Чтение онлайн

– А-а-а, это всё меняет, – мужчина встал и отвернулся к окну, рисуя два сосуда с трубками теперь уже на нём, тёплом изнутри и плачущим от холода снаружи: – Твой чел – безусловно жертва. Ему приказали сдать сперму для осеменения какой-то бабцы. Он сделал это исключительно из страха, жалости или понимания. Конечно! Он не спал с ней. С ней вообще никто до этого не спал, – на запотевшем окне появились загогулины от пальца. Размышлять мужчине проще, если его мысли сопровождают неконкретные действия. «Правду говорить всегда трудно и больно. Но этих женщин предупредили о том, что сеансы не всегда будут мёдом. Дёготь в их составе – нужный минимум для лечения, как горечь в антибиотиках». Поэтому маг продолжил рубить лес: – Возможно, ему заплатили за его генофонд? И он, совершенно не ожидая последствий, мечтал потратить эти деньги на тебя любимую. Он бежал к тебе со всех ног! Наверное, даже уже заготовил речь, чтоб попросить твою руку, заодно и сердце. Но тут страшный удар настиг его: всё те же злые и коварные люди пригрозили ему обрезанием под корень, если он официально не станет отцом ребёнка. Ему так и сказали: «Ты просто поучаствуй в этой свадебной постановке. А потом, когда ребёнок родится, вы разведётесь и ты побежишь к своей Русалке, чтобы жить с ней долго и счастливо». Всё было именно так?

Мужчина не оборачивался. Николь стало себя жаль:

– Нет. Он женился, так как он порядочный человек.

– Да ты что?! – мужчина отставил окно с начертательной проекцией своих дум и быстро подошёл к Николь: – Настолько порядочный, что все те двадцать, или сколько, лет, что он живёт с законной, он бегает к тебе? – взгляд в упор протыкал насквозь. Романова стала ещё меньше ростом: – Сто раз, ты сказала? Сто раз убегал к тебе, единственной любимой, а потом, все те же сто раз, опять возвращался к страшной и коварной обманщице-жене? Ты такого любишь? Любишь? А время идёт! Твоё время! Которое ты тратишь на того, кто тобою затыкает и обслуживает свою похоть. Уж прости ты мне, дорогая, эту прямоту. Но у меня, как у чукчи, что вижу – то пою.

– Зачем вы так? – от волнения Романова стала теребить волосы, пробуя собрать их в косу. Подобные страсти и причитания психолог в своей жизни слышал тысячами. Но всё же, стоило попридержать коней. Маг опустил женщину взглядом и стал мерить комнату от зеркала к окну, приставляя пятки к носкам и балансируя руками, как на канате. Эта глупая функция должна была отвлечь всех подопечных от его грубой прямоты.

