В погоне за счастьем
Шрифт:
– Будь любезен!
– отозвалась я радостно.
Лао взметнулся вверх и исчез.
А я попыталась понять, что именно в окружающем мире и почему меня насторожило. Но все же не сразу смогла понять, что это было из-за "хлюп-хлюп", легких болотных всплесков, которые звучали так, словно по нашим следам кто-то двигался. Кто-то тяжелый... с длинным хвостом, шестью лапами...
– Упс, - сказала я, созерцая огромного рогатого монстра, появившегося недалеко от меня из болотного тумана.
– Натуральный шныр! А можно подумать бывают ненатуральные... А может, этот ненатуральный? Шкура серая, с фиолетовыми бородавками. Правильно. Рога ветвистые, полметра, с черными утолщениями. Тоже соответствует. Четыре глаза, верхняя пара с фиолетовой радужкой и длинными ресницами. Соответствует. На каждой лапе по шесть пальцев и маленькое роговое утолщение...
Вскочив на ноги, я двинулась к шныру. Мне было жутко интересно, насколько он соответствует описанию, которое я прочитала в "Записках шрыного охотника".
Удара я не почувствовала... просто неожиданно болотная хлябь ушла из-под ног, а за мной оказался воздушный океан...
Больно не было. Было просто очень обидно... а потом... мир померк окончательно.
Где-то в болоте...
Хрупкая фигурка просто потерялась в воздухе. Плеснули индиговые пряди волос, взметнулся черный плащ... Девушка до грязной водицы болота не долетела. Неожиданно зависла в воздухе.
Шныр попятился. Шныру неожиданно стало очень неуютно. Зачаток мозга болотной твари никак не мог уловить ту разницу, которая появилась в окружающем мире.
Налирин повела головой. Захрустели косточки шеи. А потом девушка улыбнулась. Страшная улыбка обнажила частокол острых зубов. Побочный эффект резкого увеличения силы.
– Ты меня обидел, - сказала девушка, созерцая шныра.
– Ты меня очень обидел. И я решила, что мне необходима моральная компенсация. Говорят, - журчал медовый голосок девушки.
– Что из шкуры шныра получаются отличные сапоги, сумочки, плащи. Надо проверить.
Шныр попятился, индиговый всплеск силы обнял его почти незаметно. И... обшкурил. Болотная нечисть взвыла дурным голосом, увидев в болотной хляби свое отражение. Шкура, которой шныр так гордился - исчезла! Шкуры больше не было!
Налирин поморщилась.
– И Лао сравнивал меня вот с этим? Так... помучить или не стоит? Помучаем!
Подлетев ближе, хрупкая эльфийка хорошенько размахнулась и отвесила шныру сочный пинок...
Сопровождаемая низким воем, нечисть полетела в ту сторону, откуда заявилась
– Низко полетела, наверно, к дождю, - заметила Нали умно, засмеялась и рухнула вниз.
Болото приняло новую обитательницу с удовольствием. Наверное, решило пополнить популяцию болотных чертей одной до жути обаятельной чертовкой... До жути окружающих, конечно.
Обиженный вой шныра стих где-то вдали, гладь болота всколыхнул чей-то смех, и воцарилась тишина.
Глава 25
Семейный скелет в шкафу Властителя
Недалеко от ШиориЛасс Ан
апельсиновая рощица
По небольшой апельсиновой рощице неторопливо двигались двое эльфов, изучая местность вокруг, они не гнушались заглядывать даже под каждый куст.
– Ну и?! Есть идеи, куда эта охотничья зверюшка делась?!
– Я видел не больше тебя!
– открестился Такатай.
– Так что ни малейшего понятия! И вообще, почему следилка не срабатывает?
– Потому что чар - насквозь не магическое создание.
– Которое при этом может творить магические чары?
– удивился младший эльф.
Лёйко кивнул.
– Верно. Сам не понимаю, как такое возможно, но найти с помощью магии чара невозможно.
– А если очень постараться?
– Невозможно!
– рыкнул Лёйко, на миг обернувшись.
– Понял, понял, уже все понял, только не надо так на меня рычать! В конце концов, ты же светлый эльф! А не легендарный дроу!
– Чем это интересно они легендарны?
– сплюнул эльф.
– Ладно. Идем дальше. И слушай, хватит так сопеть!
– Еще чего не хватало!
– резко остановился Такатай.
– Я не соплю!
– Да что ты? И не скулишь!
– Я с тобой разговариваю!
– Верно. Разговариваешь. А сопение все отчетливее...
Оглядевшись по сторонам и никого не найдя, Такатай и Лёйко встретились взглядами.
– Но этого же просто не может быть!
– с легкой паникой спросил младший напарник.
Лёйко развел руками.
– Ты же слышишь?
– Слышу.
– Вокруг есть?
– Нету.
– Значит остается?
– Вверх...
Вверху, над головой двух эльфов, на удивительно толстой ветке, в окружении почти поспевших апельсинов, обнимая передними копытами ствол, сопел черный зверь. Увидев, что его заметили, чар злобно взвизгнул.
– Да что с тобой такое?!
– вздохнул Лёйко.
– Сорвался непонятно почему! Забрался на апельсиновое дерево, сидишь тут, ими окруженный! В конце концов...
– Эй, - шепнул Такатай, перебивая эльфа.
– А тебе не кажется, что с ним что-то не так.
– Не так?
– Ну да. Взгляни.
– Морда ехидная, клыки на месте. Грива длинная шелковистая... э... а... хвост где?
– не подумав, ляпнул он.
Чар разразился негодующим визгом.
Оседая на землю, зажимая чувствительные уши, эльфы подумали, что это надолго... но ошиблись. Чар смолк практически мгновенно.
– Ну, послушай... в конце концов, хвост - не главное в чарах!
– предположил Лёйко.
Еще более негодующий визг заставил эльфа пошатнуться и пару минут стоять, пытаясь вытрясти из ушей звон.
– Ты и без того невероятно прекрасен!
– продолжил Такатай.
– Какая стать! Какие ноги! Какая грива! А уши... с косым срезом! Прекраснее чем у эльфов!
Нахальный ржач от чара заставил эльфа побледнеть и отступить.
– Слушай, - дернул он напарника за руку, пока чар на ветке негодующе сопел.
– Чего мы перед ним распинаемся? Он же?
– Все понимает, - кивнул Лёйко.
– Чар, мы вообще-то эльфы. Можем сделать тебе новый хвост!
От черной зверюшки донесся еще более негодующий визг, чем раньше.
– Да-да, - не отступил эльф.
– Он, конечно, не будет даже отдаленно столько прекрасен, как был твой. Но вокруг много-много апельсинов, а ты создание земляной стихии. Вот взгляни!
Лёйко очертил рукой в воздухе, оранжевый круг засосал в себя апельсины со всех соседних деревьев, покрутился, сжался в одну маленькую компактную точку и лопнул - распространяя во все стороны дивный запах спелых апельсинов.
На месте круга остался висеть хвост, длинный, с колечками, насыщенного оранжевого цвета.