Чтение онлайн

Сейчас я все отдам, поо-бещала Алиса, решив, что Мерзавцев ждет ее перевод.

Не надо, он имеет больше те-бя, и в милостынях не нуждается, попытался пошутить Ромик.

Даже в Несрав-ненной Элайзе?

Да в ней-то все и дело! порадовал Алису Ромик. Там какие-то умопомрачительные новости, и он уже с половины девятого выскакивает из кабинета, как кукушка из часов, тре-буя срочно представить тебя ему живую или мертвую!

Господи! испугалась Алиса. Лучше уж я представлюсь ему живой. Я еще никогда не была мертвой, не думаю, что мне это понравится!

Приятная перспектива, обещанная ей Ромиком, пригвоздила Алису к месту. Если за минуту до его сообщения она собиралась открыть дверь и войти в святая святых нашей изящной словесности, то теперь ее планы изменились.

Дай сигарету! попросила она. Ромик протянул по-лупустую пачку Честера, Алиса закурила, и с тоской посмотрела на длинный коридор, в глубине которого за дверью ее сегодня не ожидало ниче-го хорошего. Если наш босс разыскивает меня с раннего утра и требует меня в таком, можно сказать, печальном виде, как труп, лучше сразу развернуться и уйти, подумала она. Однако ее желания, как всегда, не выдерживали испытания реальностью. Конечно, Деду носили в храм на помин и хлеб, и яйца на Пасху добро-сердечные старушки-прихожанки, да и зарплату ему платили маленькую, конечно, но скромно прожить можно. Очень скромно. Дед курение не одобряет, поэтому на сигареты он внучке де-нег давать не станет. Кроме того, исторически так сложилось, что Алиса может нормально заработать только в этом чертовом издательстве.

И почему он так разозлился? Я же все закончила, подумала она вслух.

Да он не был злым, успокоил ее Ромик. Скорее он был встревоженным. И взволнованным. Кстати, как твой Де-дуля? Приехал со своей иконой?

Да нет еще, отмахнулась Алиса. Торчу одна в пустом доме, и сегодня еще всю ночь писала эту жуткую Мид-ленд... Не спала ни минуточки.

Призраки пугали? спросил он.

Если только нес-равненной Элайзы и ее Роберта, удивилась Алиса Ромиковой прозорливости. Как раз пугала тишина, Ромик. Понимаешь, со мной что-то происходит. Надо, чтобы кто-то за стеной кашлял, или храпел... Или рас-певал романсы. А тишина наводит на меня ужас, и мне мерещат-ся разные глупости, или в голову приходят какие-то кошма-ры...

Понятно, сочувственно проговорил Ромик.

Что те-бе понятно? с подозрением спросила Алиса.

Судя по его взгляду, он рекомендует ей сейчас же, немедленно, без радумываний мчаться к психоаналитику.

Замуж тебя пора выдавать, Павлищева, ответил Ро-мик. Непосильное бремя целомудренного одиночества начина-ет давить тебе на мозги...

Да вот уж и нет! возмутилась Алиса. На мозги мне эта Элайза давит, а не одиночество!

Он пожал плечами:

Как знаешь... Я дал рекомендацию, а уж принимать лекарство или нет, дело умирающего.

Они немного помолчали, думая каждый о своем, сигарета кончилась, и Алиса с трудом подавила малодушное желание закурить новую, лишь бы только еще оттянуть время встречи с ше-фом.

Все. Пошла, решительно изрекла она, и распахнула дверь в издательство. Все равно от судьбы не уйдешь...Особенно когда судьба принимает обличье главного редактора... Тогда, впрочем, это уже перестает называться судьбой. Это уже рок, фатум!

***

Зевес-громовержец, или гроз-ный Фатум, поджидал Алису в своем кабинете. Кабинет был огромный, а Зевес-Фатум малень-кий. Поэтому у Алисы иногда рождались в голове подозрения, что, когда Мерзавцев остается один, он вальсирует. Алиса даже представляла себе, как это выглядит, он снимает с носа очки, включает Штрауса и танцует, танцует, танцует с таким упоением и страстью, словно этот танец последний в его жизни. Только и мелькают его маленькие ручки, и острые ко...

