Чтение онлайн

— Не думай об этом, Эм.

Я тихо рассмеялась. Он хорошо меня знал. Иногда даже слишком хорошо.

Прежде чем он увел меня, я успела спросить.

— Как называется это место?

Он посмотрел на воду, его лицо потемнело от… сожаления?

— Это Уиллоу Крик.

Я ШЛА ВСЛЕД ЗА МЭДДОКСОМ обратно к машине, изо всех сил стараясь забыть о том, что буквально набросилась на него. Щеки все еще пылали при одной мысли об этом, и я усилием воли заставила красноту исчезнуть. Мне нужно поговорить хоть о чем-нибудь.

— Ты сказал, что Карен и Пол тоже жили здесь, — это было первое, что пришло мне в голову.

Он кивнул, открывая двери, и мы забрались внутрь.

— Как им удалось уехать? — я поморщилась от сказанного. Это прозвучало грубо и бессердечно. — Прости, я имела в виду, что… Я просто хотела сказать… — забормотала, не в силах составить связное предложение.

Он протянул руку и сжал мое колено, не убирая руку.

— Все хорошо. Я понимаю, что ты имела в виду, — сделал паузу, оценивая следующие слова. — Пол получил повышение по работе, и им пришлось переехать поближе, но они все еще жили не там, где сейчас, если ты об этом.

Мэддокс крепче сжал руль.

Он был явно напряжен, и я забеспокоилась, что это произошло из-за его рассказа о родителях. Возможно он рассказал об этом до того, как был готов.

Мэддокс прервал мои размышления.

— Твоя мама сказала, что через пару недель у тебя день рождения.

Я поморщилась.

— А что еще она сказала?

Он усмехнулся, и хотя его глаза были скрыты солнцезащитными очками, я знала, что они светятся смехом.

— Она сказала, что ты наряжалась и пела короткие песенки собственного сочинения.

Лицо покраснело, и я с трудом вспомнила, как дышать. Вспомнила, как в пять лет нарядилась в красное блестящее платье, черные туфли, накрасилась маминой косметикой, которой было немного, поскольку она почти ей пользовалась, и спела песню о… сыре. Да, о сыре. Почти все мои песни были связаны с какой-то вещью, которую я любила. Обычно это была еда. Что я могла сказать? Мне вечно хотелось есть.

— Эй, мои песни не были короткими, — возразила я, — Они гениальные.

Песни, которые теперь я писала, были только для меня и никто, даже Мэддокс, не увидит их.

— Ты все еще их помнишь? — спросил он, заинтересовано приподняв бровь.

Я пискнула. Чувствовала себя, как загнанный в угол кролик, и если бы мы не находились в движущемся автомобиле, я бы сбежала.

— Возможно.

Он рассмеялся, стараясь прикрыть улыбку рукой, пока вел машину.

— Это мило.

Я поморщила нос от отвращения. Не уверена, нравится ли мне, когда парень зовет меня милой. Выглядело унизительно, словно обращаешься к младшей сестре. Но возможно я слишком остро реагирую из-за отсутствия опыта общения с парнями. В прошлом я тратила много времени, чтобы оттолкнуть парня, а не понять его.

— Матиас хотел, чтобы я купил обед и привез его с собой, а затем, надеюсь, смогу увидеть, как ты продемонстрируешь свои способности по написанию песен.

Я покраснела и закачала головой.

— У меня не такой большой опыт в написании песен, — защищалась я. — Не такой, как у тебя, — тихо добавила, вспоминая день, когда играла на фортепиано написанную им песню, а Мэддокс пел. Она была прекрасна. Ее мог написать кто-то намного старше Мэддокса, как мне казалось. Те песни, что писала я, блекли на этом фоне.

— Откуда тебе знать, если ты никому не давала слушать их? — возразил он.

Черт бы его побрал. Он подловил меня.

— Что если у меня ничего не получится? — спросила я тоненьким голоском. Мне претила мысль о том, что я не справлюсь с тем, что люблю.

Мэддокс заехал на парковку местного ресторана и выключил мотор. Снял солнцезащитные очки и окинул меня возмущенным взглядом.

— Как мы можем знать хороши ли мы в чем-то или нет, если не попробуем?

Я постаралась улыбнуться, но провалилась.

— Хорошо, Йода.

Он ухмыльнулся.

— Я потрясен, что ты знаешь Йоду, но не слышала о ежике Сонике.

Он никогда не забывал о ежике.

Я пожала плечами.

— Однажды я смотрела их с отцом, — мне не хотелось, чтобы Мэддокс подумал, что я снова собираюсь расплакаться из-за отца, поэтому быстро добавила. — Матиас хотел, чтобы ты взял обед здесь? — указала на здание.

Подождите, обед? Мы же недавно завтракали?

Я широко распахнула глаза, посмотрев на дисплей телефона. Было уже за двенадцать, почти час дня. Неужели мы провели так много времени у ручья? Судя по всему, да.

— Ага, — Мэддокс кивнул, выбираясь из машины. Он просунул голову в открытую дверь. — Идем.

— Разве ты не заберешь его? — спросила я, вполне довольная тем, что посижу в машине. Ну, знаешь, чтобы избежать людей.

Он покачал головой.

— Мы поедим здесь, а Матиас будет наслаждаться своей порцией в одиночестве, в которое сам себя загнал.

Скривив губы, я вышла из машины и последовала за ним в здание.

Прежде чем зайти внутрь, он натянул шапочку. Серьезно? Что за тяга к шапочкам?

Я прошла за ним в затемненное здание. В обеденное время здесь было относительно пусто, лишь в баре сидело несколько посетителей. Мэддокс провел меня к кабинке в глубине, и официант мгновенно появился с меню.

— Ты была здесь прежде? — спросил Мэддокс, выпячивая нижнюю губу и изучая меню.

— Нет, — кратко ответила я.

Он отложил меню, глядя на меня так, словно я его обидела.

— Здесь самая лучшая еда. Очень жаль.

— Полагаю, это еще один первый опыт, который я испытаю с тобой, — сказала и мгновенно спряталась за меню, потому что начала вспоминать о первом обнаженном опыте. Серьезно, мой мозг в последнее время отказывался думать нормально.

Мэддокс громко рассмеялся, от чего я лишь сильнее смутилась.

Наконец ему удалось взять себя в руки и вернуться к изучению меню.

Официант вернулся, и мы заказали чай со льдом. Я взяла сэндвич, а Мэддокс — половину блюд из меню. Мне хотелось пошутить, я надеялась, что часть еды будет упакована для Матиаса.

Поскольку мысли уже устремились к близнецу, я решила, что сейчас подходящее время спросить о таинственной Реми.

— Я все думаю…

— Да? — он обвел взглядом ресторан, словно искал что-то или кого-то.