Чтение онлайн

— Ушли они что ли? — Щукин сразу распознал причину моей озадаченности. — Ну, как бы не должны. Чего им дрейфить?

Движением руки, я изменил масштаб на тактическом экране.

Второй помощник тут же обратился в секцию слежения:

— Абаз, что там у вас? Не слышу доклада! Где их фрегат? Проверьте данные!

— Ищем, Станислав Басович! Усердно ищем! — отозвался напряженный голос в динамик.

Я не спешил задать новый курс. Ошибка могла нам стоить нескольких лишних дырок в корпусе, так сказать, с приветом от «Gloria». И могла обойтись еще дороже. Я уже хотел подключить к поиску интуицию, когда тот же голос с кавказским акцентом доложил по внутренней связи:

— Они внизу! Есть на тактическом!

Только сейчас я заметил на нижнем обзорном, как длинный стальной конус «Gloria» коварно скользит над поверхностью океана. Английский фрегат, едва ли не касаясь зеленовато-синих вод. Конечно, его не брал наш локатор! И визуально британец почти слился с блеском океана, жарко отражавшего солнце. Либо случайность помогла «Глории» так подкрасться к нам, либо капитан оказался на редкость хитер.

Понимая, что сейчас будет ракетный пуск со стороны «Глории», я тут же распорядился сменить курс. Даже прикрикнул на пилотов, хотя их вины не было ни капли — все это время парни справлялись на отлично с поставленными задачами.

Резкий разворот на несколько секунд придавил меня к стальной облицовке стены. От перегрузки на миг подогнулись колени. Еще один разворот, и мы пошли противоходом на вражеский фрегат, цепко держась над ним — ведь сверху у британца только две пусковых установки, и особенности целенаведения им не позволять, атаковать нас пусковыми с бортов.

Как только пошло два их «шторма», Щукин тут же дал команду на отстрел противоракет. Тем временем я уже наводил Ольгиных «попугайчиков». Выпорхнуло сразу три. Яркими огоньками пошли вдогонку «Глории», которую мы благополучно проскочили на противоходе. Обзорный справа озарился оранжево-красным. Дважды. Наши противоракеты попали в цели.

— Еще три пуска! Еще! — нервно доложил офицер из секции слежения.

Я эту неприятность уже видел: каким-то образом «Gloria» успела извернуться и выполнить три бортовых пуска. Это было похоже на отчаянную попытку укусить нас перед смертью. Но попытка пустая: на такой дистанции от британских «Storm-150» мы должны были удрать. С трудом, резким противоракетным маневром и на полной скорости, но должны. А вот от наших «попугайчиков» фрегат бритишей уйти никак не мог.

Прежде чем «Гектор» нырнул в плотную тучу мы видели, как расцвел огненный цветок ближе к корме «Глории» — том самом месте, где находился их ракетный арсенал. Прилет второго «попугайчика» выглядел как контрольный выстрел. Третья «РСТ-10-мс» не долетела — ее все-таки смогли перехватить противоракеты.

Через пару минут я окончательно убедился: мы увернулись от их ракет. Пока «Гектор» проходил через огромную тучу, я передал благодарность Ковалевской и задал новый курс.

— Решили сразу на эсминец? — поглядывая на тактический экран, догадался Щукин.

— Да! Уберем основное препятствие для успешной встречи с «Принцем», — подтвердил я. — Кстати, надо бы что ли пообщаться с господином Джейсмом Хадсоном. Может у него есть что передать родным, перед тем как вечность примет его. Хотя он пока такой исход не может даже представить.

— Включить внешний коммуникатор? — до сих пор молчавший лейтенант с готовностью повернулся ко мне и потянул руку к бронзовому рычажку.

— Только не сейчас! — отклонил я. — Это обнаружит наше местоположение в облаках.

Я снова изменил курс. В этот раз плавно набирая высоту и отклоняясь на северо-восток. По моим расчетам мы должны были зайти в хвост «Eugene», если они клюнули на наш маневр перед уходом в облака. Все еще оставалась настороженность, что они пошли на какую-нибудь хитрость, как английский фрегат, сгинувший в водах Индийского океана.

