Чтение онлайн

— Под землей? — не поверил Наум и огляделся. Вокруг колыхалась голодная темнота, подбираясь, чтоб цапнуть.

— Так в умных книгах написано, — строго ответил Олтер. — А книги не врут.

Наум неуверенно кивнул. Книги он видел всего пару раз в жизни. И то издалека.

— А что вы с этими делать будете? — спросил шепотом Наум и кивнул назад. — С грабителями?

Наследник хитро улыбнулся и подмигнул мальчишке.

— Есть один лекарь… Вот он придет ночью и всех вылечит.

Наум вспомнил темнокожего поющего великана, который двумя страшненькими тесаками кромсал замотанных, и повеселел. Да, уж этот лекарь всех врагов вылечит! Разом и навсегда!

Остах

— Что с захватчиками делать будем? — спросил Оли.

Они уселись передохнуть за столом в подземной столовой. Вокруг носились спасенные оборванцы. Посадили их себе на шею… Во что превратился секрет «ночной тропы добрых»! Долго тайна подземелий не продержится…

«Эх! Надо было мелюзгу пинком под зад отправить на улицы Атриана, откуда они и взялись. И дело с концом!»

Вчерашние беспризорники аккуратно зажигали одну за другой настенные лампы.

«С другой стороны, и задумка наследника хороша… Кто знает, сколько лет еще здесь куковать?.. Надо врастать, устраиваться накрепко, — Остах давно смирился, что уйдет к Отцу Глубин в Атриане, не успев больше повидать гор Дорчариан, к которым успел прикипеть. Недаром Хродвиг таки дотянулся, приговорил изгнанием. — Жаль, Рокона с Ули больше не увижу. Да и с Гимтаром есть о чем потолковать…»

Раздался визг — мелкотня обнаружила каменную чашу с водой, где недавно спал заблудившийся Оли. Ну, сейчас начнется! Однако обошлось. Подоспевшая вовремя троица пареньков постарше мигом приструнила шалунов. Наблюдающий за этим Йолташ едва заметно улыбнулся.

«Может, и будет толк, — признался сам себе Остах. — Тогда через десяток лет, когда оборвыши подрастут, за спиной Олтера будет серьезная сила».

Йоли сможет сделать из голоногих бойцов, в этом Остах не сомневался. В конце концов, дан Эндир из выкупленного раба, вчерашнего «доброго», сумел вырастить танаса себе в помощь. Вспомнив об Эндире, Остах вновь посмурнел. Разгадка гибели Законника вновь ускользнула. Зайца прибили — и ниточка оборвалась. Рыбак нутром чуял, что таинственный незнакомец в капюшоне, связанный с интересами Торгового Союза, многое может рассказать. Уж спрашивать Рыбак умеет! Но где искать этого незнакомца? Мало ли вокруг людей в хламидах, плащах и капюшонах? Остах прислушался, о чем говорят спутники. Разговор дельный, но подопечные не понимали главного.

— Это война, — разлепил губы Остах. — Раз Любимчик впрягся… Война на ночных улицах Атриана.

— Значит, победим в войне, — пожал плечами наследник.

— Втроем? — хмыкнул Остах.

— Почему втроём? — надулся Оли. — А я?

— Я вот думаю тебя связать и здесь держать, чтобы ты опять посередь боя не оказался, — почти всерьёз сказал Остах.

Шутки наследник не принял.

— Позовем Тумму, — упрямо продолжил Оли.

Остах задумался. Тумма хорош. Молод, свиреп, силен, быстр. Еще и видит в темноте!

— Тумма — великий воин, кто спорит? Вот только один великий воин, — Остах вытянул перед собой указательный палец, — и три отличных воина, — он показал три пальца, — не смогут выиграть войну. Пусть мы отобьем дом на скале… пусть даже, никого не ранят и не прирежут. Что дальше? — Остах вновь слегка пристукнул ладонью по столешнице. — Придет полсотни «сильных» и возьмет дом назад. Это война, мальчик.

— Подтянем боларов, — заупрямился наследник. — Тебе Грубый Деан сам говорил: нужна помощь — только свистни. Булогичей попросим подсобить, — наследник выломал из огарка факела обожженную щепку и набросал рисунок углём на столешнице. Дом в середине, обнесенный оградой, от него тропинка вниз, в город, и дорожку наверх, к крепостным руинам. — Мы ведь можем с двух сторон напасть, так? А что, если мы сделаем так? — и наследник склонился над немудреной картой. Оторвавшись от схемы, победно оглядел собеседников.

