Чтение онлайн

— Черт возьми, вы издеваетесь надо мной? Вы даже не узнали бы об этом, не позвони я в ваше управление. Я единственный, кто заинтересовался ее исчезновением.

— Да, но, вероятно, звонком в полицию вы просто собирались прикрыть свое участие в этом деле и отвести подозрение. Также вполне возможно, что Венц и кто-то еще из ваших приятелей помогли инсценировать это нападение на вас лично. Бедняге, дескать, разбили нос, который он сует не в свое дело. Почему-то у меня нет к вам особого сочувствия, мистер Пирс.

Пирс ошарашенно уставился на него. Все, что с ним сделали, Реннер представил абсолютно под другим углом.

— Хочу поведать вам одну короткую историю, — продолжил детектив. — В свое время, когда я работал в Вэлли [16] , там пропала одна девчонка. Лет двенадцати, из хорошего дома, и мы точно знали, что из семьи она убегать не собиралась. Иногда это сразу понятно. С помощью своих сотрудников, а также соседей и добровольцев мы организовали ее поиски в районе пригородных холмов. И вот, о чудо — ее находит один из соседских мальчишек. Девочку изнасиловали, задушили и бросили в овраг. В общем, история гнусная. И знаете, что интересно? Одним из тех мерзавцев, кто все это сделал, был тот самый парень, который нашел ее труп. Нам понадобилось некоторое время, чтобы докопаться до истины, но мы все-таки добрались до него, и он сознался. Поэтому не исключено, что и вы могли разыграть такую же комбинацию, согласны? Такое поведение иногда называют комплексом доброго самаритянина. Кто зарыл, тот и знает, где копать. Это часто случается. Злоумышленники любят крутиться около полиции и даже помогать в расследовании. При этом невольно создается впечатление, что они лучше, чем на самом деле, и остаются вне подозрений.

Пирс был ошеломлен, как Реннеру удалось повернуть все события таким образом, что он моментально стал главным подозреваемым.

— Вы ошибаетесь, — проговорил Пирс как можно более спокойно, хотя голос заметно дрожал. — Я этого не делал.

— Вот как? Ошибаюсь? Что ж, тогда попробую объяснить подробнее, чем я располагаю на данный момент. Во-первых, пропавшая женщина и кровь на ее постели. Плюс к этому ваше вранье и огромное количество отпечатков ваших же пальчиков — причем как в доме, где Лилли жила, так и там, где принимала клиентов.

Пирс прикрыл глаза. Он мысленно представил квартиру Лилли рядом с шоссе и домик-"чайку" на Алтаир-авеню. Он знал, что в обоих местах прикасался чуть ли не ко всему. К ее косметике, шкафам, почте.

— Нет...

Это все, что он смог выговорить.

— Что значит «нет»?

— Это ошибка. Единственное, что я делал... хочу сказать... да, я нашел ее номер. Мне просто хотелось увидеть ее... и помочь... согласен, это моя вина... но я думал, если...

Он не закончил. В голове прошлое перемешалось с настоящим в один сплошной комок. Его было не распутать, и за одной ниткой тянулась другая. Словно две планеты постоянно перекрывали друг друга на небосводе. Пирс открыл глаза и посмотрел на Реннера.

— Так что же вы думали? — спросил тот.

— Что?

— Закончите свою мысль. Вы думали — что?

— Не знаю. И не хочу об этом больше говорить.

— Давайте же, приятель. Вам полезно избавиться от лишнего груза. И душе станет легче. Вы хотите сказать, что чувствуете вину за смерть Лилли? Я правильно вас понял? Как это случилось? Несчастный случай? Возможно, меня устроит ваше объяснение, тогда мы вместе отправимся к окружному прокурору и там решим, что делать.

Пирс чувствовал, как его переполняет злость вперемешку со страхом. Он даже ощущал, как запах этой мерзкой смеси просачивается сквозь кожу. Будто два соединения вступили в химическую реакцию с выделением нового едкого продукта.