Мы вынырнули из разрыва облаков на несколько секунд. Я успел заметить эсминец, идущий прямо на нас. Не думаю, что они разгадали маневр «Гектора». Если бы разгадали, то поднялись выше и заняли более выгодную позицию для ракетных пусков. Хотя расстояние оставалось все еще большим, метка «Eugene» уже мигала опасно-красным.

— Образ эсминца на второй технический! Объемное проецирование! — потребовал я и тут же сказал Москвину: — Курс 197–84 Эс, 260 Вэ! Высота 3100! Скорость 870!

Следующих выход из облаков для нас и для «Eugene» должен был стать критическим. К тому же «Принц» успел подкрасться к нам очень близко. Также он был близок к тучам, громоздившими на юге сизыми горами. Линкору нельзя было позволить скрыться в них, иначе наше преимущество, станет их преимуществом. У них намного мощнее система слежения. Играя в облачном слое в кошки мышки, мы могли неожиданно оказаться на дистанции ближнего боя с неудобной для нас позицией.

Я передал образ «Eugene» Ольге, указав три самых желаемых для поражения точки. Быстро распорядился готовить к пуску сразу пять «РСТ-10-мс».

Последние секунды тянулись неправдоподобно долго. Наконец «Гектор» вырвался из белесой дымки. Внизу раскинулись бескрайние, зеленовато-синие просторы океана. Слева от нас, сверкая на солнце стальным оперением, появился британский эсминец. Мы были готовы, и наши расчеты среагировали первыми. Все пять ракет под управлением новейшей системы целенаведения устремились к нему. По корпусу «Гектора» прошла дрожь, послышался гул ракет, вырвавшихся из люков со снопами пламени.

Капитан «Eugene» нам на удачу сперва среагировал на наши ракетные пуски, и эсминец начал отстреливать противоракеты. И зря! Расстояние было еще достаточно большим, я знал, что Ольгины попугайчики умеют обходить противоракеты, если дистанция достаточно велика и есть место для маневра. Так и вышло: ни одна из наших пяти «РСТ-10-мс» не была сбита; я видел искорки ракет с «Eugene» ушедших в пустоту. Через минуту другую от левого борта эсминца к нам потянулись дымные следы их «штормов», но это уже были бессмысленные пуски. Нет, их капитан не идиот, он сделал все так, как учили. Только бритиши не учли, что «Гектор» намного быстрее и маневреннее того, что значится в данных по российским фрегатам. Да и откуда им было знать, что наши новейшие «РСТ-10-мс» обязательно дойдут до цели, обходя их противоракеты.

Я даже немного изменил курс, чтобы «Гектор» не сразу нырнул в плотную тучу: очень хотелось посмотреть, что сделают Ольгины попугайчики с их эсминцем. Сделали! Склевали его к чертовой матери! Оптическая система при многократном увеличении вывела на экран стальной огурец «Eugene» раздираемый яркими вспышками. С четвертой «РСТ-10-мс» британец переломился пополам, его горящие обломки понеслись навстречу океану.

— О, Перун-Громовержец! «Огненные Небеса» творят чудеса! — с восхищением воскликнул Щукин, глядя на падающие куски вражеской виманы.

Вполне разделяя его восторг, я промолчал. Хотя расстояние между нами и «штормами», пущенными эсминцем, сокращалось, «Гектор» быстро скрылся от них в туче. Там я дал команду сменить курс. Мы быстро снижались, забирая северо-запад. Шли на максимальной скорости. Высоко, натужно посвистывали генераторы вихревого поля.

— Теперь корветы, Алесандр Петрович? — спросил второй помощник, не совсем понимая мой маневр.

— Нет, Станислав Басович. Теперь «Prince Salisbury», — я смотрел на сетку пока пустого тактического экрана, пытаясь угадать расположение британских виман. — Корветы отошли от линкора достаточно далеко и не должны помешать.