она собирается держать язык за зубами.
Эйвери елозит и постукивает своими пальчиками по моей груди. Пройдет немного времени, прежде чем психолог в ней возьмет верх, и она начнет пытаться анализировать мои сны.
Я убрал свою руку из-под нее и сел, спрятав лицо в ладонях и глубоко вздохнув.
– Хочу пробежаться.
Я встал и начал натягивать свою одежду для пробежки. Услышал, как она слезла с кровати, но попытался проигнорировать ее, когда она встала рядом со мной. Расстояние между нами временно приостановило бы пытку, потому что я знаю: она уже готова начать ее.
– Два часа ночи.
Я пожал плечами.
– Я делаю это в любое время. Пробежка очищает мозги и помогает усилить истощение.
– Я иду с тобой, - она подошла к своей сумке с вещами, которая находилась у меня в комнате, и начала рыться в ней.
– Ты не пойдешь.
– Почему нет? – она повернулась с шортами для бега в руке.
– Потому что сейчас два часа ночи. Ложись спать.
– Ты хочешь сказать, что не сможешь ночью защитить меня от незнакомца?
– Может быть, я и есть тот незнакомец, в защите от которого ты нуждаешься, - я посмотрел на нее через плечо.
Она резко выдохнула, раздражаясь.
– Я рискну.
Обычно я бегаю по тропинке в лесу за домом, но, так как она настояла на совместной пробежке, мы вышли через переднюю дверь и побежали по обочине дороги. Удивительно, но она держалась и не пыталась завести со мной разговор.
Однако спустя два часа, после того как мы приняли душ и съели ранний завтрак, она все же нарушила молчание.
– Я могла бы записать тебя на сеанс к Мэттью.
Я замер со стаканом апельсинового сока у рта и взглянул на нее.
– Ты ведь это несерьезно?
– Почему нет? – она прислонилась бедром к стойке рядом со мной, пока я ставил свой стакан.
– Я не откроюсь твоему бывшему парню, - поморщился при мысли об этом.
– Он мой друг и профессионал своего дела, - она коснулась моего бицепса и приподняла бровь.
Я бросил на нее взгляд, который говорил: "Черта с два я буду откровенничать с парнем, который тебя трахал".
– Тебе нужно с кем-то поговорить, Ксандер, - она фыркнула, явно раздраженная моей неспособностью открыться.