Чтение онлайн

– Папа, бабушка... Их больше нет, ребятки, их больше нет...
– пустые, как пересохший родник, глаза без единой слезинки смотрели мимо всех в пространство.

Олег решил отвести тёщу в больницу "Сосновая роща", сразу в кардиологию, справедливо полагая, что там ей будет оказана наиболее квалифицированная помощь специалистов. До больницы оставалось всего пол километра, когда из-за поворота выскочила иномарка, водитель не справился с управлением и шёл ему в лоб. Олег резко затормозил, его машину вынесло на встречную полосу и закрутило. Водитель фуры, избегая столкновения, вырулил влево, прицеп повело вправо. Машина Олега на полной скорости попала под фургон, крыша вжалась в салон, а фура, ещё некоторое время бороздила дорогу. Трупы Олега и матери спасатели вырезали автогеном. Олег погиб сразу, в момент аварии, а мать, как дал заключение патологоанатом, ещё за пол часа до трагедии. Умерла от обширного инфаркта. Олежек пытался спасти умершую женщину. Но он этого не знал.... Да теперь и не узнает. Им обоим уже всё равно.

Глава 19

Сергей приехал на похороны, а потом увёз Сашку в Майами. Я не возражала, хотя перспектива остаться одной в четырёхкомнатной квартире меня совершенно не прельщала. На сердце было так муторно, что спорить не хотелось, тем более что поездка сына была запланирована уже давно, но я никак не решалась его отпустить от себя. Я часто навещала подругу, всячески стараясь помочь. Она стойко держалась на похоронах, не плакала, только периодически теряла сознание. Каждый, кто пережил смерть близких людей, знает, с каким трудом возвращаешься к нормальной жизни. Но время не останавливается, стрелки часов неумолимо двигаются вперёд, прошла зима, и весна принесла с собой новые тревоги и волнения.

Восемнадцатого июня близнецов забирали в армию. Как и положено, отыграли проводы, человек шестьдесят молодёжи было. Ребята весёлые, друзей много, вот и набралось с половину микрорайона. Наутро, кто был в состоянии двигаться, поехали с призывниками к военкомату. Пока близнецы досрочно защищали диплом, мы, как загнанные лошади, обивали порог военкомата. Я объяснила военкому семейную ситуацию подруги, просила не забирать ребят, хотя бы до осени. Военком участливо выслушал, но навстречу не пошёл, объясняя недобором. Много больных, тех, кто закосил, а ещё больше вот таких, как мы, сердобольных родителей. В общем, нас много, а он, военком, один. Мы времени зря не теряли, нам удалось выйти на одного знакомого, у которого был друг в военкомате. После небольших переговоров, друг знакомого обещал позаботиться о близнецах и далеко от дома их не отправлять.

Новобранцев построили попарно, и они, сверкая на солнце лысыми, словно отполированными головами, отправилась к сборному пункту. Ленинский военкомат располагался на территории бывшего детского сада, а пункт пополнения личного состава чуть ниже, на улице Маяковского, возле четвёртой больницы. Когда за строем захлопнулись ворота, толпа провожающих заметно поредела. Остались одни родители. После заключительной медицинской комиссии ребята шли в казармы, где и дожидались прибытия покупателей, с которыми разъезжались по местам прохождения службы. Я заняла выгодную позицию, где через дырочку в заборе хорошо просматривалось пространство медчасти, откуда выходили новобранцы. До самого вечера, то я, то Лена смотрели в эту щель, но, так ничего и не узнав, поехали домой, моля Всевышнего, чтоб ребят ночью не отправили. К восьми утра мы, как часовые, заняли свой наблюдательный пункт возле дырочки в заборе. Но видно никого не было. В списках отправленных, вывешенных на дверях КПП, наших мальчиков не было, но многие родители говорили, что ночью автобусами увезли три партии. И кто мог дать гарантии, что среди этих ребят не было Костика и Димки? Никто. А главное, на КПП ничего конкретного не говорили, объясняя тем, что через пару- тройку часов обновленные списки вывесят на проходной. У нас был номер мобильного телефона, теперь уже нашего знакомого капитана и, совершенно издёрганные неизвестностью, мы набрались наглости и позвонили ему. Капитан нас успокоил, заверив, что ребята ещё в казарме, и служить поедут в Подмосковье. Нам же предложил поехать на вокзал, так как их привезут туда к электричке. У родителей будет минут пятнадцать на прощание. Мы с Леной рванули на Калугу-1, к железнодорожному вокзалу, где ещё час высматривали автобусы с призывниками.

