Чтение онлайн

Еще в начале прошлого века испанский миссионер Суньига высказал предположение о том, что многочисленные острова Океании были заселены жителями Америки. Как доказательство он привел несколько совпадающих филиппинских и южноамериканских слов (отыскать их было нетрудно, ибо в Америке существует около двух тысяч различных языков — и случайное совпадение вполне возможно).

Но «главным козырем» Суньиги был тот факт, что из Америки совершать плавания на запад, к островам Тихого океана очень легко, благодаря мощному Гумбольдтову течению и пассатам. А в обратном направлении, из Океании в Америку, на примитивных судах жителей тихоокеанских островов плавать невозможно.

Своего коллегу по «слову божьему» поддержал другой миссионер — англичанин Уильям Эллис. Правда, он был гораздо более эрудирован, чем испанец. Эллису принадлежит целый ряд интереснейших наблюдений над бытом, социальным строем, религией полинезийцев. Ведь миссионеры и беглые матросы были первыми европейцами, которые подолгу жили среди островитян в те времена, когда старый быт и древняя культура островов Океании еще не разрушились под тлетворным влиянием западной цивилизации. Ценные этнографические сведения, собранные Эллисом, во многом не утратили своего значения и в наши дни. Но его фантастические теории и гипотезы давно сданы в архив современной наукой.

Английский этнограф-миссионер предполагал, что острова Океании были заселены выходцами из... Египта времен фараонов; допускал он и возможность плаваний финикийцев в водах Тихого океана. И, наконец, он же поддержал предположение Суньиги о том, что население тихоокеанских островов могло попасть туда восточным путем, из Америки.

В 1870 году было отмечено сходство статуй острова Пасхи и каменных изваяний Южной Америки. Специалист по истории древней цивилизации Анд Маркхем писал в журнале «Королевского географического общества»: «После завоевания страны испанцами в Тиагуанако были обнаружены руины платформ, напоминающих платформы на острове Пасхи, на которых возвышались статуи, в известной мере напоминающие статуи острова Пасхи. Они представляли собой великанов, с огромными глазами, с коническими коронами или шляпами на головах. Однако на этом сходство явно кончается, ибо аймарские гиганты покрыты многочисленными орнаментами... Не исключена возможность предположения о сходстве между аймарскими изображениями и скульптурами острова Пасхи».

Однако исследования этнографов и археологов неопровержимо доказали, что заселение Океании шло не из Америки, а из Азии. Язык, быт, культура чернокожих меланезийцев и светлокожих полинезийцев несомненно уходит своими корнями к Юго-Восточной Азии. «Это признают все современные ученые, — замечает крупнейший советский специалист по Океании профессор С. А. Токарев. — Все сколько-нибудь серьезные попытки разобраться в вопросе о происхождении полинезийцев исходят из этого отныне несомненного факта» [23]

Предания полинезийцев говорят о плаваниях с запада на восток на тысячи километров. Ранние путешественники-европейцы были свидетелями подобных морских подвигов. Так, русский мореплаватель Коцебу сообщает о плавании трех островитян на парусной лодке от Каролинских до Маршалловых островов на расстояние почти в три тысячи километров. Восемь месяцев длилось это путешествие; отважные моряки питались рыбой и пили дождевую воду. «Самое замечательное в этом путешествии то, что оно совершено против северо-восточного пассата и поэтому должно обратить на себя особое внимание тех, которые полагают, что заселение островов Южного моря шло от запада к востоку» [24] .

Число подобных фактов очень велико. Мореплаватели полинезийцы могли совершать путешествия и против течения, и против ветра. «Перед лицом всех этих фактов трудно понять, как может ктолибо поддерживать теорию, что полинезийские острова, из-за неблагоприятных ветров и течений, не могли быть заселены иммигрантами с запада», — таково было мнение этнографов и археологов. «Смелые полинезийские мореплаватели могли достигнуть и, очевидно, достигали берегов Америки и возвращались назад. Но обитатели Америки едва ли когда-либо были способны на такие отдаленные плавания».