– Сейчас, Николь, я забегу немного вперёд и попробую нарисовать тебе альтернативный исход твоей просьбы. Представь, что она выполнена. Ненаглядный мужчина развёлся с законной супругой, вернулся к тебе и, пусть даже, женился на тебе. – Мужчина стал комично заваливаться набок, вот-вот упадёт, но всё же выровнялся, развернулся и пошёл в обратном направлении. Четыре женщины ощущали себя кроликами. Интерес к дуэли был животный. Не исключено, что описываемая ситуация случалась не только с одной. Маг даже был уверен, что обращается сейчас не только к Романовой, поэтому стрелял, не целясь: – Итак, вы, наконец-то, стали единым целым. Вы вместе днём и ночью. В спальне. В кухне. В ванной. Вы вместе пылесосите ковры в твоей съёмной квартире, потому что купить новую вам твой… Петя? Алекс! Как я мог забыть? Извини! Алекс не смог. Потому что, если бы смог, то давно обеспечил тебя квартирой. От большой-то любви да чтобы не спать с любимой на казённых простынях в казённых домах. Но у него, как я понимаю, нет лишних денег, ведь всё, что он заработал за свою жизнь, он оставил жене и ребёнку. Или даже детям? Двое? Мальчик и девочка? Прекрасно! На второго ребёнка, заметь, он тоже сдавал сперму в пробирке, не притрагиваясь к супруге за всю жизнь ни разу. Ведь именно это он тебе рассказывает? Ну ладно, это мы уже забыли, простили и наслаждаемся счастьем. Ходим вместе за покупками. Сообща варим борщи: сегодня красный из буряка, завтра зелёный щавелевый, по выходным и вовсе бледный постный. Про ночные утехи – вообще молчу: там всё зашибись было всегда. – Психолог остановился и помолчал. Нетерпение слушательниц вываливалось через орбиты. Даже Николь, словно забыв, что переписывают её историю, пронзительно смотрела на мага, ёрзая на кресле. Взлохматив и без того буйные остатки растительности на голове, мужчина заговорил устало и перебирая повествование: – Так проходит месяц. Второй. В начале третьего, так обычно и бывает, вдруг заболевает кто-то из его бывших родных. Скажем, плохо стало сыну или внуку. Внуку – это ещё болезненнее. Безусловно, твой мужчина – отличный отец… и дед. Это муж он никакой. Да и мужик, к слову сказать, – мудак; не сумел раньше устроить своё счастье, – грубое слово проскочило незаметным на фоне рубища, в какое маг одел предполагаемую судьбинушку Романовой: – Безусловно, ты, соглашаясь, что дети – это святое, позволишь ему поехать в ту семью. И не будешь спрашивать, почему он остался там до поздней ночи. Ведь дитё болеет. А твой благоверный без устали менял ему градусник, поил его отваром мать-и-мачехи, который сам же заваривал, ставил горчичники, натирал грудку нутряным жиром, в пяточки барсучьим, следуя рекомендациям врача, – в этом месте всем захотелось пить, но к термосу потянулся только мужчина. Смочив запалившуюся глотку, он добавил, смакуя: – А потом, когда он выбился из сил, бывшая супруга предложила ему поужинать. Исключительно из благодарности, не иначе. Но ты всё понимаешь, и так как ты, в принципе, баба клёвая, никаких скандалов ему не закатываешь. Назавтра ты вообще уже обо всём забыла, и вы опять живёте сладко и друг для друга. С одной только поправкой, – мокрый стакан обречённо сел верхом на термос, поглотив его треть: – выдёргивать твоего мужика в бывшую семью отныне будут регулярно. По той или иной причине. И он, тоже регулярно, будет оставлять тебя и бежать туда. И оставаться на ужин. А потом вдруг и на ночь, – маг сделал жест Яне, словно напоминая что-то или требуя вступления, но так как она растерялась, приложил к уху ладонь и заговорил кошачьим голосом: – «Ты знаешь, я поехал отвезти новогодние подарки, а там меня внуки облепили так, что я просто не мог уйти. Ты же всё понимаешь? Ты же у меня умница?», – Громова, вдруг вспомнив про сцену их первой встречи, засмеялась. Это получилось так некстати, что Вера зыркнула, а Таня хмыкнула. Извинившись, Яна опустила взгляд в пол. Маг, довольный этой проделкой, продолжил с видом занудного философа: – А знаешь почему так будет? Потому что ты действительно умница. Ты, проделала долгую и трудную работу, чтобы твой мужчина стал твоим. Ты тут же всё простишь, чтобы не портить наступающий Новый год. Чтобы не превращаться в ту стерву, от которой он ушёл. Чтобы продолжать жить в собственном обмане. Потому что ты не поняла за эти долгие годы главного… – пауза стала пропастью. В неё упали даже капли на окне. Когда мужчина снова заговорил, голос его зазвучал, как приговор: – Единственный твой страх, о котором этот мужчина знает, в том, чтобы он всегда к тебе возвращался. Ведь так? Ты ведь только это произнесла вслух: «Забрать того, кого украли!». И всё… Поэтому Алекс… Алекс!!! прекрасно изучив это твоё страстное желание, вернулся. Как Карлсон, который живёт на крыше: «Я обещал, и вот я здесь!». Не важно, когда он прибыл, не объясняя, что с ним было, и даже не удосужившись понять, веришь ли ты его объяснениям. Он знает твёрдо, и это ты внушила ему эту мысль, что ты примешь его лю-бым. Значит? – плавным жестом он предложил выйти на сцену теперь и Николь, но она отчаянно замотала головой, требуя ответа. Шоумен подвёл итог: – Значит, твой мужик будет изворачиваться, чтобы теперь от тебя бегать к бывшей. Почему? Да потому, что тот, кто двадцать лет срал в душу сразу двум своим самым дорогим женщинам, обязательно продолжит делать это последующие двадцать. Это даже не привычка, детка. Это то, что психологи называют устойчивым поведением, образом жизни, беспринципным мышлением и ещё массой всяких умных слов, каждое из которых означает для тебя только одно – такой выбор ты сделала сама и винить в этом некого. – Маг закончил повторяющуюся историю очередной заблудшей душе, не взрываясь на междометиях, не укоряя и не обвиняя. Неприятные слова выходили у него необычно мягкими, наверное, потому, что он всего лишь говорил правильные вещи, расставляя в предложениях правильные акценты. Но именно это больше всего било по нервам. В последний момент Романова не выдержала и уткнулась лицом в колени.

Психолог подошёл к ней, попросил встать с кресла и повернуться к зеркалу.

– Скажи мне, что ты там видишь?

Она, не всматриваясь, промямлила:

– Несчастная баба с косой, которой не на кого опереться.

– Ещё что? – мужчина открыл в руках мнимый блокнот и стал записывать в него признания мнимой ручкой. Николь стала вытирать глаза:

– Я не знаю, как это сказать! Я очень хочу, чтобы Алекс был мой! Мой! Понимаете?!