На лицах мальчиков не было привычных улыбок, они как-то сразу, за одну ночь, повзрослели. Стали серьёзнее, а может, их пугала неизвестность. Выдернутые из привычного окружения, из заботливых мамкиных рук, дети немного растерялись. Лена, обнимая сыновей, рыдала в голос, её как прорвало: не слёзы, а Ниагарский водопад из глаз льётся. Покупатель произнёс речь, рассказывая, как хорошо у них в части. Что будущие защитники Родины, ни в чём нуждаться не будут, кормят хорошо, даже своя баня имеется. Только он забыл уточнить, что солдатский паёк очень сильно от офицерского отличается, а в бане зимой и летом одна холодная вода из всех краников течёт. Но это ведь мелочи, о которых родителям и знать-то не интересно.

Электричка тронулась, ребята отвернулись от окон, чтобы не показывать готовые пролиться слезы. Ведь мужчины не плачут. Я не успела опомниться, как моя подруга кинулась догонять электричку. Еле выловила эту спринтершу у самого конца перрона. Попробуй, догони, у неё ноги от ушей растут, а у меня.... Вообще-то, у меня, откуда положено, оттуда и растут. Обнялись мы с Ленулей, порыдали, теперь в два голоса, только на разные тональности, и пошли по пустому перрону к машине.

– Ты чего за поездом погналась? Догнать надумала или перегнать?

– Да откуда я знаю, ноги сами понесли. Как ты думаешь, если сердце из тебя вынут, ты долго протянешь?

– Это ты к чему? За что меня бедную....

– Да не о тебе речь, я себя имею в виду.

– Ну, не знаю.... Думаю года два до дембеля, может, и протянешь. А там, глядишь, и сердце твоё назад привезут, ещё чуток поживёшь. Слушай, подруга, ведь у Серёги сегодня день рождения, а я, ворона, даже поздравить с утра забыла. Честно сказать не до него было.

– И я забыла.

– Тебе простительно, ты теперь солдатская мать, и о нас, грешных, можешь забыть, но учти, только на время.

Видок наш оставлял желать лучшего: глаза зареванные, в мокрой одежде, так как с утра дождичек только моросил, и мы зонты не захватили, а потом, когда ожидали автобус, полил нас изрядно.

Серёжа постарался, стол накрыл, свечи зажёг, включил камин, подсветка которого создаёт иллюзию настоящих горящих поленьев, источая тепло.

– Привет, девочки! - не видя нас, подал голос Сергей, и лишь потом в дверях появилась его довольная физиономия.
– Да.... Вид у вас.... красноречивый. Марш в ванную, и чтоб через пять минут были как новенькие!

– А в бумажку от конфет не завернуться, - пробурчала я, снимая кроссовки и пытаясь одной ногой поддеть на ходу тапочку.

– Здорово! Стриптиз на пару танцевать станете, или как?
– подмигнул он, стреляя своими шоколадными глазками в нас обеих.

– Размечтался!!
– заорали мы на него в два голоса, будто сговорившись.

– Мне сегодня всё можно, даже о таком помечтать. Я же именинник, - гордо заявил он.

– Поздравляем!!!
– мы, не дойдя до ванной комнаты, резко развернулись в обратную сторону, подошли к нему, чмокнули с обеих сторон и демонстративно повернули обратно. Пока Лена умывалась, я переоделась сама и принесла ей сухие вещи. Благо, в моём гардеробе (так же как у нее её для меня) всегда про запас имеется ее одежда. В жизни всякое может произойти. Вдруг за столом фонтан из шампанского обольёт, или что покруче...

Глава 20

Полгода я наблюдала, как моя подруга тихо сходит с ума. В чем это проявляется?

А вот в чем. Однажды прихожу к ней, дверь открыта, а она мирно беседует со своими близнецами. Я подумала - они в отпуск приехали, - и даже обиделась, что меня в известность забыли поставить, так как Ленуля обращалась по именам то к одному, то ко второму. Но как ни странно, голосов мальчишек, как я не напрягала слух, не услышала. Зато ответы на вопросы звучали вполне убедительно.

– Нормально, детки!

– ............

– Конечно, поела....

– ............

– Да всё у меня нормально. Соскучилась очень.

– Тьфу, ты.... Наверное, по телефону разговаривает, - догадалась я. Но когда вошла на кухню, чуть в обморок не грохнулась. Моя подруга сидела за столом, сложив руки, как на уроке, и... разговаривала с фотографией.

– Ты чего? А?
– задала я дурацкий вопрос, больше ничего на ум не пришло.

– А, это ты, привет!
– Лена как ни в чём не бывало убрала снимок, поставила на плиту чайник, достала из шкафчика конфеты и полезла в холодильник.