В последний момент
Шрифт:
Мэддокс указал на кровать, где аккуратно сложенными лежали мои вещи.
— Как они туда попали? — спросила я.
— Домовой постарался, — с усмешкой ответил парень. — Я убрал их раньше, — фыркнул он.
— Ты не мог уснуть? — спросила я.
— Хотел закрыть дверь на случай появления Матиаса, — пожал плечами. — Обычно он не врывается в мою комнату, но все бывает в первый раз. И мне не хотелось бы, чтобы он увидел тебя, — его взгляд потемнел от желания. — Поэтому я и твою одежду убрал по пути, — вновь пожал плечами Мэддокс.
— Ну… Спасибо, — я улыбнулась. Потянулась за одеждой и обратила внимание, что он все еще наблюдает за мной. — Не смотри, — возмутилась я.
Он криво усмехнулся, склонив голову.
— Я уже видел все, что можно увидеть, Эм, так что не стесняйся. Кроме того, ты же видела, как я одеваюсь, — он подмигнул.
Черт бы его побрал.
Я поворчала себе под нос и откинула одеяло. Знаю, что вела себя глупо, но чувствовала себя иначе, стоя перед ним обнаженной прошлой ночью. Тогда у нас был жаркий момент, а сейчас… мы просто были собой.
Мое сердце так сильно билось, что мне казалось, он видит, как оно пульсирует под кожей.
Я одевалась так быстро, как могла, но не отводила от него взгляда.
Когда закончила, он обнял меня за талию и поцеловал так страстно, что у меня закружилась голова. На мгновение я забыла, как дышать, и когда он отпустил меня, я задыхалась, словно пробежала марафон.
Парень улыбнулся, явно довольный своими навыками. Повернулся и открыл дверь. Я последовала за ним по лестнице, все еще не придя в себя. Уверена, что от этого поцелуя несколько клеток моего мозга оказались убиты.
Мэддокс включил свет, и я несколько раз моргнула от яркого освещения.
— Чего бы ты хотела? — спросил он, открывая холодильник. — У нас есть яйца… и хлопья… Достаточно для хорошего завтрака.
— Давай приготовим яичницу, — я потянулась к нему за коробкой. — Хлеб есть? Можно приготовить еще тосты.
— Э… Нет, — он нахмурился. — Пойду, возьму немного. Скоро вернусь. — Проходя мимо, быстро поцеловал меня в щеку, словно это уже было привычкой.
Пока он отсутствовал, я занялась приготовлением яичницы.
— Какого хрена ты делаешь? — раздался громкий голос.
Я подскочила, тоненько пискнув. Миска с яйцами, которые я взбивала, едва не выскочила из рук, но мне удалось удержать ее. Повернулась лицом к Матиасу.
— Очевидно же, что готовлю завтрак.
— Ой, бл*ть, Эмма. Прости, — он зажмурился и выглядел искренним, извиняясь. — Я думал, что это кто-то другой.
Я сдвинула брови на переносице.
— И кто это, по-твоему, мог быть?
— Я подумал, что привел прошлой ночью девку, и она не поняла намека убираться к чертовой матери, — Матиас зевнул, отодвигая один из барных стульев.
Я смотрела на него, тщательно обдумывая сказанное.
— Ты полагаешь, что мог привести девушку прошлой ночью, но точно не помнишь?
— Боже, перестань на меня орать, бл*ть, — простонал он, потирая глаза основаниями ладоней.
— Я не кричу, — огрызнулась. От него исходил безошибочный запах алкоголя, навевая воспоминания об отце.
Матиас простонал, опустив голову на прохладную столешницу.
— Думаю, я слишком много выпил.
— Думаешь?
— Можешь подать мне бутылку воды? — попросил он. — Пожалуйста, — добавил он, смягчив тон и глядя на меня более теплым взглядом.
— Только потому, что ты попросил вежливо, — вздохнула я, открывая дверцу холодильника. Протянула ему одну из бутылок.
— Спасибо, — Матиас благодарно улыбнулся.
Мэддокс вернулся с хлебом, и Матиас поморщился, когда дверь хлопнула.
— Удивительно, что ты уже проснулся, — сказал Мэддокс брату, проходя мимо. — Думал, что ты уже забыл, как просыпаются утром нормальные люди.
В серых глазах Матиаса вспыхнул гнев.
— Если я не нормальный человек, тогда кто я, бл*ть?
— Мудак, — с легкостью ответил Мэддокс.
— Да пошел ты, — ухмыльнулся Матиас. — Я-то думал, что если ты, наконец, перепихнешься, то начнешь радоваться жизни.
Он кивнул в мою сторону.
От злости Мэддокс сжал челюсти, кулаки напряглись.
Я вспыхнула и от неожиданности выронила из рук миску. Взбитая яичная масса обрызгала мои ноги, от чего я вздрогнула.
Мэддокс резко покачал головой вперед и назад, разминая шейные позвонки.
— Не говори об Эмме так, словно она — никто.
— Хорошо-хорошо, — Матиас пожал плечами, поднимаясь и прихватив бутылку с водой. Он начал пятиться к лестнице. — Это дурацкая шутка. Может, вам стоит немного расслабиться?
— Что-то никто не смеется, — Мэддокс нахмурился, но Матиаса, видимо, никогда не пугал гнев брата.
— Увидимся, — сказал он, скрывшись на лестнице и сделав вид, что ничего не произошло.
Мэддокс повернулся ко мне, и я поспешно нагнулась, чтобы поднять миску.
— Прости. Мне следовало быть аккуратнее…
Он выхватил миску из моих рук и швырнул ее в раковину.
— Меня не волнует эта миска, меня беспокоишь только ты. Все хорошо?
— Да, — я пожала плечами, отводя взгляд от его глаз и глядя в пол.
— Поговори со мной, Эм, — он обхватил мой подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. — Расскажи мне, что происходит в твоей маленькой чудесной головке.
Я не хотела озвучивать свои страхи, потому что не хотела даже думать о том, что это правда, но Матиас зародил во мне зерна сомнения.
Я неловко чувствовала себя, уставившись в потолок.
— Ты воспользовался мной ради секса? — промямлила я.
Он отпустил мой подбородок, словно обжегся.
— Боже, Эм, нет. Поверить не могу, что ты могла так подумать.
Он провел пальцами по волосам, словно обиделся.
Я пожала плечами.
— Об этом не думала, пока…
— Мой братец-засранец не открыл свой рот, — он тяжело вздохнул. — Я люблю его сильнее, чем могу описать, но он всегда переходит черту. Матиас просто расстроен из-за того, что он не обладает тем, что есть у нас, — обнял меня, прижимая к груди.