Чтение онлайн

– Ты была ду… - возмущённо начал Дей и тут же замолчал, решив не продолжать.

– Дурой? – закончила за него Тори и горько улыбнулась.
– Я знаю. Но тогда мне казалось, что никто мне не поможет.

– Ты была не права.

– Может быть. Но в то время дедушка был на преобразовании, с Парками у нас не сложилось доверительных отношений, а подружкам в школе казалось это романтичным. Они считали меня глупой - такой мужчина оказывает мне внимание, а я, как идиотка, от него бегаю. Девчонки не собирались сочувствовать, а всё их советы сводились к одному – выйти из школы и уехать вместе с ним.

– Надеюсь, ты их не послушала.

– Ну… - Тори замялась и покраснела.

– Нарх! Зирт хеше далек! – выругался Деймир. – Ты что, пошла к этому уроду? Проклятье! Тори, ты …

– Я не дура! – обиделась Тори, не замечая, что только недавно назвала так сама себя. – Я просто не могла этого больше выносить. Я устала бояться и решила с ним поговорить. Я уговорила двух подружек пойти со мной и в один из дней вышла из школы и отправилась с ними на стоянку. На всякий случай я засунула руку в сумку, где у меня валялся шокер, так что я была очень осторожна, - успокоила Дея Тори и улыбнулась.

Как же приятно, когда кто-то о тебе переживает и волнуется. Девушку затопила нежность к Дею. Она положила голову ему на грудь, и все её страхи и неприятные воспоминания потеряли свою остроту, растворились в крепком мужском объятии. Тори подняла голову и чмокнула Дея в подбородок, а потом уже совершенно спокойно и даже легкомысленно продолжила:

– Ты представляешь, я его испугала! Он совершенно не ожидал, что я решусь к нему подойти, и когда я с подругами решительно приблизилась, Олан нырнул в свой аэрофлай, и я в тот день наконец вздохнула спокойно… Он всё ещё прилетал, но уже не выходил из машины, а через месяц пропал. В общем, я стала думать, что всё закончилось и я легко отделалась,… пока не оказалась полностью парализованная в багажном отделении его аэрофлая.

Дей крепко сжал Тори своими руками, и девушка почувствовала, что он сейчас взорвётся, а потому накрыла его рот своёй рукой и быстро продолжила:

– Подумаешь, бдительность потеряла. Знаешь, как тяжело всё время настороженной ходить и чуть что оглядываться? В тот вечер я отправилась в кафе, у одноклассницы был день рождения, а когда пошла в туалет, опять же не одна, а с подружками, то и подумать не могла, что что-то плохое может случиться.

Тори убрала руку и, не глядя на Дея, продолжила:

– Когда я вышла из кабинки, в туалете никого не было. Я мыла руки, когда погас свет, а через мгновение вдохнула какую-то гадость и отрубилась. Очнулась я уже в багажнике полностью парализованная. Надо сказать, это было самое страшное, что со мной произошло… Я сразу поняла, кто это сделал, но лежать в полной темноте, не имея возможности пошевелиться, не зная, что будет дальше, а потому придумывая самое страшное, - вот это сводило меня с ума. Я была уверенна, что эта неподвижность навсегда, и мне хотелось умереть. Быть парализованной – это, бр-р-р, - Тори передёрнула плечами.
– Он привез меня в свой загородный коттедж и запер в подвальной комнате, и тут я наконец стала чувствовать кончики пальцев рук и ног. Дей, ты представить не можешь, как я тогда обрадовалась! Ни о чем другом, как о том, что к телу медленно возвращается чувствительность, я не думала. Пока не разглядела стены… Там в подвале на стенах и потолке была моя мама. Сотни, тысячи её фоток, врезки из газет и журналов… Я не успела до конца отойти от той дряни, что мне подсунул Орин, и тело ещё плохо меня слушалось, как дверь в комнату открылась и показалась взволнованная Дирая.

– Живая! – Дирая облегченно выдохнула и нервно улыбнулась, а потом перевела взгляд на стены и в шоке застыла.

Лицо женщины скривилось, а изо рта вырвалось эмоциональное:

– Сука! Всю жизнь мне поломала!

Дирая уставилась на огромный портрет Ании ДеЛаВер и с дикой злостью стала выплёвывать слова:

– Тебе мало было своего мужа? Мало? Чем ты так зацепила Орина? Чем? Что он даже после твоей смерти не успокаивается и с ума сходит? Ненавижу! Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! Сука!

Она с ужасом смотрела на подругу матери, которая истерично выкрикивала слова, а потом, как будто захлебнувшись последним криком, горько заплакала. Она попыталась встать, но тело всё ещё не слушалось, мышцы дико закололо и изо рта вырвался стон.

Дирая очнулась и заплаканными глазами уставилась на неё:

– Ты такая же! Все беды от твоей красоты!

Женщина резко отвернулась, несколько раз судорожно вздохнула и наконец немного пришла в себя. Дирая подошла к кровати и стала разминать её руки и ноги.

– Скоро всё пройдёт, - голос женщины был безумно усталым.

И в самом деле, через пять минов она смогла сесть, а затем при небольшой поддержке Дираи, встала.

– И что теперь? – она почему-то боялась посмотреть в глаза женщине.

– Теперь я отвезу тебя домой и попрошу никому ничего не говорить.

– А он? – она вскинула глаза и наткнулась на мрачный взгляд Дираи.

– А он будет лечиться! – твёрдо сказала женщина. – И я тебе обещаю, что больше он к тебе не подойдёт. Я зашью в него датчик, когда он вылечится, и буду его контролировать. Обещаю!

Она вздрогнула, услышав в последнем слове женщины умоляющие нотки, и отвела глаза.

– Я люблю его… - прошептала Дирая.

И столько безнадёжной тоски было в голосе женщины, что она, не задумываясь, прошептала:

– Хорошо. Я буду молчать.

И она молчала до сегодняшнего дня.

Тори тряхнула головой и решила, что надо заканчивать:

– В общем, она меня спасла. Злодей был наказан. И больше в моей жизни психов не было.

– Как? – хрипло спросил Дей.

– Что как?

– Как он был наказан?

– К-кх. Неважно.

– Как? – настаивал Дей.

– Послушай, в конце концов всё кончилось хорошо. Он больной человек, и его отправили на лечение. Я его простила.

Дей скрипнул зубами:

– Значит никак. Ладно, я запомнил Орин Лерн.

– Зачем запомнил? Ты хочешь его наказать? Но, Дей, всё это было давно. Я не хочу мстить. Опять в это окунуться. Пойми, когда тем вечером я оказалась дома у Парков, то испытала громадное облегчение. А когда через некоторое время поняла, что Дирая выполнила своё обещание, была просто счастлива. В конце концов, он просто следил за мной и самое страшное, что мне сделал – это парализовал и заставил испугаться. Это всё ерунда, - и хотя раньше для Тори это не было ерундой и многие страхи, что вызвал Орин ещё жили в ней, сейчас она хотела убедить Дея в обратном. Капитан был как готовый проснуться вулкан, и Тори боялась, что наказание Орина может оказаться чрезмерным.