Чтение онлайн

Валера решил серьезно заняться моим лечением и запихнул в какое-то оказавшееся поблизости кафе на открытом воздухе. Там он заказал пиво "Балтика" различных нумераций и коротко приказал: пей, должно помочь! Пиво оказалось хорошим, не хуже немецкого. К нему принесли чего-то еще зажевать, и я постепенно пошел на поправку. Тут Валерий Викторович и сообщил мне, что послезавтра меня ждут в Академии бронетанковых войск. Генерал Николай Сердюков лично пригласил меня на празднование своего 50-летнего юбилея, а посему содержание должно соответствовать форме. Я вяло кивнул и снова налег на пиво. Валера тем временем продолжал:

– Я же говорил тебе, когда пьешь, надо не забывать и закусывать.

Я с набитым ртом промычал было "виноват, исправлюсь", но тут в разговор вмешались:

– Уважаеми, тай нимнога тенга на хлэп.

Поднял голову. По виду - явные беженцы из Таджикистана. Я уже полез было в карман за мелочью, как вдруг Борисенко резко послал просящего к известной матери:

– На хлеб, говоришь, не хватает...

Все многочисленное семейство таджика жевало "сникерсы".

– Вот, мать твою, беженцы пошли, на хлеб не хватает, а на "сникерсы", значит, хватает. Душманье...

От греха подальше таджик с домочадцами тут же растворился в толпе. Мы допили пиво и пошли по направлению к дому Игоря. Бросив непослушное тело на диван, я справился у брата, где Серега Шавров. Оказалось, что на дежурстве, освободится только послезавтра.

– Жаль, вот и в Омск без него слетал,- уже почти отрубаясь протянул я.

– Что это с ним?
– спросил Игорь у Борисенко.

– Как что? Уже синдром. В который раз пытался перепить десантников.

– Все ясно.

Всю субботу я проспал как убитый, а наутро, в воскресенье, все же нашел достаточно сил, чтобы встать, залезть под душ, побриться и почистить зубы (какие еще остались). Игорь подозрительно смотрел на эти мои приготовления.

– Куда это ты с утра-то пораньше? К девочкам, что ли? Так к ним под вечер ходить положено.

– В бронетанковую академию!
– бодро отрапортовал я.- Командир десантников из 345-го пригласили на день рождения. Витька Верстаков там тоже будет.

– Смотри, братан, не загнись с такими темпами, а то ведь еще и опохмелятся придется. Знаешь анекдот?

– Знаю. Посему опохмелятся не буду.

У входа в академию стояла небольшая группа людей. Я встал в сторонке, ожидая, пока подойдут Виктор Верстаков и его супруга Ольга. Наконец появился Виктор и представил меня генералу Сердюкову. Честно скажу, я до сих пор искренне благодарен Николаю Ивановичу и его боевым товарищам за оказанную мне честь. А ведь все началось с передачи в рамках моего "Сигнала", и я даже мечтать не мог, что воочию увижу легендарных бойцов Баграмского ОПДП - Сердюкова, Демидова, Маковея, Хромова, Кима. С Пашей Кимом мы разговорились, как-то быстро нашли общий язык, и я пригласил бывшего начмеда 345-го к себе на день рождения, попросив его с утра 9 мая подъехать на Новодевичье, ибо также собирался познакомить Павла и с Александром Васильевичем Маргеловым.

За столом я больше налегал на закуску, чем на выпивку. Володя Маковей и Вася Хромов поинтересовались причиной. Пришлось рассказать о своих омских "злоключениях". Мужики посмеялись: "Жаль, Валерки Востротина нет! Вот бы с кем тебе посостязаться!" (Как в воду глядели! В 97-м на банкете в честь Героя России Александра Маргелова я последовал их совету - и снова безуспешно. Конечно же, победителем вышел Востротин.)

Домой я добрался уже под вечер и попытался было принять горизонтальное положение. Но не тут то было! Звонок. Услышав на автоответчике голос Володи Пластуна, Игорь передал мне трубку. Дядя Вова сообщил, что завтра, 8 мая, в 18.00 на Красной площади под руководством Бориса Громова состоится торжественное возложение венков к могиле Неизвестного солдата. Он просит меня быть там вовремя и обещает лично представить бывшему командарму 40-й. Я знал, что Игорь немножко недолюбливает Пластуна за его привычку к месту и не к месту титуловать себя "генерал-лейтенантом КГБ". Уж кто-кто, а реальный полковник КГБ Игорь Морозов хорошо знал, что столь высокое воинское звание мог носить разве только начальник Краснознаменного института КГБ, но никак не "простой ученый", в прошлом рядовой преподаватель языка фарси.

– Опять "генерал-лейтенант" хренов тебе лапшу на уши вешает. Громову он представит! Как же! Жди! Борис его, поди, и в глаза-то никогда не видел,- констатировал Игорь.

Сам Игорь знал Бориса Всеволодовича еще по Афганистану, по своей третьей командировке "за речку" в начале 89-го года

– Братан, а ты-то сам не хочешь поехать?

