Чтение онлайн

Высокое серое здание с узкими окнами важно расположилось на перекрёстке проспекта Ленина и улицы имени Маршала Жукова. Куда там мне? На шестой этаж, кажется. Подойдя к пропускному пункту, я представилась и показала повестку. Мне выписали и вручили временный пропуск. Путь был свободен. Я вызвала лифт и стала ждать. Собственно, пока ничего страшного не случилось. Никто не делал попыток арестовать меня за какое-нибудь страшное преступление, на меня вообще никто не обращал никакого внимания. К лифту подошли трое девушек в гражданской одежде и со стопками документов в руках. Они переговаривались между собой на служебные темы, им даже не пришло в голову взглянуть на меня. Я заметно успокоилась и подумала: «Вот значит, что это такое – смотреть своему страху в глаза».

Выйдя из лифта, я оказалась в узком коридоре, идущем по кругу, по всей его длине располагались двери кабинетов. Я нашла дверь с нужным номером и постучала.

– Войдите, – отозвался мужской голос.

– Здравствуйте, – как можно более спокойно поздоровалась я. – Александра Карабинчик из журнала, вы меня вызывали, я по поводу угона какой-то машины.

Следователь удивлённо поднял белесую бровь и посмотрел на меня сквозь толстые линзы больших круглых очков, потом прочитал что-то в бумагах, лежащих перед ним на столе, пробормотав: «Ага, точно, журнал же ещё», – он поставил галочку на листочке.

– Интересная фамилия. Проходите, Александра Августовна. Следователь Протасов. – представился он мне.

Я села на деревянный стул напротив следователя, и он начал опрос. Он спрашивал – я коротко отвечала. Он записывал мои ответы в протокол. Ничего особенного. Всё, как учил Борисов. В конце мероприятия он дал мне прочитать бланк, я подтвердила, что именно эти ответы дала следователю, заверила бланк и выпрямилась на стуле, в ожидании, что меня наконец отпустят. Протасов задумчиво смотрел на листок бумаги с моими подписями и вертел пальцами шариковую ручку. Наконец он поднял на меня глаза и сказал.

– Значит, больше ничего не помните. – это явно был не вопрос, но я отрицательно помотала головой.

Следователь снова помолчал и спросил:

– И ничего странного не заметили в тот вечер в автосалоне или выйдя из него?

– Странного? – вот как раз странное-то я там видела, но пробормотала, – нет, ничего странного.

– Ну хорошо, Александра Августовна, вот ваш пропуск, сдадите на выходе. Благодарю за содействие следствию.

– До свидания.

Вот странно, а почему же он не сказал мне, чтобы я приходила, если я что-нибудь вспомню? Какой-то не настоящий следователь. А вдруг я и вправду что-то вспомню, что мне тогда делать?

3

И я вспомнила! Не прав был Борисов, когда сказал, что отослал мои фотографии в полном объёме, совсем не прав. Я сдала пропуск, вышла на улицу, достала телефон и позвонила Сашке. Голос друга был сонный, но мне было не до извинений, изо всех сил я заорала в трубку:

– Сашка, ты корзину чистил? – на меня стали оглядываться прохожие, но мне было всё равно, я уже неслась в сторону автобусной остановки.

– И я по тебе соскучился. – невозмутимо ответил Лекс. – чё орёшь в такую рань?

– Какая рань, уже четыре часа, ты дома?

– Ну да, кажется.

– Быстро соображай, дома ты или нет, и вспоминай, чистил ли корзину? – я голосила как торговец пахлавой на сочинском пляже. Подошёл нужный автобус, и я запрыгнула на заднюю площадку.

– Саша, ради тебя я готов на многое, но сейчас я беспомощен, как рыба в унитазе. А всё потому, что не понимаю, какая корзина тебя так взволновала?

– Корзина… Комп…Там фотка… а на ней то странное, что я вспомнила, но следователю не сказала, а можно ли мне туда возвращаться, я не знаю.

– Ага, – начал соображать друг, – а следователь откуда взялся?

Совершенно забыв, что Лекс не в курсе моих последних похождений я продолжала бомбардировать его непроснувшийся мозг обрывками информации:

– Ты что, дурак что ли, конечно он из Управления.

– Ясно. А возвращаться куда тебе нельзя?

– Да к нему, в следствие, ну точнее в Главное Управление.

Видимо Сашка решил почтить минутой молчания моё почившее психическое здоровье, а заодно помянуть его стаканом воды, потому что в трубке раздался звук включившегося водопроводного крана, затем звон посуды и снова тишина. Я терпеливо ждала, когда друг вернётся ко мне, наконец он ласково спросил:

– Сашенька, а ты где сейчас?

– К тебе еду.

– Далеко ещё?

– Нет, уже проезжаю Центральный стадион, минут через десять буду.

– Я встречу на остановке. Только если приедешь раньше, никуда без меня не иди. Даже шагу с остановки не делай. Хорошо?

– Хорошо, а почему?

– Так надо, дорогая моя.

Он отключился, а я пожала плечами. Странный он какой-то, пьяный что ли? Когда автобус подъехал к остановке, Сашка уже прыгал на платформе, в летних кроссовках, домашних трениках, чёрной ветровке и без шапки. Собирался он явно наспех. Увидев меня через окно, он подошёл к открывшейся двери и протянул мне руку. На улице он взял меня под локоть, и мы пошли к его дому. В лифте он наконец заговорил:

– Пила?

– Какая? – не поняла я с чего он вдруг решил поговорить со мной о своих инструментах.

– Кудрявая такая, безалаберная и очень талантливая. Пила? – повторил он вопрос.

– Почему?

– Ты опережаешь события, это был следующий мой вопрос. – негодовал мой странный друг.

– Какая пила, Лекс, я тебя вообще-то про корзину спрашивала!

Сашка страшно выпучил на меня свои карие глаза и обессиленно прислонился спиной к стенке лифта.

– А я тебя спрашиваю, ты пила? И если да, то почему, где и с кем? Вот, это полный перечень вопросов.

Только тут до меня дошло, как странно звучали мои выкрики по телефону, и я облегчённо вздохнула. Слава Богу, никто из нас не сошёл с ума. Пока, во всяком случае. Мы приехали на Сашкин этаж и вошли в квартиру. Подхватив на руки Морсика, выбежавшего нас встречать, я прошествовала к компьютеру, по пути объясняя другу, что произошло и зачем мне понадобилась его корзина. Сашка только присвистнул, услышав про похищение дорогого автомобиля.

– Помнишь, мы смотрели фотки, одну я удалила, якобы бракованную. На самом же деле это не был брак.

– А что же? Ты скрываешь опасного преступника?

– Пока не знаю, но, когда я выходила из салона, то увидела такую же штуковину, какую и заснял мой фотоаппарат. Я тогда ещё посчитала, что мне померещилось. Но не могло же нам с «Кодаком» померещиться одно и то же. Вот, ура! Ты не удалил мусор! Давай извлечём её… вот так… смотри!

Перед нами на полный экран открылся снимок, сделанный в ВИП-зоне. Снимала я, стоя на стремянке, так, чтобы в кадр попали все три машины. В левой части снимка, прямо за жёлтой машиной было ясно видно какое-то пятно. Уплотнение воздуха или что-то вроде того. Сашка долго и внимательно изучал искажение на изображении, то увеличивая, то уменьшая кадр.