Великая Пустошь
Шрифт:
После того, как освещение пригасили, парни улеглись по кроватям и уснули.
В эту ночь Агей спал плохо, то и дело тревожно просыпаясь. Некоторое время он лежал, прислушиваясь, но вокруг ничего, только громко сопит на своей кровати Добер... Уже почти заснув в очередной раз, Агей вдруг вздрогнул от шипения:
– Ш-ш-ш-ш!!!
– раздалось рядом, и ухо уловило звук закрываемой двери.
Парень испуганно приподнялся и увидел, что Коляныч вскочил с кровати и кинулся куда-то, согнувшись. Также парень заметил, что и Вилен проснулся, торопливо надевая очки. Один Добер, по-прежнему, спал, громко сопя.
Коляныч вдруг нагнулся, словно что-то подобрал с пола и помахал рукой парням, призывая их. Агей и Вилен вскочили с постелей и, не надевая тапочек, босиком устремились к товарищу.
Подбежав, Агей почувствовал, как у него заколотилось сердце, ибо Коляныч разворачивал в руках небольшую бумажку.
"- Записку нам, подбросили!
– понял парень.
– Но, кто?"
Между тем, старший товарищ развернул записку, быстро взглянул, хмыкнул и передал бумажку Агею. Тот, взял её дрожащей рукой и удивился. Листок был размером с ладонь, но на нём было написано всего несколько слов. В полумраке комнаты, парень легко прочитал сообщение:
ДЕЛАЙТЕ, ЧТО ПРЕДЛАГАЮТ. Х.
Немного удивлённый Агей передал бумажку Вилену, который просто впился глазами в эту надпись.
– Интересно, - сказал очкарик.
– Это, значит, Хтон прислал?
– Похоже на то, - задумчиво проговорил Коляныч.
Он взял записку у Вилена и начал рвать её на мелкие части. После этого он увлёк парней на другую сторону комнаты:
– Этому не говорите, - кивнул он на спящего Добера.
– Обойдётся.
– А ты как думаешь, Коляныч, что значит эта записка?
– спросил Агей.
– Чёрт его знает! Видимо, уже скоро, кто-то нам должен что-то предложить. Хтон об этом в курсе и сообщает нам сейчас, чтобы мы соглашались на то, что предлагают.
– Интересно бы узнать, что нам предложат, - сказал Вилен.
– Ещё как интересно, - усмехнулся бывший раб.
– И я очень надеюсь, что нам предложат сбежать отсюда, а не добровольно отправиться в руки к Сегрегору.
Интересная мысль пришла в голову Агею и он сказал:
– А вот, допустим, предложат нам, добровольно, отправиться в руки к Надану? И что тогда?
Коляныч усмехнулся:
– Ну, ты и скажешь. Хотя... Если нам такое предложат, то я не удивлюсь...
Парни вернулись на кровати и снова погрузились в сон.
6.14
Агей не помнил, сколько проспал, как ухо уловило звук открытия входной двери, и незнакомый мужской голос, отчётливо произнёс:
– Доброй ночи господа!
Тут уже все, включая Добера, проснулись и присели на кроватях, глядя на незнакомца, стоящего в полумраке комнаты. Тот выглядел, как санитар - в белом халате, но на голове у него была натянутая на лоб белая шапочка, а нижнюю часть лица, закрывала марлевая повязка, так что видны были только глаза незнакомца.
– Вы, кто будете?
– спросил Коляныч, присев на своей постели.
– Ваш друг. Пришёл поговорить.
Все поднялись с кроватей, надевая тапки. Коляныч первым подошёл к незнакомцу, который протянул ему руку для пожатия. Также он пожал руки остальным парням. После чего попросил их сесть рядком на кровать, а сам уселся на другую кровать, напротив них.
– Время сейчас ранее, полчетвёртого утра, - сказал мужчина, по голосу которого Агей определил, что тому лет тридцать.
– Времени мало и поэтому пришлось так рано вас побеспокоить! Кто я и кем послан, вам знать не нужно. Вы можете только предполагать.
Он показал рукой в сторону кроватей, которые день назад занимал Рафед с товарищами.
"- Значит, этот тип от Рафеда", - понял Агей.
Взглянув на сидящего рядом Добера, парень по его недоумённой морде понял, что до бугая жест незнакомца "не дошёл".
– Имя моё я также не могу назвать, дальше узнаете, почему. Пока что, зовите меня просто - Друг.
– Слушаем вас внимательно, Друг, - сказал Коляныч.
– Буду говорить прямо - вы мелкие сошки, но про вас уже знает почти весь Источник. Разумеется, я сейчас говорю не про обычных жителей, а про тех, кто принимает решения.
Мужчина показал пальцем в потолок.
– Так вот, вашей выдачи требуют и власти Пустоши и нефтяники. Однако, ситуация сейчас такова, что, хотя за вас можно получить определённую выгоду, но, в политическом плане, выдавать вас - не очень выгодно.
Коляныч усмехнулся:
– Выгодно нас выдать тактически, но не выгодно стратегически?
– Интересная формулировка. Это ты сам так сообразил?
– Нет, подсказали, - бывший раб, как недавно незнакомец, показал рукой на кровати, которые недавно занимала компанияРафеда.
Агей не видел выражения лица Друга, но понял, что тот сейчас улыбнулся.
– Понятно, - кивнул тот.
– Это с самую точку! Никто не хочет брать на себя ответственность за вашу выдачу. Власти города очень хотели бы, чтобы вы исчезли, растворились в воздухе...
Буду честен - мы могли бы вас убить, но это также невозможно. Та группировка, которая сделала бы это, запятнала бы свою репутацию и сильно подмочила бы свой авторитет в глазах других властных группировок города. К тому же власти Пустоши будут сильно недовольны вашим убийством здесь, и это тоже, сильно повлияет на их отношения с той группой, которая отдаст приказ о вашем убийстве.
– И, что же вы собираетесь с нами делать?
– поинтересовался Коляныч.
– Не буду вникать в детали, сообщу только, что некими лицами принято решение удалить вас из города. Попросту, устроить вам побег.
От этих слов у Агея по спине побежали мурашки, и парень почувствовал нервное возбуждение. Настроение мгновенно улучшилось.
– Но, - говорил Друг, - прежде чем я перейду к конкретному разговору, мне надо кое-что узнать. А именно - куда вы собираетесь направиться, если выйдете из Источника?
– Мы давно уже идём в Северные Земли, - сказал Коляныч.
– Можете вы нас отвезти на границу Пустоши?
– Скажу прямо - в наших интересах, чтобы вы оказались как можно дальше от Источника, но есть определённые сложности. В данный момент, город находится в блокаде. Причём, в двойной. Все окрестные дороги перекрыты и нефтяниками и властями Пустоши. Такого никогда ещё не было, кстати.
Из-за этого, машины мы сейчас не можем использовать. Также, если мы выпустим вас, то вы, очень скоро, попадёте в руки нефтяников или людей Сегрегора. И ваша поимка ими, в окрестностях города, также не очень выгодно нам.