Чтение онлайн

Мое сердце сейчас находится в ускоренном ритме, оно бешено бьется, когда улыбка расширяется на его идеально выточенной челюсти.

— Адриана, — говорит он едва слышным шепотом.

Мое тело движется к нему, колени грозят подкоситься. На расстоянии вытянутой руки я останавливаюсь перед ним.

— Ты сказал, что тебе нужен плюс один. Или Пенни, или я, и поверь мне, было не так-то просто убедить Пенни остаться дома.

Он кладет руки в карманы, как будто пытается удержать себя от того, чтобы физически потянуться ко мне. Такие маленькие жесты заставляют меня хотеть его еще больше. Он понимает меня, видел меня в худшем состоянии, принимает меня такой, какая я есть, и с кем я навсегда останусь связана.

Джулиан подходит к столику у окна и достает цветок из большой вазы. Вернувшись ко мне, он берет меня за запястье и завязывает стебель в узел, делая корсаж.

— Спасибо, плюс один.

Возможно, это мое сердце стучало так громко, или кровь бурлила в моих венах, заставляя меня совершать неожиданные поступки. Единственное, что, как я знала, изменит все в том, кем я была и кем мы были, — я вскочила на цыпочки, положив руки ему на шею и крепко обняв его.

Сначала он неподвижен, затем его тело расслабляется, он проводит руками по моей спине и крепко сжимает меня.

Все в этом чувствует себя правильно, и в то же время все в этом так неправильно.

Как я могу влюбиться в человека, который когда-то ненавидел моего брата и любил моего лучшего друга?

Хуже того, как я могу влюбиться снова?

И точно так же меня пронзает чувство вины, когда слезы, которые я пытаюсь сдержать, свободно падают на плечо Джулиана. Пытаясь сохранить спокойствие, он быстро чувствует перемену в моем настроении и отстраняется. Я ощущаю, как поднимается его рука, когда он берет меня за подбородок и поднимает мое лицо навстречу своему. Взгляд его глаз ослабляет мой страх, глубокие карие глаза смотрят на меня.

— Мы можем делать это так медленно, как тебе будет удобно, — пробормотал он, не отрывая от меня взгляда, — Не бойся.

— Мне… страшно, — заикаюсь я, склонив голову, пытаясь собрать мысли воедино, — Я пролетела через весь мир, чтобы увидеть тебя. Разве это не считается за что-то?

— Да. Это значит, что ты — надежный друг, Адриана. Не дави на себя больше, чем нужно.

Как он всегда знает, что сказать, чтобы развеять мои страхи?

Он поднимает руку, чтобы посмотреть на часы: — Пора.

Протягивая руку в дружеском жесте, я соединяю свою руку с его.

— Джулиан?

Он останавливается и снова обращает свое внимание на меня.

— Итак, папарацци на этом мероприятии… — сдерживаюсь, моя паранойя на пределе. Последнее, чего я хочу, это чтобы таблоиды пронюхали об этом, и Лекс узнал об этом через какого-нибудь жадного фотографа, желающего быстро заработать.

— Да, если ты спрашиваешь, будут ли СМИ на этом мероприятии. Это попадет в интернет и дойдет до Штатов, или, скажем, до электронной почты твоего брата? Есть такая возможность.

Я отдергиваю руку, не понимая, что сделала это, пока не вижу разочарование в его глазах.

— Прости, я не хотела…

Он обрывает меня, прикладывая палец к моим губам, нежно, но в то же время мое тело начинает что-то чувствовать, теплое ощущение распространяется как лесной пожар.

— Давай просто наслаждаться сегодняшним вечером, хорошо?

Мы продолжаем смотреть друг на друга, пока его пальцы не переместились к ключицам и не застегнули цепочку на моей шее, проследив их до того места, где крестик сидит в нескольких дюймах от изгибов моей груди. Кончики его пальцев задерживаются прямо посередине, нежно перебирая кулон в своих руках.

Вот почему ты не носишь лифчики, глупая! Теперь весь мир увидит, что ты возбуждена.

Нервным движением я неожиданно обхватываю его руками, утопая в его мужском запахе, который сводит меня с ума. Я чувствую его дыхание на своем ухе, ощущая, как он пытается сдержать свои чувства.

— Адриана… ты выглядишь потрясающе, — шепчет он, положив руки мне на бедра, — Тебе нужно отпустить меня, иначе мы не сможем выйти из этой комнаты.

Я не могу быть уверена, что именно отсутствие мужских прикосновений или его слова заставляют мое тело идти в разнос, и, возможно, я почувствовала что-то против меня, что-то очень твердое.

Его член, Адриана. Блядь, признай, что у него стояк.

Я неохотно отстраняюсь.

Он открывает дверь с самой восхитительной улыбкой на лице: — Ты меня убьешь.

— Приятно знать, что у меня есть такой эффект, — подмигиваю в ответ.

— Если бы ты только знала, насколько, Адриана… Если бы ты только знала.

Четвертая глава

Солнце село, ночное небо освещено огромным количеством зданий, сгруппированных в городе.

Меня привлекает вид на мост, мерцающие огни которого создают живописное световое шоу. Мне приходится ущипнуть себя. Никогда я не думала, что мне посчастливится испытать этот сон наяву.

Но когда-то давно вы с мужем видели этот сон, а теперь ты здесь с другим мужчиной.

Я прошу голоса остановиться.

Когда я вхожу в просторную открытую комнату, у меня перехватывает дыхание. Вокруг расставлены высокие белые столы с кожаными барными стульями. Пол освещен как неоновое световое шоу, необычное, но очень современное. Большие раздвижные двери выходят на балкон, позволяя мягкому морскому бризу наполнять комнату.

Комната совершенно потрясающая, как и все в ней. Люди в великолепных платьях и костюмах заполняют комнату, и все они здесь, чтобы отпраздновать мужчину вечера. Джулиан.

Джулиан упоминает что-то о своем публицисте и грациозно удаляется, обещая встретиться со мной в баре. Я смотрю, как он уходит, и предполагаю, что блондинка, вцепившаяся в него, и есть его публицист. Выпустив раздраженную струйку, я двигаюсь к бару.

Пора влить в себя немного алкоголя, особенно если я здесь, чтобы развлечься, — так я думала, пока рядом со мной не встал мужчина с эксцентричной внешностью. Судя по его седому хвосту, зачесанному назад, и загару, делающему Микки Рурка похожим на альбиноса, я бы сказала, что ему около шестидесяти.

— Добрый день, дорогая. Что у тебя там? — он показывает на мой бокал.

— Немного шикарного шампанского, — отвечаю я, поднимая бокал.

— По твоему акценту я понял, что ты не местный. Не пейте это крепкое пойло. Бармен! — свистит мужчине, — Дружище, дай этой девушке Tooheys dry.

Бармен берет стакан и подносит его к крану. Я вижу пену, заполняющую стакан до краев. При ближайшем рассмотрении она очень похожа на пиво.

Музыка звучит громче, чем я ожидала, заставляя меня наклониться и повысить голос: — Я не очень люблю пиво…