Чтение онлайн

— Не за что. Садись, — показал он на бревно.

— А где я буду мыться? — задала я давно наболевший вопрос.

— Чуть не забыл, пойдем.

Интересно, если он забыл про банные процедуры, про что он тогда помнил? Я пошла за ним. Недалеко от беседки я разглядела небольшой сарайчик. Наверное, это душ. Я готовилась увидеть прогнивший пол и огромное количество отвратительных пауков и мокриц. И как следствие, забыть о помывке. Марк зашел первым, я осталась снаружи. Зажегся свет. Рисуя в голове эту гадость, я осторожно заглянула внутрь. На удивление ни пауков, ни мокриц я не обнаружила. Наоборот, была приятно удивлена. Маленькая деревянная баня с чистой лавочкой, вешалкой для одежды и свечами на стенах. И почему Марк не зажигает свечи дома? На лавочке стояло ведро с водой, рядом лежали мыло, ковш и полотенце. Интересно, кто им пользовался до меня?

— Вода, думаю, нормальная, — сказал Марк, — мыло и полотенце новые, только твои. Мойся, я подожду на улице.

Он вышел. Я стала искать защелку на двери. Не думаю, что Марк настолько бестактен, чтобы зайти, пока я моюсь, но на всякий случай решила перестраховаться. Так и не найдя ничего, я решила рискнуть. Соблазн смыть с себя трёхдневную грязь оказался сильнее страха быть увиденной, в чем мать родила. Вода теплая, только жаль, нет шампуня, зато есть мыло, а это все-таки лучше, чем ничего.

Я помылась, обтерлась полотенцем и подсушила им волосы. Выйдя из бани, я увидела Марка у костра. Его смуглая кожа отливала золотом, а в карих глазах отражался огонь. Он сидел такой спокойный, сосредоточенный на горящем пламени, что мне вдруг невольно представилась картина из жизни какого-нибудь дикого племени. Костры, барабаны, ритуальные танцы и божественный идол, к которому они обращают свои молитвы. Таким же божественным и фантастическим казался мне сейчас Марк. Где же мой фотоаппарат, когда он так нужен?

— Помылась? — спросил он, когда я подошла, — все нормально?

— Да, спасибо. Только воды мало и, жалко, что шампуня нет.

— Скажи мне, что тебе нужно, я все достану.

— Зачем? Хочешь сделать мою тюрьму домом отдыха?

— Хочу, чтобы тебе было хорошо, только не знаю, что нужно. Поэтому говори мне, если что-то понадобится.

Я вдруг с ужасом вспомнила о приближающихся неприятных днях и сглотнула.

— Что? — спросил он.

— Марк, может, я сама схожу в магазин и все куплю? Или сходи со мной.

— Зачем? Я принесу тебе, что попросишь.

Какие все-таки мужики непонятливые! Хорошо, сам виноват.

— Не думаю, что ты пользуешься прокладками и тампонами, — пробормотала я недовольно. Мне стало стыдно.

— Аа… вот ты о чем. Скажи, когда, и я тебе принесу.

— Твою мать!! Может, ты и прицепить еще поможешь?!

— Извини, если обидел, — засмеялся он, — но я не могу тебя отпустить в город, сама понимаешь почему.

— Тогда сходи со мной! Но таскать мне прокладки я не позволю! Это уж слишком!

— Успокойся, когда они тебе понадобятся? Скажи мне сейчас, а утром найдешь их у себя в туалете.

— Дайте мне что-нибудь тяжелое, — прошипела я сквозь зубы.

— Я не хочу ссориться с тобой из-за прокладок.

— А разве мы дружили?

— Мне бы хотелось. Меня влечет к тебе.

Марк снова посмотрел мне в глаза каким-то странным, завораживающим взглядом.

— Насильно мил не будешь, — отвернулась я.

Он промолчал, наверное, ему не понравились мои слова.

— Нет ничего невозможного, — тихо сказал он и снова коснулся пальцами моей руки.

Я вздрогнула, он сразу убрал руку.

— Прости.

— Все нормально, — смущенно улыбнулась я. Почему он так со мной обращается? Я же его пленница. Меня смущают его прикосновения, его взгляды, его слова, весь он. Раньше при виде таких мужчин я испытывала только желание, и то не всегда, а сейчас нервничаю как на первом свидании. Куда бы ни понесли меня мои гормоны, я не позволю себе зайти за черту. Нельзя забывать о том, что этот человек держит меня за домашнее животное. Солдаты Древнего Рима брали с собой в военные походы коз, с которыми удовлетворяли свою похоть за неимением женщин. Не хочу стать такой козой для Марка.

— Не бойся меня, — Марк широко улыбнулся. Белые ровные зубы. Очаровательно…

— Я не боюсь. По-твоему, я похожа на скромную, трясущуюся от страха девочку?

— Нет, ты — красивая, сексуальная женщина. А когда боишься, впадаешь в ярость, как я заметил.

— Бывает иногда, — улыбнулась я, снова смутившись. Ну вот. Мне бы сидеть в углу и молчать в тряпочку, а я с ним тут о жизни беседую.

— Я подумал, что ты не откажешься от этого, — Марк зашел в беседку и вернулся с тарелкой шашлыков. Я машинально расплылась в улыбке. Видя мою реакцию, он сел рядом и уверенно протянул мне мясо.

— Попробуй, должно быть съедобно.

— А из какого мяса? — спросила я на всякий случай.

— Из курицы.

Я мгновенно смела всю тарелку, а Марк в это время с умилением наблюдал за мной.

— Спасибо, очень вкусно, — сказала я, облизывая каждый пальчик.

Марк заворожено следил за этим. Мне стало не по себе, и я опустила жирные руки вниз. Он протянул мне полотенце.

— У меня есть для тебя еще кое-что, — он залез в карман своих джинсов и вытащил мой проклятый золотой браслет, — этот ты потеряла на кладбище?

Я ошарашенно смотрела то на браслет, то на Марка.

— Да…Где ты его нашел?

— У той могилы, где я стоял утром того дня. Помнишь?

— Да, — ответила я, застегивая браслет, — кстати, кто похоронен в той могиле?

— Мой родственник.

— Я так и думала. А почему ты ушел, когда я тебя звала?

— Не хотел встречаться с людьми.

— Ты опять? — усмехнулась я, — тебя часто в детстве роняли?

— Чего только со мной не делали в детстве, — Марк вдруг снова стал серьезным.

Набравшись смелости, я положила руку ему на плечо, он обернулся.

— Расскажи, тебе станет легче, а я никому ни скажу, обещаю.

— Я должен поверить журналистке?

— У меня больше причин не доверять тебе. И, кажется, это ты недавно говорил про дружбу. Какая может быть дружба между нами? Мало того, что ты держишь меня в плену, так еще и не отвечаешь мои вопросы. Какое может быть доверие?

— Алиса, я просто не привык верить людям. Ты бы меня поняла, если бы знала…

— Так расскажи, — я вопросительно посмотрела ему в глаза.