Чтение онлайн

Лавицкий знал, что говорил!

«Мессершмитты» снова появились у самого изгиба Северного Донца. Их теперь было четыре. И все они дружно навалились на «аэрокобр», приняв свой излюбленный боевой порядок — уступом по фронту. Странно! Немцы давно уже не совершали таких дерзких налетов на наших истребителей, имевших двойное численное превосходство.

— Ну, друзья, придется потрудиться! — произнес Лавицкий и приказал ведомым подготовиться к отражению атаки «мессершмиттов» и в то же время помнить об основной задаче.

В бою летчика очень поддерживает боевое братство. После того предельного напряжения, которое испытывает он в первом вылете, кажется, что теперь уже не в состоянии будет драться: силы иссякли. А товарищ попросит помощь, и он снова бросается, как лев, в атаку. По голосам ведомых Николай определил: эти будут сражаться с удесятеренной энергией. В состав полка вошло за последнее время много совсем молодых летчиков. Но и они уже успели показать себя. Правда, молодые азартны и увлекаются боем, забывая, как важен трезвый расчет, который надо сочетать с напористостью и дерзостью.

Лавицкий мигом оценил создавшуюся обстановку, правильно сориентировался и, выбрав нужное решение, удачно расположил пары. Оставалось только действовать — быстро, четко и, главное, в том порядке, который задан им.

— Набрать высоту! — Голос Николая звучит ясно. — Атакую «мессера». Прикройте!

Обычные, может быть, множество раз повторяющиеся слова, но в них теперь все.

Стремительное сближение. Противник открывает огонь из пулеметов на какую-то долю секунды раньше. Но тщетно. Он не достигает цели. Николаю приходит на помощь ведомый, который не дает возможности остальным подойти на удобную для атаки дистанцию. Искусно маневрируя, Лавицкий мастерски атакует врага, связывает остальные самолеты боем. Вот в одном «МЕ-109» вспыхнуло пламя. Снаряд угодил в бензобак. Истребитель несколько раз перевернулся в воздухе и упал. Остальные снизились до бреющего полета и ушли за линию фронта.

Николай посмотрел на карту и отметил, что вражеский истребитель упал в двенадцати километрах западнее Красного Лимана.

Наши истребители вернулись на аэродром.

Когда Николай отстегнул лямки парашюта и сделал несколько шагов, то сразу почувствовал страшную усталость.

Через некоторое время он хорошо отдохнул, но впечатления боя крепко засели в нем. Отвязаться от них не было никакой возможности. И вот он опять и опять анализирует. «Что же это получилось? Случайно ли так легко досталась победа? Почему ушли те два „МЕ-109“? Все ли я сделал, чтобы их уничтожить?»

Как бы угадывая, о чем думает Лавицкий, ту же мысль высказывают и его боевые друзья.

— А ведь тех мы могли бы уничтожить!

— Могли бы! Но, видишь ли, тогда бы у нас не хватило времени на выполнение основного задания.

Николай это теперь хорошо представлял. И впервые в нем шевельнулось: «А правильно ли мы делаем, что без конца гоняемся за немецкими истребителями? Конечно, хорошо, что теперь у нас преимущество. Но главное — во что бы то ни стало выполнить поставленную задачу, задачу основную. Ну а если сбивать самолеты, то лучше в первую очередь сбивать ведущего, а потом уже ведомого. Этим противнику наносится большой моральный ущерб. Точно так, как получилось сейчас: сбит был ведущий. Остальные — бежали. И в то же время мы выполнили задание».

Позже, при разборе боевых действий, эти мысли были высказаны Николаем.

— Очень важно атаковать врага молниеносно, брать инициативу в бою в свои руки, бить с коротких дистанций. И, конечно, учитывать тактико-технические данные новых истребителей. Летчик в бою должен быть находчив и изобретателен. Что такое победа? — говорит Лавицкий. — Только ли смелость, воля, готовность идти на риск и сам риск, бесстрашие, боевой опыт? Этого мало! Мы должны хорошо знать поведение врага в бою. И все время разрабатывать новые тактические приемы. Одним словом, надо быть новаторами, правильно будет сказать, авиационными стахановцами.

