Чтение онлайн

В почте было полно обращений от репортеров с просьбами об интервью. Этери безжалостно стерла все до единого и адреса заблокировала, чтобы больше не писали. Просмотрев еще несколько писем, она написала ответы и занялась обычными делами. Проверила поступления от продаж, оплатила счета. Съездить в галереи? Нет, надо слегка притормозить. В галереях нет ничего такого, с чем не справился бы Кенни.

Этери призналась себе, что ее тянет в приют. Лучше выждать еще несколько дней, набраться сил.

Она позвонила Герману.

– У меня к тебе просьба.

– Говори.

– Мне надо сделать один звонок… но не с моего номера, и чтобы никакой утечки. Я знаю, у тебя есть всякие навороченные штучки…

– Понял. – Герман не стал расспрашивать о подробностях. – Приезжай ко мне в контору. Тут как в танке. Полно навороченных штучек.

– А можно прямо сейчас?

– Можно, но… Фира, а тебе разве не нужно отдохнуть? Может, подождем до будущей недели? Тебе бы окрепнуть малость.

Этери помедлила. Нет, эта новость не может ждать. Если бы это ее касалось, она захотела бы узнать как можно скорее.

– Ничего, меня Игорь отвезет. Авось не сдохну от одного звонка. Скоро буду.

– Приезжай. Я предупрежу на рецепции, тебя встретят и ко мне проводят.

Игорь повез ее на запасной бронированной машине: любимую «Инфинити» забрали в ремонт, но Этери понимала, что после ремонта серебряную птицу все равно придется продать, а себе купить что-то новое.

В офисе Германа на Кутузовском проспекте ее почтительно встретили и проводили прямо в президентский кабинет. Герман поднялся из-за стола и бережно усадил Этери на свое место.

– Хочешь по скайпу? Его засечь невозможно.

– Не знаю… По скайпу я и дома могла, но…

– Здесь стены звуконепроницаемые. Я включил тебе скайп, но если не хочешь, пожалуйста, вот сотовый, тоже защищенный, номер не определяется, вот спутниковый. Я выйду, не буду тебе мешать. Говори сколько хочешь.

Этери чуть не расплакалась. «Нервы стали совсем ни к черту, – подумала она. – Надо держать себя в руках». Она набрала заветный номер на сотовом телефоне, который предложил ей Герман. Потом надо будет стереть звонок. Просто на всякий случай.

Ей ответили.

– Дядя Амиран? – заговорила Этери. – Здравствуй. Как там у вас дела? Как здоровье?

– Гамарджоба! – послышался в трубке знакомый хриплый голос. – У нас все хорошо! Тамрико передает тебе привет.

Тамрико? Среди многочисленной родни и свойственников дяди Амирана – так уж получилось! – не было ни одной Тамрико. Этери сразу поняла, кого он имеет в виду.

– Дядя Амиран, передай Тамрико, что она свободна.

– Она немножко занята, – раздался довольный смешок на том конце. – Сама не хочешь ей сказать?

– Хочу. – Этери пожалела, что звонит не по скайпу. Ну да уж ладно. – Можно ее к телефону?

– Сейчас позову.

Протекла томительная минута, и в трубке послышался женский голос.

– Привет, Тамрико. Гамарджоба! Звоню тебе сказать, что ты свободна. Наш общий знакомый вознесся к гуриям на малой родине. Ты меня понимаешь?

Ульяна начала плакать прямо в трубку, и Этери прослезилась вместе с ней.

– Я не вернусь домой, – плача, проговорила Ульяна. – Все равно не вернусь.

– Надеюсь, ты свой дом нашла. – Этери надоело говорить экивоками, но пережитый ужас заставлял ее прибегать к иносказаниям. – Послушай меня внимательно: хозяин денег все еще может их искать. Скорее всего, не будет, но такой вариант не исключен. Поэтому сиди там и не высовывайся. Поняла?

– Да. Я только хотела узнать, как там мои родные, но спросить боюсь.

– Продиктуй мне адрес. Только улицу и дом. И квартиру, если…

– Нет, у них свой дом, – перебила Ульяна и продиктовала улицу и номер. – Только я за тебя боюсь. Ты не прямо туда…

– Знаем, плавали, – усмехнулась Этери. – Я такой конспираторшей заделалась, сама себе удивляюсь. Наведу справки окольными путями. Связь у нас с тобой пока будет односторонняя. Выясню – позвоню. Как у тебя-то дела? Положила конец страданиям Таро?

Ульяна смущенно засмеялась.

– Нет еще, но к этому идет. Мы все сделали, как задумали. Официально я еще немая. Но мне уже не так страшно. Ты точно знаешь? Ну… насчет гурий?

– Зря у вас там российские каналы не смотрят. Об этом еще позавчера говорили. Попробуй в Интернете. На Яндексе до сих пор новость номер один. Я позвоню, когда что-то выяснится о твоих родных.

– Голодрыга, – сказала Ульяна.

– Что? – не поняла Этери.

– Фамилия такая дурацкая: Голодрыга. Ты ж моих родных искать будешь… Он меня высмеивал, – добавила она. – Ну… ты понимаешь. У него, дескать, фамилия княжеская, а у меня – Голодрыга.

– Забудь, – строго приказала Этери. – Голодрыга, насколько я помню, знаменитый ученый, селекционер винограда. За одно за это уважать можно.

– А ты откуда знаешь? – удивилась Ульяна.

– Я грузинка, а Грузия – это винная культура, так что фамилия известная и уважаемая. А не нравится, можешь сменить на другую: Лордкипанидзе. Это фамилия Тариэла. Ну ладно, до связи. В следующий раз по скайпу поговорим. Хочу на тебя взглянуть.

– Я волосы остригла, – огорошила ее Ульяна. – Чтоб не ждать, пока вся краска сойдет.

– Надеюсь, не налысо?

– Нет. Мне нравится. Когда все кончится, сделаю модельную стрижку.

– Я рада, что ты уже строишь планы, – заметила на прощание Этери.

По поводу родителей Ульяны Этери посоветовалась с Германом, поймав себя на мысли, что в последнее время прибегает к его помощи все чаще. «Надо с этим завязывать, – сказала она себе. – Нехорошо чуть что торкаться к чужим мужьям. Слава богу, Катька у меня нормальная. И Герман нормальный. Но свои проблемы надо решать самой».

Герман, как всегда, выслушал ее внимательно и кивнул. Ему нравились четко поставленные задачи.

– Все сделаю, – пообещал он. – Пошлю туда агента, пусть понаблюдает, с соседями потолкует обиняком. Отчет представлю.

– И счет, – добавила Этери.

– Это неконспиративно – тебе самой оплачивать такую операцию, – улыбнулся Герман. – Твое имя вообще не должно всплывать.

Этери тоже улыбнулась.

– А я проведу как платеж за очередной Катькин шедевр. «Автопортрет в состоянии глубокого залета». Ты потом с нее стребуешь.