В тени
Шрифт:
Голубка моя, я тебя поймаю.
Наконец она решает спрятаться за стволом меньшего дерева.
Должно быть, она ничему не научилась в прошлый раз. Глупая девчонка.
Я замедляю шаг, чтобы она все еще не слышала моего приближения. Я ношу черный ремень с черными джинсами и решил снять его с талии. Рассчитанными движениями я расстегиваю его и аккуратно просовываю в петли ремня, чтобы не издавать звука. Я хочу, чтобы она чувствовала себя в безопасности, как будто она спряталась от меня, и я не могу ее найти.
Сняв ремень, я делаю уверенные шаги туда, где вижу ее, стоящую по другую сторону небольшого ствола дерева. Она стоит ко мне спиной, прислонившись к нему. Сейчас я нахожусь в нескольких дюймах от нее и чувствую запах ее предвкушения.
Я быстро обхватываю поясом ее шею и узкий ствол дерева. Застигнув ее врасплох, я слышу только ее вздох. Я туго застегиваю ремень, чтобы она не могла убежать, держа большой палец под ремнем и застегивая его, чтобы убедиться, что она все еще может дышать. Когда я заканчиваю застегивать его, ее руки тянутся к шее, отчаянно пытаясь его снять.
— Почему ты это делаешь? — она кричит.
Она у меня там, где я хочу. Я не отвечаю. Вместо этого я нахожу в кармане застежку-молнию, которую принес, и зажимаю ее между зубами. Затем одним быстрым движением я протягиваю руку и хватаю ее за обе руки, соединяя ее запястья и удерживая их одной рукой, в то время как другая пытается закрепить ее с помощью застежки-молнии. Теперь она не сможет сбежать.
Я начинаю уходить; цель состоит в том, чтобы заставить ее думать, что я оставляю ее здесь одну и в ловушке. Обязательно наступлю на несколько веток, чтобы создать эту иллюзию и вызвать у нее еще большую панику.
Она кричит.
Это работает.
О, моя голубка, здесь никто не услышит твоих криков.
Обожаю эту игру, она называется Mindfuck.
Раньше я только слышал о них, возможно, видел это пару раз во время просмотра порно, но на самом деле сделать это с кем-то очень волнующе. Это спешка, сейчас я могу сделать с ней все, что захочу. Оставив ее здесь на несколько часов одну, в тишине. Или периодически передвигаться и издавать звуки вокруг нее, держа ее в напряжении. Ожидание того, что может произойти дальше, — это половина удовольствия.
Она все еще кричит, поэтому я решаю подождать еще немного, пока она перестанет.
Как только ее драматургия закончилась, я пополз обратно. Встаю немного позади нее, чтобы без предупреждения подойти к ней. Она еще меня не услышала.
Теперь, когда я стою позади нее, мой нос начинает наполняться ванилью и кокосом. Я зависим от ее аромата.
Я слегка двигаюсь, чтобы лучше рассмотреть ее тело со стороны. Осматривая ее с головы до пят, я замечаю, что ее соски снова тверды для меня. Я протягиваю руку и зажимаю одну между большим и указательным пальцами, застигая ее врасплох. Ее тело дергается, но она не может уйти далеко.
— Кто ты такой? — она шепчет.
Я не отвечаю. Еще нет, голубка.
Мне чертовски нравится, как ее тело реагирует на меня. Ее твердые соски, ее дыхание стало тяжелым, и она перестала бороться со мной. Я начинаю думать, что ей это может даже понравиться. Мне становится тяжело от этой мысли.
Отпустив ее сосок, я приближаюсь к ней и помещаю руку между ее грудями. Я начинаю медленно скользить им по ее животу. Она трясет телом, пытаясь стряхнуть меня. Это не сработает. Я никуда не собираюсь.
Моя рука все еще медленно скользит по ее телу, по ее заспанной футболке. Достигнув низа ее рубашки, я беру руку и просовываю ее под нее, ощупывая ее хлопковые трусики.
Пробравшись еще глубже под ее рубашку, туда, где я нахожу верхнюю часть ее трусиков, я провожу большим пальцем по коже прямо над ними, заставляя ее дрожать. Я замечаю, что ее дыхание выровнялось, и тогда я решаю надеть ее трусики. Медленно спускаюсь к ее клитору. Она такая мокрая. Ее тело реагирует именно так, как я хочу. Взяв два пальца, я медленно подвожу их к ее входу и вонзаю внутрь нее. Она сразу же ахает от вторжения.
Я нахожу ее точку G и начинаю над ней работать. Ее бедра начинают двигаться, а дыхание учащается. Теперь поднося большой палец к ее клитору, я начинаю одновременно обводить его. Она начинает задыхаться и продолжает трясти бедрами вместе с моими пальцами, которые входят и выходят из нее. Я все еще не говорю. Я просто сосредотачиваюсь на ее идеальном соблазнительном теле и на том, как оно реагирует на меня. Она даже прикусывает нижнюю губу, пока не вырывается красивый стон: — О боже мой.
Я чувствую, как мой член прижимается к штанам, умоляя, чтобы его вынули. Клянусь, я могу кончить от этого в любой момент.
— Черт, это так приятно. Продолжай, — говорит она, затаив дыхание.
Я по-прежнему ничего не говорю. Я просто продолжаю ласкать ее киску, а она начинает дрожать, впитывая мои пальцы. Я чувствую, как она стекает по моей руке.
— Ах, да. Продолжай двигаться. Пожалуйста, не останавливайся.
О, на этот раз я не остановлюсь. Думая про себя, сколько удовольствия я мог бы получить от этого в следующий раз. Интересно, как она справится с небольшим количеством окантовки?
Ее накрывает оргазм, и я продолжаю вводить пальцы в нее, позволяя ей насладиться этим кайфом. Она стонет, когда ее тело поддается мне, сперма стекает по моим пальцам. Она тяжело дышит. Я мог бы слушать это вечно.
Моя личная колыбельная. Черт, мне нужно записать следующую.
Все еще чувствуя толчки от ее оргазма, я замедляю движение пальцев, пока она все еще пытается отдышаться. Как только она успокоилась, я убрал руку с ее трусиков. Тогда я решил поднести пальцы к ее рту, и она открылась для меня. Мне даже не нужно ей говорить.
Я провожу пальцами по ее опухшим губам, и она смыкает их рот, отряхиваясь от меня. Затем ее язык начинает их ласкать. Она не может насытиться собственным освобождением.
Все это немедленно заставляет меня кончить. Я чувствую, как оно выстреливает из моего твердого члена в штаны. Мои глаза расширились от шока. Черт, такого еще никогда не было. Просто от ее прикосновений, от сосания моих пальцев. Я никогда не отпущу ее.
Решив, что она достаточно отмылась от меня, я вытаскиваю пальцы и провожу большим пальцем по ее губам. Ее красиво пухлые губы. Не могу дождаться, когда увижу, как они сосут мой член.
Я отбрасываю голову от этих фантазий и снова сосредотачиваюсь на настоящем. Решить, что на сегодня хватит игры. Сначала я прикладываю руку к ее рту, чтобы она знала, что нужно молчать. Затем я перехожу на другую сторону узкого дерева, чтобы другой рукой расстегнуть ремень. Затем, вытащив из заднего кармана нож, я перерезал застежку-молнию на ее запястьях. После того, как все расстегнуто и удалено, я убираю руку от ее рта.