Чтение онлайн

– Теперь я, – улыбнулась она Кенни. – Я справлюсь.

– Если что – зовите, – кивнул ей Кенни и скрылся.

Этери бессильно опустилась на край кровати. Практически рухнула.

– Фира, может, тебе вправду прилечь? – нерешительно спросила Катя.

– Ты не понимаешь, – покачала головой Этери. – Я не имею права… Скоро дети вернутся, я права не имею на истерики, обмороки, нервные срывы… Я должна держаться.

– Все будет хорошо, – успокоила ее Катя. – Все пройдет.

Этери наскоро вытерлась полотенцем и переоделась в сухое.

– Герман, – начала она, вернувшись в столовую, – мне надо посоветоваться. Не хочется начинать об этом за столом, но мне нужно знать. Я могу считать себя свободной от Адырханова? Или надо мной еще висит топор? Мне Леван говорил, что это не его деньги. В смысле, не Адырханова.

– А Леван в курсе дел Адырханова? – изумилась Катя.

– Да, Адырханов прислал парламентера, – мрачно подтвердила Этери. – Чтобы я по-хорошему сказала, где его жена прячется.

Катя не стала больше ни о чем спрашивать, хотя ее поражало, как мог Леван участвовать в таком грязном деле.

– Он считал, что для меня старается, мне хочет помочь, – ответила Этери на невысказанный вопрос подруги. И тут же ощутила вспышку бешенства. – Но он считает нормальным угрожать женщине, ее детям – при том, что ему эти дети тоже не чужие! – и вообще пускаться во все тяжкие ради денег. Деньги-то большие, да к тому же Рустем только распорядитель, а не владелец. Вот я и хочу понять, чего мне теперь ждать.

И Этери вопросительно взглянула на Германа.

– Я думаю, ты можешь дышать свободно, – спокойно и веско заговорил Герман. – Хозяин денег их уже списал вместе с Адырхановым. Я думаю, он и деталей-то не знает про жену и прочее: не царское это дело. Просто был у него канал перекачки средств, и этот канал забарахлил. Рустем долго кормил его «завтраками», и он какое-то время терпел, ждал, потому что канал – не единственный. Но в конце концов ему надоело ждать, и он канал закрыл. А деньги… Для него это некритично: он знает, где еще взять.

– Простите, о ком вы говорите? – спросил Кенни.

– Лучше вам этого не знать, – серьезно ответил Герман. – Не хочу показаться невежливым, но это тот самый случай, когда меньше знаешь – лучше спишь. Давайте поговорим о другом. Фира, я тут для твоего парня одну штуку в сети присмотрел. Думаю, ему понравится. Я тебе кину ссылку, хорошо? Могу прямо сейчас, с мобильного.

– Давай. Спасибо.

Проводив гостей, Этери первым долгом перезвонила матери в Батуми и договорилась, что они вернутся на будущей неделе, перед днем рождения Сандрика. Потом, перейдя по ссылке, поглядела, что предложил ей Герман для подарка сыну, и сразу оформила заказ.

Она очень устала и решила все остальные дела отложить на завтра.

За ночь сил у нее не больно-то прибавилось, но Этери с утра окунулась в прежнюю жизнь, не давая себе поблажек. Она начала день, как обычно начинают его деловые люди: села за компьютер, вышла в Интернет…

Первым долгом накинулась на новости. Смерть Адырханова все еще занимала первые строчки в новостных лентах. Он подорвался на радиоуправляемом фугасе и погиб вместе со всей охраной, хотя ехал на бронированной машине. «Форшманули волчару конкретно». У Этери эта фраза уже не вызвала такой истерической реакции, как накануне. Вот и слава богу.

Давно уже в Чечне не было столь крупномасштабных терактов! Электронная пресса обсасывала происшествие со всех сторон. Местная власть возложила вину на «лесных шайтанов», еще не до конца ею истребленных, но и дорогого покойника не пощадила: о нем отзывались как об алкоголике и наркомане, растерявшем былую деловую хватку.

О ней самой, о гонке по Киевскому шоссе тоже много писали, строили невероятные догадки по поводу ее связи с Адырхановым. Наверняка за воротами опять, как прошлой осенью, дежурят репортеры. А она все проспала. Ну и черт с ними, не так это интересно.

Странное дело, думала Этери. Она, безусловно, причастна к смерти Адырханова, но никакой вины за собой не чувствует. Он сам во всем виноват. Пусть о нем скорбят близкие, мать и сестры, которых Ульяна живописала так, что их тоже не жалко. А она, Этери, больше не потратит на них ни секунды.

Она загрузила другую базу и разузнала все, что могла, о Савве Цыганкове. Родители живы и все еще женаты друг на друге, что для нынешних времен нехарактерно. Сам Савва разведен, у бывшей жены остался от него сын. Никушкин ровесник. Жена снова вышла замуж, все вроде бы благополучно, но Этери на этом не успокоилась. Позвонила Вере Нелюбиной.

– Верочка, это Этери. Не помешала? У меня к тебе дело.

– Я тебя внимательно слушаю, – отозвалась Вера. – Но сперва скажи: как ты? Мы тут все испереживались.

– Я нормально. Оклемываюсь потихоньку.

– Не торопись, дай себе отдохнуть. Итак, я тебя слушаю.

– Вера, можно открыть счет в пользу третьего лица анонимно?

– В пользу третьего лица? – не поняла Вера.

– Ну да, я хочу через банк перевести деньги… кое-кому, но так, чтобы они не знали, что это от меня.

– Можно. Сделай банковское распоряжение, можешь прямо на мое имя, укажи, с какого счета и на какой перевести деньги.

– В том-то и дело, что я их реквизитов не знаю. Адреса знаю. Можно послать извещение по почте, что на их имя открыт счет в вашем банке?

– А почтовым переводом не проще? – спросила Вера.

– Нет, я хочу не разовый перевод, а именно счет. Или вклад, или как там у вас это называется?

– Хорошо, я поняла. Вышли мне банковское распоряжение, укажи, с какого счета переводить, и дай адрес, я все сделаю.

– Адреса, – уточнила Этери. – Получателей будет двое, причем один адрес в Питере. Но у вас же там есть филиал?

– Конечно, есть! Высылай данные прямо на мое имя, я все устрою.

– Главное, анонимно, – напомнила Этери.

– Будет тебе анонимно, желание клиента закон. Поправляйся.

– Стараюсь.

На этом подруги распрощались. Этери создала для только что окончившего первый класс сына Саввы банковский накопительный вклад с выдачей по достижении восемнадцати лет. Еще немного подумала… Не ее это дело – вмешиваться и решать, на что парню потратить деньги. Но с другой стороны… как бы эти деньги его не погубили. Поразмыслив, Этери внесла ограничение: деньги предназначены только на образование и не могут быть обналичены.

Другой вклад – с распоряжением о ежемесячных выплатах – она оформила на родителей Саввы, живущих в Петербурге. Как там говорил Понизовский? «Многим деньги приносят утешение». Вот и поглядим. Утешение, прямо скажем, слабенькое, но это все, что у нее есть.

Она не могла поставить себя на место родителей Саввы или его сына, но ей самой и впрямь стало чуточку легче.

Открыв почту, Этери убедилась, что пришло письмо от владельца врезавшегося в нее «Ланоса». Он прислал банковские реквизиты. Выяснять отношения со страховой компанией, чтобы они с ним рассчитались? Нет. Она обещала, она и должна заплатить. А страховая компания пусть ей потом возмещает. Этери посмотрела в Интернете, сколько стоит «Ланос», и перевела пострадавшему цену новой машины.