— А насчет победы в ночной войне… Я предлагаю вот что… — рядом с хохотом пробежала стайка мелюзги и Оли понизил голос.

— Что??? — прогремел вскоре вопль наставника. — Китовьим хреном по сусалам!!! Отец Глубин и все его рачьи дети…

Эхо заметалось по подземному залу, раздавая расшалившимся мальчишкам подзатыльники, заставляя вжать голову в плечи и умолкнуть.

Барат

Лежать на животе неудобно. Казалось, горцу к камням не привыкать, но здесь, в проклятом Атриане и этой клиббовой крепости даже камни — и те неправильные. Острые обломки впивались в тело даже сквозь плащ, кольчугу и валяный гверхский поддоспешник. Барат перевалился набок и выгреб из-под себя еще несколько камней. Лег по-прежнему и слегка поерзал. Так-то лучше! Приподнявшись на локтях, выглянул меж двух обломков, словно в бойницу.

Подходы к дому на скале виднелись как на ладони. Неприятель обживался в школе. Городское отребье горланило песни и резалось в кости, разыгрывая награбленное. В горе пожитков, вытащенных во двор, Барат без труда признал скарб замотанных, найденный недавно в укрывищах посреди руин и перенесенный в новую школу. Эх, если бы дело касалось только ворья и пьяни — тогда и подмогу звать не пришлось! Сами справились. Однако среди захватчиков виднелись справные воины: они не притронулись к хмельному, выставили посты и отдыхали. Наставник, бросив беглый взгляд, процедил: «Странно. Любимчик расщедрился — наемников прислал».

Вечерело. Барат глянул назад, в укромный дворик. Темнокожий колдун забрался на жертвенник и сидел с закрытыми глазами, положив на скрещенные ноги тесаки. Молится своим темным богам? Синяя повязка скрывала оба глаза: изуродованный и уцелевший. Кольчуги на гиганта не нашлось, и в бой Тумма шел по-прежнему с обнаженным торсом. Гигант привык биться без доспеха.

Остах негромко переговаривался с Йолташом. Барат догадывался, о чем речь. Наставник признал в своем ученике учителя, пусть и для вчерашних беспризорников, и наставлял брата, как ловчей управляться с недорослями и как обустроить воинскую школу.

Вот только школу нужно ещё обратно отвоевать! Барат выглянул в бойницу. Все подготовились к бою и ждали подмоги. Уже должны подойти… Горец в который раз вспомнил толстых поваров и скривился. Зачем наставник согласился на придумку Оли? Какой с толстяков прок? Тут серьезная заварушка намечается, придется железом позвенеть! Это не бараний бок коптить! Старший Булогич ещё и старого степняка позвал, дурня Юсси в драном халате, который косел после кружки пива! Барат вспомнил, как старик на коленях молил о снисхождении, вжавшись лицом в землю, и сплюнул.

Нападать решили вечером. Это у Олтера всё просто. Почеркал угольком на столешнице и решил: придет страшный Тумма, перережет ночных сторожей, а потом остальные навалятся с двух сторон и порвут неприятеля на мелкие клочки. Но в жизни выходило иначе.

Первым делом выяснили, что на рассвете никого из имения не выпустят. Не будут же ради собравшихся не пойми куда чужеземцев ворота открывать! А самым смешным оказалось, что и добраться союзнички на поле боя сами не смогут! Заблудятся: города-то не знают! Но хитрый Оли и здесь вывернулся, догадался дать в провожатые Пелепа. Поварёнок знал трущобы как свои пять пальцев и обрадовался, что сможет помочь своим мастерам.

Барат привстал и вгляделся в узкий проулок посреди кособоких лачуг. Идут! Горец кинул камешком в брата, вгляделся вдаль и едва не схватился за голову. Ну и воинство! Впереди вприпрыжку бежал Пелеп, а за ним толстые Булогичи тащили здоровущие корзины! Их что, бешеная собака покусала?! Не на рынок же идут! Рядом семенил в неизменном халате степняк Юсси. А болары шли чуть позади. По этим сразу видно — справные воины. Староваты только.

— Ого! — проняло подошедшего молчуна Йолташа.

Толстяки-болотники поставили корзины, откинули крышки и натянули кольчуги. Как же они дотащили такую тяжесть через весь город? Один из толстяков достал небольшой фигурный лук и протянул степняку. Из последней корзины повара вытащили короткие дубинки с шипастыми навершиями.