Вот о коленках она вспомнила зря. Поскольку они как раз дрожали, и начитавшийся любовных романов Мерзавцев запросто мог это истолковать не правильно. Как признак Алисиной страсти. Она сжала кулаки, и попыталась по Елизаветиному методу внушить себе безграничное спокойствие и уверенность в собственных силах.

Здравствуйте, пролепетала она, и протянула ему дис-кету, пытаясь вообразить, что дискета на самом деле огром-ная, и ей можно защититься, как щитом.

Здравствуйте, Алиса, кивнул Мерзавцев. Теперь он смотрел прямо на нее, и Алисе казалось, что он видит все тайные движения ее души, таким проницательным был его взор. Вот, говорил его проницательный взор, протягиваешь ты мне дискету, Павлищева, и думаешь, что я ни о чем не догадываюсь? Сидели вы вдвоем с Березкиной, и Берез-кина писала этот текст за тебя... Меня не обманешь!

Чтобы отвлечь его от такого внутреннего монолога, Алиса спросила:

Вы хотели меня видеть?

Он кивнул, загадочно усмехнулся, и уставился прямо на Алисины невоспитанные коленки. Ну все, тоск-ливо подумала она. Теперь он точно заподозрит меня в плохих намерениях...

У нас большая радость, Алиса, сообщил он отче-го-то печальным голосом. Да вы присаживайтесь, присажи-вайтесь... Не стойте. Что вы там замерли, как истукан?

По крайней мере, раз у меня вид истукана, меня не обуя-ла нервенная дрожь, подумала Алиса. Это уже хорошо.

Она положила перед ним дискету и села на краешек огромно-го кресла.

Он на дискету никакого внимания не обратил, сколь-знув по ней равнодушным взглядом.

Так вот, Алиса, у нас с вами большая радость, пов-торил он загробным голосом. Сейчас он зарыдает, испуган-но подумала Алиса, поскольку его глаза немного увлажнились, он даже снял очки, и начал протирать их здоровенным клетчатым платком. Потому что завтра к нам приезжает... Догадай-тесь, кто?

Конечно, она сделала вид, что пытается догадаться. Но ее умственные способности после ночного подвига были ниже сред-него, поэтому Алиса честно поморщила лоб, повращала глазами и развела руками.

Он довольно улыбнулся и торжественно объявил:

Госпожа Мидленд, Алиса... Да-да, она решила нас посетить. Госпожа Сара Мидленд собственной персоной!

Эта новость Алису оглушила. Сначала она даже решила, что босс просто помешался в рассудке, или ему приснился сон, которому он поверил, как дитя. Приснилось бедному Александру Валериановичу, будто и в самом деле где-то в графстве Суссекс, Великобритания, в маленьком доме с черепичной крышей, проживает тихая, задумчивая дама в седых буклях, которая, чтобы скоротать время между возделыванием грядок, пишет женские романы.

Какая госпожа Мидленд? поинтересовалась Алиса.

Обычная, обычная, растянул он пухлые губы в подобие улыбки. Все-таки прав был Дедуля, пришла ей в голову странная мысль. Физиономии у них тут и в самом деле немного бесовские...Глаза вроде бы добрые, а внутри сидит хитрость. Или мне это кажется?

Если вы имеете в виду обычную госпожу Мидленд, я не имею к ней никакого отношения, мягко сказала Алиса, поскольку при очередном взгляде на выражение лица Мерзавцева она еще больше утвердилась в мысли, что он просто помешался в рассудке. Вы же сами мне говорили, что госпожи Мидленд... То есть именно САРЫ МИДЛЕНД нет в природе...

Он сокрушенно покачал головой, вздохнул тяжко и пробормотал так тихо, что Алисе пришлось изрядно поднапрячься, чтобы что-то расслышать:

Видите ли, Алиса, историческая реальность требует от нас предъявления Сары Мидленд... Поэтому она приезжает в нашу страну, чтобы дать несколько интервью, встретиться с читателями и таким образом полностью развеять гнусные инсинуации, что мы шарлатаны, придумавшие несуществующую писательницу...

Алисе его речи показались туманными и безумными, поскольку она-то прекрасно знала, что Сара Мидленд, если она и существует, только в ее воображении. Собственно так же, как и Елизаветина мадам Зырянская.