Попытки связать культуру острова Пасхи и культуру Южной Америки считались совершенно необоснованными. «Параллели между островом Пасхи и цивилизацией Южной Америки так фантастичны или наивны, что я не думаю, что они заслуживают внимания для их обсуждения здесь», — писал профессор Метро в своей монографии об острове Пасхи, вышедшей в Гонолулу в 1940 году [25] .

Однако в своей последней книге «Остров Пасхи. Цивилизация каменного века в Тихом океане» [26] , вышедшей после второй мировой войны, тому же Метро пришлось уделить целую главу проблеме — «остров Пасхи и Америка». Гипотеза о южноамериканском происхождении культуры «острова загадок» получила широчайшее распространение. «Виновником» этого был знаменитый норвежский исследователь и путешественник Тур Хейердал.

О том, что между населением Океании и жителями Америки существовали культурные связи, наука знала давно. Например, и на острове Пасхи, и на других островах Полинезии имеется сладкий картофель. Родина этого картофеля — Южная Америка. К тому же он известен островитянам под индейским названием — «кумара». Значит, между жителями Анд и жителями Полинезии была какая-то связь.

В каком направлении шла эта связь? Первоначально считалось, что из Америки в Океанию (вспомните доводы Суньиги). Затем утвердилось мнение, что плавать по Тихому океану в сторону Америки могли только полинезийцы. Обратное путешествие из Америки к Океании считалось невозможным. Смелое путешествие Тура Хейердала и его спутников на плоту «Кон-Тики» доказало на практике, что жители Южной Америки могли достичь островов Полинезии на своих бальзовых плотах.

С двадцать восьмого апреля по седьмое августа 1947 года продолжался беспримерный рейс. «Мы надеялись испытать возможности и свойства плота инков, его пригодность к плаванию в море и грузоподъемность и выяснить, удастся ли ему — с нами на борту — благополучно переплыть по воле стихий океан и добраться до Полинезии, — писал Хейердал в своей книге "Кон-Тики", вышедшей в десятках изданий почти на всех языках мира (достаточно сказать, что только в одной Англии эта книга увидела свет более чем двадцать раз). — Древние церуанские плоты строились из бальзового дерева, которое в сухом состоянии легче пробки. Бальзовые деревья растут в Перу, но только далеко от побережья, за Андами; поэтому во времена инков мореплаватели добирались вдоль берега до Эквадора и там рубили огромные бальзовые деревья у самого Тихого океана. Мы собрались поступить так же» [27] .

Плот «Кон-Тики», сооруженный из свежесрубленных бальзовых бревен, стволов бамбука и тростника, является точной копией старинных перуанских судов. И он, как показала экспедиция Хейердала и его пяти спутников, отлично выдержал длительное плавание в водах Великого океана. Сто один день неуклонно продвигался плот с отважными путешественниками с востока на запад, к берегам Полинезии, пока не достиг цели.

«Кон-Тики» хранится ныне в столице Норвегии Осло, вместе с кораблем знаменитого полярного исследователя Нансена «Фрам» и боевой ладьей викингов, найденной при археологических раскопках. «По исключительной решительности и умению, с которым участники экспедиции совершили, пользуясь ничтожным материальным оборудованием, опасное морское плавание через Тихий океан, это путешествие является одной из самых смелых и выдающихся научных экспедиций последнего столетия, — пишет академик В. А. Обручев. — На простом плоту из девяти бревен, скрепленных веревками из стеблей растений, с простым прямым парусом исследователи прошли 4300 морских миль... вдвое больше, чем Колумб во время его первого путешествия к островам Вест-Индии, которое он совершил на хорошо оснащенных мореходных кораблях, хотя и небольших по размеру» [28] .

Но... успешное плавание плота «Кон-Тики» не доказало «американскую теорию» заселения Полинезии, в том числе и острова Пасхи, поддержанную Хейердалом. «Мы доказали лишь, что южноамериканский бальзовый плот обладает качествами, о которых современные ученые раньше не знали, и что тихоокеанские острова расположены в пределах досягаемости для доисторических судов, отплывавших из Перу», — пишет сам Тур Хейердал в послесловии к своей книге «Путешествие на Кон-Тики» [29] .