18 августа 1943 года в районе юго-западнее Ворошиловграда войска Южного фронта прорвали глубоко эшелонированную оборону противника на реке Миус в районе города Амвросиевка и 23 августа овладели им. Брешь, образовавшуюся во вражеской обороне между Сталино — Амвросиевкой и Таганрогским заливом, гитлеровцы закрыть так и не смогли.

30 августа был освобожден Таганрог. Враг отходил вдоль залива на Мариуполь.

1 сентября 1943 года гвардии старший лейтенант Николай Ефимович Лавицкий вступил в должность командира эскадрильи. К концу месяца на его счету уже было записано 20 лично им сбитых самолетов противника и 2 сбитых в группе. К тому времени он с начала войны произвел 278 боевых вылетов и провел 91 воздушный бой.

30 сентября 1943 года эскадрилья Лавицкого за световой день сделала три вылета на прикрытие наземных войск в районе Пришиб — Нейдорф. Вот что об этом писал командир полка майор В, С. Сайфутдинов в представлении к награждению Николая Лавицкого орденом Александра Невского: «…с работой справляется хорошо и как командир эскадрильи четко и правильно отдает команды в воздухе. 30 сентября 1943 года три раза вылетал на прикрытие наземных войск и не дал возможности бомбардировщикам противника сбросить бомбы на цель.

Первый вылет шести „аэрокобр“ в период с 11.55 до 12.40. Прикрывая наземные войска в районе Пришиб — Нейдорф на высоте 3600 метров, они встретили группу в двадцать бомбардировщиков „Ю-87“, а затем подходили другие группы. Всего было до пятидесяти „Ю-87“.

Первую и вторую группу летчики Лавицкого смело атаковали. В результате один „Ю-87“ был сбит лично Лавицким, остальные в беспорядке сбросили бомбы в поле. Кроме того, два „юнкерса“ были подбиты.

Второй вылет шести „аэрокобр“. Выполняя задание по прикрытию наземных войск в районе Пришиб на высоте 3060 метров, встретили шесть „Ю-88“ под прикрытием „МЕ-109“. Лавицкий дал правильную команду: одной паре связать боем „МЕ-109“, а остальным идти в атаку на бомбардировщиков. Строй бомбардировщиков был нарушен. У атакующих появилась возможность сбить один „Ю-88“, что и было сделано. Остальные бомбардировщики, не достигнув цели, ушли поодиночке на запад. Кроме того, пара, ведущая бой с истребителями, сбила один „МЕ-109“.

Н. Е. Лавицкий имеет хороший боевой опыт. Молодому летному составу постоянно передает тактику ведения воздушного боя. Лавицкий в боях проявляет отвагу и героизм, увлекает остальных за собой».

Так записано и официальных документах. Но за этими предельно лаконичными строками угадывается непрекращающаяся динамика воздушных боев. О них очень ярко и впечатляюще рассказывал Николай Ефимович своим друзьям:

— Вылетели мы тремя парами: я, Василий Сапьян, Иван Кишква, Дольников, Денисов, Лихонос. Шли в район боя на предельной скорости. Преимущество было на стороне фрицев. Группы их были численностью по двадцать машин каждая. Однако мы летели выше. А это большой козырь. Враг старался отвлечь наших летчиков, чтобы его «бомберы» смогли беспрепятственно нанести удар по наступающим войскам. Тактика известная, и мы хотели перепутать все их планы. Знали, как поступать в таких случаях: в бой заходили сверху и со стороны солнца. Беру на себя атаку на ведущего. Гитлеровцы ошеломлены. Их истребители кидаются за нашими «аэрокобрами». Действительно, что-то есть в машине от кобры. Стремительна и маневренна. Немцам не удалось оттянуть наших летчиков. Нам же удалось расстроить боевые порядки. Основной удар был нанесен бомбардировщикам.

Тому, кто командовал авиаподразделением или частью, настойчиво совершенствовал боевое мастерство, наносил жестокий урон живой силе и технике противника и без потерь возвращался на свою базу, полагался орден Александра Невского. Для награждения этим орденом как будто бы были основания, все условия налицо. И надежды эти оправдались. 2 октября 1943 года гвардии старший лейтенант Лавицкий Николай Ефимович был награжден полководческим орденом Александра Невского.

Когда ему в августе присваивалось звание Героя Советского Союза, на его счету было одиннадцать сбитых самолетов и один в паре. И за каких-нибудь два месяца счет этот удвоился: он уничтожил уже 22 вражеских самолета.