– Да нет, брат, тяжко мне теперь смотреть на все это... Поезжай с Серегой.

Поздним вечером, почти уже ночью, я наконец дозвонился и до Шаврова.

– Старшина, Омск ты пропустил, бронетанковую академию тоже. Завтра хоть свободен?

– После обеда.

– Прекрасно, будь в 16.00 у Игоря.

– А что намечается?
– недоумевающие спросил Серега.- День рождения у тебя ведь только девятого.

– Как что? Поедем на Красную площадь венки к Вечному огню возлагать и с Громовым знакомиться. Фирма "Пластун" гарантирует,- сообщил я уже под хорошо слышные и Шаврову смешки Игоря.

– Ну, если Пластун гарантирует, тогда жди, только будь готов, как юный пионер.

Серега прибыл прямо с дежурства ровно в шестнадцать. Я ждал уже внизу, на улице, и сходу запрыгнул в подрулившее к обочине белый "вольво".

– Хорошее тебе "точило" на фирме выдали,- заметил я.

– Ничего. Вот блин!

– Чего ты?

– Да "дуру" сдать забыл. А в машине оставлять нельзя.

– Бери с собой, что-нибудь придумаем. У тебя же разрешение есть.

Мы запарковали тачку напротив гостиницы "Москва" и пешком пошли в сторону Красной площади к видневшимся вдали ограждениям и милицейским постам. Толпа зевак собралась непомерная - еле протиснулись. По ту сторону ограждений я стал глазами выискивать знакомую фигуру дяди Вовы и наконец нашел. Однако, заметив мои махания рукой, Пластун почему-то не спешил подходить и вступать в объяснения со стражем порядка. Милиционер же втолковывал нам, что вход разрешен только по приглашениям, служебным удостоверениям и спецпропускам. Моя журналистская ксива его не убедила. Тут к ограждению протолкались двое в одинаковых темных костюмах, предъявив в раскрытом виде одинаковые же "книжечки", и я решил на этом сыграть. Обращаясь больше к "джентльменам из конторы", нежели к постовому, я объяснил: что мы, дескать, приглашены. Вот там, поодаль, нас ждет "генерал-лейтенант КГБ" Пластун, а нас, извините, почему-то не пропускают. Один из "джентльменов" что-то сказал милиционеру и тот сразу разрешил нам пройти. "Уловка-22" сработала. Хоть какая-то польза от пластуновского "генеральства".

– Оружие есть?
– спросил постовой, обращаясь больше к Сереге, чем ко мне.

– Есть,- по-военному коротко ответил Шавров, предъявляя лицензию охранника.

– А патроны?

– Тоже есть, как и положено, хранятся отдельно.

– Какие, газовые?

– Никак нет. Боевые.

– Проходите. А то, если газовые, то не положено.

Мы прошли за ограждения, и я спросил у Сереги:

– А если бы ты с гранатометом заявился? С газовыми гранатами - не положено, а с осколочными - пожалуйста, проходите.

– Похоже, что и не мент он вовсе, а переодетый срочнослужащий кремлевского полка.

– Может и так, кто их теперь разберет.

Мы подошли к Володе Пластуну, который на мой вопрос о "непонятке" на милицейском КПП тут же сослался на какие-то "объективные обстоятельства", которые помешали-де ему к нам подойти. Пока я разбирался с Пластуном, нас окликнули. Подполковник Ренат Шафиков - ветеран войны в Афганистане, а до недавнего прошлого командир разведроты 201-й дивизии, дислоцированной в Таджикистане. Теперь под Рязанью служит, в Чучково. Вчетвером мы приблизились к небольшой группе людей, окружавшей Бориса Громова. До возложения венков оставалось еще минут тридцать. Пластун подошел было к Громову и попытался что-то сказать, но командарм его не замечал. Да, сдается, прав был Игорь насчет их "тесного знакомства". Тут кто-то со всего размаху огрел меня по спине. Я обернулся. Гена! Генерал-полковник Геннадий Стефановский, которого я не видел уже, почитай, целый год! Мы обнялись. Устроенный нами шум привлек и внимание Громова. Он подошел, поздоровался со Стефановским, и тот, представив меня бывшему командарму, попросил Бориса Всеволодовича сказать несколько слов в микрофон. Громов согласился, на интервью мне отводилось пять минут - ровно столько оставалось до начала церемонии возложения венков.

Пока я задавал вопросы Борису Всеволодовичу, Серега управился с фотоаппаратом, запечатлев для истории этот торжественный момент. Потом нам тоже вручили венок, и мы с Володей Пластуном возложили его к Вечному огню.

– Ну что, дядя Вова?
– спросил я.- Может, в следующий раз лучше мне представить тебя Борису Громову?

– Да понимаешь, Валер, он меня, наверное, не признал. Столько времени прошло.

– Надо же, тебя не признал, а Стефановского сразу узнал, хотя столько времени прошло. Ладно, с этим проехали. Завтра вечером приходи к Игорю Морозову. Состояние - трезвое, форма одежды - парадная. И поскромнее, пожалуйста. Это день рождения, не свадьба, так что "генералы" мне там без надобности.