Чтение онлайн

— Это не правда.

673 подошел к ней:

— Так вот почему ты так любезна? Ты надеялась на спасение? Вообразила, что наша небольшая сделка понадобится только на короткий срок? Что ты всего лишь несколько дней будешь страдать от члена отброса общества. — В его смехе не слышалось веселья. — Сожалею, девушка-воин, но никакого спасения не предвидится.

— Ты лжешь. Они прилетят.

— Стая 225-го допускает только дроидов, потому как им нравится, что те приносят еду, одежду и людей для рабского труда или перепиха, и они не хотят, чтобы что-то заподозрил Командный совет, пока они готовятся с ним сразиться.

— Сразиться с ним?

— Думаешь, если оставить группу преступников одних на тысячи лет, то те не построят собственное общество? Требуется лишь один идеолог-психопат со способностью заставлять большое количество последователей делать всё, что он захочет, и каторжная планета, полная безжалостных преступников, на которой до этого царил хаос, превратится в хорошо организованный учебно-террористический центр. И это то, чем стал Драгаш-25.

— Этого не может быть.

— Возможно, ты не слышала на Земле из-за цензуры Совета, но этой планетой сейчас управляет стая убийц с манией величия, которые довольно серьезно не довольны Советом. В довершение всего, они разобрались, как блокировать электронные системы корабля, заставляя их без предупреждения падать. Я видел, они на пути к созданию машины, которая сможет сделать большее. Возможно, даже поможет покинуть планету и отправиться в космос. — Он поднял рюкзак, который всегда находился недалеко от него. — Им всего лишь не хватает важных деталей и некоторых ноу-хау. Они это в конечном счете получат.

— Нет. — Белла шагнула назад. Затем ещё. — Ты лжешь. Спасатели прилетят. И я улечу отсюда. Ева и доктор Уинтроп тоже.

— Осторожно, — рявкнул заключенный, уронив рюкзак в грязь, протянул руки и поманил её к себе. — Ты на краю.

Белла еле его слышала.

— Мы расскажем им о растениях. Об их способности расти в суровой жаре и грязи, в среде, схожей на измененную Землю. Они согласятся на необходимость дальнейшего изучения, и мы дадим Земле и моей сестре и брату шанс на полноценную жизнь.

— Остановись, — произнес он яростно и жестко.

Белла покачала отрицательно головой, вытирая слезы с лица.

— Я больше не стану тебя слушать. — Её ботинок, соскользнул у края, но она продолжила отступать, нуждаясь в расстоянии, чтобы оградиться от его ужасного рассказа.

— Вернись.

Земля поддалась под её ногами.

Белла закричала. Сильные руки схватили её за предплечья.

— Черт побери. — Заключенный притянул её ближе, оттаскивая от края. Звук падающих камней эхом отдался в её ушах. — Что я говорил тебе в первый день, женщина? — Заключенный слегка встряхнул Беллу. — Ты должна оставить свои мечты о Земле. Тебе нужно смириться с тем, что ты теперь на Драгаш-25. — 673 вновь её встряхнул. — Ты должна понять это, иначе никогда не выживешь.

— Я думала, это на короткий срок, — закричала Белла в ответ, толкая его в грудь. — Я не думала, что это навсегда. Скажи мне, что ты врешь.

— Не вру.

— Нет! — Белла боролась, пытаясь вырваться. От его слов. От искренности в его взгляде. От ужасной истины, что ожидала её брата и сестру.

В договоре Совета прописано, если её объявят пропавшей без вести или мертвой, то все иждивенцы будут выдворены из защищенного корпуса Совета и ограждены от распределения ресурсов. Её любимых брата и сестру отправят обратно в сиротские приюты, где выросла она. Бездушное, жалкое место, где жизнь — это голод, смерть и грабители. И на этот раз её там не будет, чтоб их защитить.

— Ты ошибаешься, — настаивала Белла. — Спасательный шаттл прилетит спасти нас. — Она сильнее надавила на него, затем толкнула. А 673 по-прежнему держал её. Его хватка была жесткая, но безболезненная. Он просто пережидал её истерику.

До тех пор пока её судорожные вздохи не сменились на рыдания, а её руки не упали безжизненно по бокам.

— Я не… не хочу остаться здесь навсегда.

С мрачным выражением заключенный притянул её к себе и крепко обнял.

— Всё хорошо, девушка-воин. Всё хорошо.

Но это не так. Белла сомневалась, что когда-нибудь будет именно так.

*****

Заключенный держал её крепко, пытаясь успокоить их обоих. Даже на Земле 673 не очень-то хорошо с этим справлялся. Он был пилотом и солдатом и, даже приезжая домой на побывку после заданий Командного совета, он с женой жили довольно разными жизнями. Он понимал, что находился дома редко. Жене пришлось устраивать свою жизнь. Но не знал, что она спала с женатым представителем Совета из их округа.

— Заключенный?

— Да? — Он не хотел, чтоб прозвучало так грубо, но Белла смотрела на него, по её лицу стекали слёзы, а пальцы сжимались на его груди, от увиденного у него стал ком в горле.

На мгновение 673 подумал, что потеряет её у обрыва, не успеет добраться до нее вовремя, и его сердце по-прежнему сжимало от страха. Глупее не придумаешь. Привязанность ко всему на Драгаш-25 являлось рецептом разочарования.

— Никто не прилетит? — Её голос звучал тихо. Совсем не похоже на его девушку-воина.

Он ничего не мог сказать, кроме как правду.

— Они прилетят, но не выживут.

Белла вздрогнула:

— Я не могу позволить этому случиться.

673 играл с кончиками её волос, наслаждаясь мягкостью шелкового локона в ладони.

— Это невозможно остановить. Выжить на этой планете достаточно сложно. Попытка сразится с 225-м и его сворой только погубит тебя вместе с ними.

— Но ничего не остается… — она прервалась, всхлипывая.

— Помнишь, что я говорил. — 673 пытался сохранить неизменным свой голос, но это было непросто. Её мягкость — любая мягкость — напоминала ему о его первоначальном выводе, что она не протянет долго, и это раздражало его больше, чем должно. — Законы Земли здесь не работают. Переживай за себя.

Белла не ответила. Заключенный также промолчал, наслаждаясь тем, что держал её теплую, желанную и доверившуюся ему.

— Заключенный? — Ему следовало бы знать, что молчание долго не продлится. Его девушка-воин любила поговорить. — Почему ты говоришь об этом загодя? Почему заставил думать Уинтропа и Еву, что забрал меня, чтобы трахнуть?

Он почувствовал, как член дернулся. Ему нравилось слышать это слова из её полных губ.

— Потому что это я и собираюсь сделать.

Белла изучала его, будто могла видеть его сердце, что, конечно, невозможно. Он давно потерял этот орган.

— А насчет боли?

673 неловко переступил с ноги на ногу:

— Возможно, это небольшое преувеличение. — Он поднял её лицо за подбородок, чтобы встретиться с его твердым взглядом. — Теперь ты моя. Не его. Здесь, мать его, засранец Совета не может ничего поделать, он там лежит на земле, так что пусть привыкает к этому. Вам двоим лучше к этому привыкнуть.

— Я не хочу быть с ним. Я не была с ним и до крушения, — она даже не колебалась.

Что-то внутри него отпустило. Он даже сразу и не понял, что внутри всё сжалось.