— О чем вы тут говорите? О Лилли? Это вовсе не моя вина! Я даже не знал ее, а просто хотел помочь.

— Как помочь — придушив? Или перерезав горло? Может, вы наподобие Джека Потрошителя оставили даже номерок на ее теле? Помнится, там говорилось, что он был ученым и любил во всем порядок. Доктор каких-то там наук. Так вы, Пирс, новый Потрошитель? И это ваше настоящее призвание?

— Убирайтесь к черту! Вы просто спятили.

— Вот уж не думаю, что сошел с ума. В чем же тогда ваша вина, о которой вы только что говорили?

— Что?

— Вы сами сказали, что вините себя в ее смерти. За что вы ее? Что она такого сделала? Оскорбила ваше мужское достоинство? Может, у вас маленький член, Пирс? Или что-то в этом роде?

Забывшись, Пирс тряхнул головой, и от резкой боли у него поплыли круги перед глазами.

— Ничего такого я не говорил. И моей вины тут нет.

— Но вы сами сказали. Я прекрасно слышал.

— Нет, вы все это выдумали! Ни в чем таком я не виноват! И никакого отношения к исчезновению Лилли не имею.

Пирс увидел, как Реннер полез в карман и неожиданно вытащил оттуда еще один диктофон, на котором светилась красная лампочка. До Пирса вдруг дошло, что это был совсем не тот аппарат, который детектив еще раньше забрал с тележки, выключил и убрал в карман. Значит, весь их разговор был записан до самого последнего слова.

Нажав кнопку, Реннер отмотал пленку назад и дал Пирсу прослушать сказанное им только что.

«Это ошибка. Единственное, что я делал... хочу сказать... да, я нашел ее номер. Мне просто хотелось увидеть ее... и помочь... согласен, это моя вина... но я думал, если...»

Выключив диктофон, Реннер самодовольно усмехнулся и посмотрел на Пирса. Детектив загнал его в угол и обставил, как ребенка. Но, чувствуя, что лучше держать язык за зубами, Пирс уже не мог остановиться.

— Нет, — произнес он. — Это я говорил не о ней. Не о Лилли Куинлан. Я имел в виду свою сестру. Я был...

— Но мы беседовали о Лилли Куинлан, и вы сами сказали, что это ваша вина. Это настоящее признание, дружище.

— Нет же, я говорил о...

— Я помню, вы мне уже рассказывали. Трогательная история.

— Это никакая не история.

— Ладно, знаете что? История — не история. Думаю, как только мы найдем ее тело, у меня сразу найдется, что рассказать окружному прокурору. И уж тогда я обеспечу вас бесплатным жильем.

Реннер склонился над Пирсом так близко, что их лица разделял лишь десяток сантиметров.

— Где она, Пирс? Вы ведь понимаете, это неизбежно. Мы все равно ее найдем. Так что лучше сами скажите. Что вы с ней сделали?

Пирс услышал, как детектив снова включил свой диктофон.

— Убирайтесь вон.

— Вам лучше объясниться сейчас, потом будет поздно. Как только эти материалы попадут в суд, я больше не смогу вам помочь. Расскажите мне все, как было, Генри. Давайте же. Сбросьте лишний груз.

— Я уже сказал: проваливайте отсюда. Я хочу увидеться с адвокатом.

Поднявшись со стула, Реннер понимающе улыбнулся, затем демонстративно взял диктофон и выключил его.

— Конечно, вам хочется встретиться с адвокатом, — произнес он. — И сейчас вам действительно нужен адвокат. А вот я, Пирс, собираюсь к окружному прокурору. У меня уже достаточно материалов, чтобы привлечь вас к суду за проникновение в чужой дом без разрешения, а также за ложь и ввод следствия в заблуждение. Подумайте как следует. Все, что вы мне пытались здесь впарить, чушь собачья. Но главное я все-таки получил. — И он довольно покачал на ладони диктофон с записью их разговора. — Как только найдем ее тело, игра сразу закончится.