Чтение онлайн

– И наказала.

– Он сам виноват.

– Почему?

– Он такой же, как и все люди. Своя шкура дороже.

Медведь недовольно тряхнул мордой.

– Не тебе решать чего он заслуживает.

– И не тебе. Ты лишь даёшь советы.

– Этот человек проделал такой путь - неужели он не заслуживает… снисхождения?

Женщина лукаво усмехнулась и повела плечом.

– Разве что небольшого.

Нет ничего хуже провести ночь в зимнем лесу, не имея огня или другого источника тепла. Даже если ты бессмертен. Разговор с тенью не получился. Под конец они просто-напросто разругались. Хотя как можно поругать с тем, кто не отвечает? Тем не менее дорогу он всё же показывал. Ахма-ра появился совершенно внезапно. Он выскочил из-за ели и приветственно махнул ушами.

– Ах, вот ты где! Проводишь меня к нашим?

Дух подвигал маленьким носиком, принюхиваясь и припустился по лесу. Саймон, чертыхаясь бросился следом, стараясь не упустить резвого зайца. Так и или иначе он всё же вывел к людям.

Губи приветственно взмахнул рукой, а Альма удручающе покачала головой. Видимо она ещё не забыла минувшую ссору.

– И так… - начал Сайтом

– И так?
– с сарказмом спросила шаманка.

– Может это, привал сделаем?
– влез Губи, понимая, что если эти двоя так и продолжат, то не миновать ещё одной ссоры.

Ахма-ра вывел их из леса. Все застыли, любуясь пологим склоном горы. А точнее ледяным замком, словно вплавленным в неё. Он блестел и переливался на ярком солнце.

– Кажется стало теплее, - пробормотала Альма, не отрывая взгляда от великолепного зрелища.

– Это ведь оно. То, что я искал.

Саймон поражённый, уже потерявший надежду, выхватил у Губи поводья Одуванчика, вскочил в седло и припустился вперёд.

– Куда?! Ноги поломаешь!
– прокричал охранник, но куда там, ведь избавление так близко!

Зверь выскочил перед конём внезапно, словно появился из-под земли. Одуванчик сделал свечку, сбрасывая зазевавшегося седока, а затем опустившись, бросился прочь. Саймон захрипел, пытаясь сделать хоть один вздох. Тем временем медведь вальяжно подошёл к нему и наклонился. Фыркнул, обдав свою жертву жарким дыханием. Он возвышался, словно глыба, лишая всякой воли.

– Ну чего ты ждёшь?
– крикнул Саймон, обращаясь к Тени. Та же… ничего не сделала.

Раздались крики его товарищей, но медведь рыкнул, словно смеясь над ними.

– Я смотрю жизнь тебя ничего не учит, - этот ледяной голос Саймон узнал сразу.

Зверь попятился и сел рядом с женщиной. Как и тогда, Владычица была словно ледяная статуя - в тонком платье из снежинок и её окутывало облако белых волос.

– Я пришёл…

– Я знаю.

Саймон вздрогнул, когда Альма рухнула рядом с ним на колени и низко склонила голову.

– Приходящий, - прошептала она в священном ужасе, а следом достала из сумки бубен и протянула вперёд.
– У меня нет для тебя дара, кроме этого. Прими его.

Медведь фыркнул и обратился человеком. Точнее похожим на человека. Высокий, немолодой, затянутый в медвежью шкуру. Он отбросил со лба каштановые волосы и мягко улыбнулся.

– Сейчас не время приносить дары, дитя. К тому же эта вещь ещё может тебе пригодиться.

Альма во все глаза уставилась на него, прижав к груди бубен. С другой стороны от Саймона на колени упал и Губи. Он стянул с головы шапку и вытер испарину.

– Я ж верил, но не… А что дарить-то надо? У меня есть немного варенья.

Приходящий, а теперь всем стало ясно, что это был именно он, заинтересованно приподнял брови.

– Малиновое?

– Оно самое, - улыбнулся Губи и бросился к сумкам. Протягивая небольшую баночку, он почтительно склонил голову.

– Эх… Не время, но малиновое ведь, - с сомнение сказал Приходящий и всё же взял подношение.
– Так и быть. Только никому не говорите, - и заговорчески подмигнул.

– Вы закончили?
– Владычица скрестила руки на груди, а волки у её ног согласно рыкнули.

– Да ладно тебе, не серчай. Варенье же!
– отмахнулся Приходящий и тут же серьёзно добавил.
– Ты уж не гневайся слишком сильно.

Женщина повела плечом и мужчина отошёл в сторону, любовно гладя маленькую баночку.

– И так, ты пришёл, - ледяной взгляд обратился к Саймону.

– Да. И я хочу…

– Я знаю, чего ты хочешь. Неужели мой дар оказался таким… тяжёлым?

– Люди умирают.

Смех разнёсся по округе. Она так искренне смеялось, что даже Приходящий недовольно покачал головой.

– Люди умирают всегда.

– Это происходит из-за меня!

– Неужели? Разве ты не желал победить конкурента?

– Только честно!

– Честность. Очень много для такого, как ты. А та девушка. Разве не было у тебя мыслей избавится от ребёнка, сразу как только узнал?

Саймон долго смотрел в её глаза и всё же сломался, опустив голову.

– Не избавиться. Я думал, что это не мой… Что… она обманывает, как и другие.

Владычица угрожающе сощурилась.

— Опять ложь.

Плечи просителя опустились, а спина, словно лишённая подпорки, окончательно согнулась.

— Хотел, но это только мысль….

– И тем не менее ты получил всё: избавился от нежеланной любовницы, нежеланного ребёнка, получил дело конкурента. Что там ещё было? Удачно вложил деньги в фирму и выиграл, только потому что караван другой компании пропал. Это же не ты сделал?

Саймону нечего было ответить. Не он, но… он.

– Забери этот дар. Я устал, что они все умирают.

– Ты сам выбрал этот путь. Разве не помнишь? Тогда в лесу. У тебя был выбор и как всегда Ты выбрал Себя.

Он чувствовал как Альма и Губи смотрят на него с непониманием.

– Ах, ты им не рассказал, - Владычица вновь рассмеялась.
– Ничего не меняется. Интересно, а в этот раз будет так же?

– I kur, Suzuqva, - подал голос Приходящий.

– Tar! Tar! Tar! Uk-ir-art, - раздражённо ответила ему женщина.

Медведь покачал головой и кивнул Саймону.

– Расскажи, как оно было.

Тот облизал пересохшие губы и сглотнул.

– Мы нашли дом в лесу. Зимник. Крыша была, печка тоже. Там и остались. Я и Яну охотились. Пытались точнее. Ничего у нас не вышло - чтобы мы, городские знали об этом? Воровали из деревни. Когда картошку, когда курицу. Один раз Яну козу приволок. Ох, и горластая она была. Ну я решил, что нужно в город возвращаться. Там и работу найти можно, да и воровать проще. Они не захотели. Сказали, их там найдут и продадут. Вскоре в деревне поняли, что кто-то подворовывает. Я их уговаривал - уйдём! А они не в какую. Сидели и боялись. Вот я и ушёл. Думал обоснуюсь в городе, вернусь, покажу, что там безопасно. А… оно вот как вышло.