Она смотрела на подруг, пробуя в них найти поддержку и участие. Яна сжала руки. Вера закусила губу. Таня кивнула:

– Единственная любовь. Что же тут непонятного?

О нет! Маг не мог допустить, чтобы всё пошло опять по тому же кругу заблуждений и убеждений.

– Иди сюда! – приказал он Морошкиной довольно резко. Таня встала, подошла к ним: – Скажи мне, что ты видишь в этом зеркале? – ткнул он на отражение Николь.

Когда-то и где-то Таня слышала про то, что мнение других о тебе несущее, тогда как твоё собственное разрушающее. Она незаметно сделала мужчине знак, что включается в его игру:

– Я вижу женщину средних лет. Довольно привлекательную. С шикарными волосами русого цвета, раскинутыми по плечам, как дорогой палантин.

То, как психолог осел от удовлетворения, можно было заметить, даже не будучи особо наблюдательной. Продлевая кайф, маг кивнул Громовой, и Яна, тоже уже поняв смысл упражнения, бодро ответила на тот же вопрос:

– Я вижу маленькую женщину с шикарными формами, которым позавидует не одна из нас. На её грудь, я так думаю, заглядываются многие мужчины. Возможно, даже все.

– Вера! Ты что видишь? – Как это было важно не ошибиться в подборе «кадров», собрав в одну группу людей, смекалистых, предупредительных и способных мыслить одинаковыми категориями. Когда Российская сказал, что – грудь-не грудь, а мимо таких зелёных глазищ точно не пройдёшь, мужчина, довольный, выдохнул. Николь рыдала теперь, не сдерживаясь.

– Вернитесь в свои кресла, дорогие женщины! – попросил мужчина и вышел из комнаты. Вернулся он с полным термосом и чистыми пластиковыми стаканчиками.

Кофе пили молча, переглядываясь, иногда робко улыбаясь и точно кайфуя от тепла.

– Вера, ты смогла переформулировать своё желание? – вернулся маг к домашке.

– Не мешать детям жить их жизнью и копить их опыт, – отрапортовала Российская. Странное прозрение произошло у Веры в момент, когда психолог раскрывал глаза другой женщине. И мысль, в том виде, в каком она её сейчас выразила, была ей самой чужда. К ней ещё стоило привыкнуть. Но её Ангел-Хранитель услышал эту мысль вслух, записал и, хочется верить, поможет Вере её реализовать.

Психолог, словно читая в глазах Российской, смотрел на неё молча. Любой другой на его месте, менее опытный, зачёл бы самодовольно полученный результат на свой счёт и самонадеянно уверил женщину в том, что она знает, по какому пути ей дальше идти. Но маг о страхах и терзаниях отличниц что-то да знал и на этом этапе всего лишь утвердительно кивнул:

– Зачтено!

– Правда?

– Истина! Яна! Твоё желание?

– Научиться жить без мужчин!

Психолог повторил жест с мнимыми блокнотом и ручкой:

– А если ещё лучше подумать?

–…

– Ты же не хочешь ополовинить всю Землю, оставив на ней только Амазонок?

Громова растерялась:

– Наверное, нет…

– Скорее всего нет. Иначе я тоже кану в Лету. Поэтому давай скажем вслух следующее: «Я хочу научиться быть счастливой, не завися от мужчин!».

– Я тоже так хочу! – выкрикнула Николь.

– И я тоже! – мягко призналась Вера.

– «Классика жанра», – маг улыбнулся: – Вот видите, стоит только поглубже копнуть в себе, и ответ найден. Значит, совет мой таков: находите время чаще смотреть в зеркало не только, когда красите ресницы или губы, а чтобы любоваться собой. И следующее задание на дом будет – найти в себе то, что не можем увидеть мы. Вопросы есть?

– В смысле – не видите вы? Это про какие-то скрытые части тела? – Вера казалось не только растерянной, но и взволнованной.

– Или речь идёт о чертах характера? Извини, я тоже не очень поняла, – уточнила Таня.

Маг хитро улыбнулся:

– Конечно, я ночами не сплю, жажду услышать про ваши родинки ниже пупка или узнать о том, как хорошо вы умеете печь шарлотку. Девочки! Учитесь в вопросе слышать ответ. Когда я говорю: «То, что не видим мы», это значит, что вам нужно настолько пристально рассмотреть себя в зеркале до следующего занятия, чтобы было что предъявить доктору, – он указал на себя. Но так как теперь все женщины были ещё больше растеряны, пояснил на примере: – Кто из вас видел у меня на скуле шрам? А он у меня есть, и я вам это открыл. А вы попробуйте найти тот физический элемент вашего лица, ладно – головы, хорошо – всего тела, но без шокирующих подробностей, что не так просто подметить тем, кто знает вас поверхностно. Теперь понятнее?