В омуте блаженства
Шрифт:
– Никогда не слышали о «Жизни в аду»?
– Нет...
– Ну, ничего, – он улыбнулся, – возможно, она была написана еще до вашего рождения. Вы молоды, мисс Жирар.
– Папа, может быть, ты вернешься к твоему проекту?
– Проекту?
– Да, к тому, о котором ты говорил утром.
– Ах, да. – Он покорно улыбнулся. – Эта сцена... Конечно, я должен вернуться и заняться ею.
– Прежде, чем вы уйдете, мистер Ворд, – прервал его Коул, – я бы попросил вас об одолжении.
– Да?
– Я хотел бы знать, не сдадите ли вы мне в аренду дом для гостей?
– Что? – Джессика задохнулась. Коул не обратил на нее внимания:
– Если вы согласны, мистер Ворд, я хотел бы снять дом для гостей. Роберт моргнул:
– Да, сынок, но этот коттедж не использовался много лет.
– Это хорошо. Мы с Люси приведем его в порядок. Мы сделаем все, что необходимо.
Джессика встряхнула головой и пыталась поймать взгляд отца. Она не хотела, чтобы Коул так близко жил. Он смотрел на отца, но не видел, как ему плохо. Если Коул будет жить в нескольких футах, он на сможет помочь, но узнает, как серьезно положение Роберта.
– Хорошо, но я даже не знаю, где ключи, Ник.
– Мне необходимо находиться рядом с домом Каванетти. Моя мачеха привезла отца из госпиталя, и мне нужно быть рядом, а она не разрешает мне входить в их дом.
– Не разрешает?
Коул покачал головой. Потом он вынул из пиджака бумажник.
– Послушайте, мистер Ворд. Здесь тысяча долларов. Сдайте мне дом на две недели. Это все, что я прошу.
– Нет. – Джессика оттолкнула деньги, пока отец не успел их взять. Она повернулась к Коулу:
– Там слишком много работы. Я сомневаюсь, что дом может быть пригоден для жизни. Вы не захотите там остановиться.
– Возьми себя в руки, Джессика, – запротестовал Роберт. – Я не могу быть таким плохим;
Пойду поищу ключи.
– Папа!
– Для чего же нужны соседи, Джессика, если мы не будем помогать друг другу.
– Ну вот. Не так уж и плохо. – Роберт вошел в большую комнату гостевого домика и огляделся. – Джесс, здесь вообще-то неплохо.
– Пахнет плесенью, – возразила она. Она не входила в этот дом двадцать пять лет, с тех пор, как ушла мать.
Джессика старалась не вдыхать глубоко воздух в коттедже, боясь почувствовать запах духов матери. Она бросила ее и ни разу не обернулась на прошлое. К горлу Джессики подступил комок. Ей было больно находиться в коттедже.
Вошедшая вслед за ней Люси смотрела на стены:
– Должна сказать, что здесь уютно! Посмотрите на эти снимки! – Она смотрела на развешанные в беспорядке фотографии, снимки великих актеров и актрис, начиная с Мери Пикфорд и кончая Мерилин Монро. Многие из них были подписаны. – Посмотри, Коул! – взглянула она, сияя, на Роберта. – Вы знали всех этих людей, мистер Ворд?
– Некоторых. Моя жена была актрисой. Она собирала это.
– Это действительно прелестное местечко! – Люси погладила полосатый диван, потрогала испорченные стулья...
– Это все моя жена. Ее сценические друзья останавливались здесь, когда гостили у нас. – Роберт дрожащей рукой засунул ключ в карман. – Я ничего не менял здесь после ее ухода. Никогда не входил сюда.
– Люси, здесь все покрыто пылью. – Джессика провела пальцами по стеклянному кофейному столику. – Посмотри. И, клянусь, ванная вся заросла плесенью.
– О, прекрасно! – откликнулась Люси. – Я в восторге от этого места. Давай посмотрим кухню, Коул!
Коул взглянул на Джессику и вышел за Люси. Джессика завяла. Все ее труды скрыть отцовский алкоголизм пошли прахом.
– Папа, – процедила она сквозь зубы, – если ты действительно сделаешь это, я могу убить тебя.
– Почему? – Он пригладил волосы. – Ник кажется приятным малым. А эта Люси – просто куколка. – Он понизил голос:
– Ты думаешь, они живут вместе?
Джессика почувствовала боль в сердце, но решила не обращать на нее внимания.
– О чем ты думаешь, папа? – Она повернулась на каблуках и почти выбежала из дома, тут же наткнувшись на Грега Кесслера.
– Я собирался постучать, – произнес Грег, ухмыляясь. – Привет, Джессика.
– Здравствуй, Грег. – Она пошла ему навстречу и почти вытолкнула из гостевого домика.
– В доме никто не отвечал, – объяснил Грег. – Я увидел открытую дверь здесь. И решил сунуть сюда свой нос.
– Отец показывает дом Коулу и Люси.
– Зачем?
– Коул хочет его снять на несколько недель.
– Ты не выглядишь счастливой от этого. – Грег приблизил к ней свое лицо.
– Да нет, не в этом дело. – Джессика решила больше не мечтать о Коуле. С Грегом же все понятно, и ее чувства не будут ущемлены. – Как насчет ленча, Грег? – спросила она, поворачиваясь к двери.
– Я надеялся, что отвезу тебя позавтракать. Потом я хочу показать тебе мою собственность. Помнишь, я говорил, что расширил свои владения на холме?
– Да. Я с удовольствием посмотрю. – Она вошла в бунгало, взяла куртку и сумочку.
Джессика села на удобное велюровое сиденье БМВ Грега и решила, что она должна развлечься. Неважно, что после этого будет.
В домике для гостей Роберт Ворд и Люси вели разговор над альбомом с газетными вырезками о бродвейском периоде жизни Роберта. Коул же делал вид, что ему интересен этот разговор. Он мало спал предыдущей ночью, странные сны не давали ему покоя. Он извинился и пошел на кухню чего-нибудь выпить. Коул взял стакан и отвернул кран. Коттедж не был таким пыльным и грязным, как думала Джессика. За несколько часов Коул с Люси проветрили и вычистили помещения, приготовили кровать. Роберт помог им и остался на кофе.
Выпив воды, Коул вошел в спальню. Он был разбит, и было бы хорошо вздремнуть. Даже не сняв туфель, он растянулся на своей кровати и заснул.
Коул проснулся от странной сырости на лице и шее. Когда он попытался поднять руку к липу, кто-то остановил его.
– Нет, милорд, – раздался мягкий женский голос.
Испугавшись, Коул повернул голову по направлению к голосу. Боль пронзила его, страшная боль обожгла шею и плечи. Разве он не погиб в реке? И греческий огонь не убил его?