Чтение онлайн

Не отвечая, Виолетта поднялась со скамейки и возбужденно прошлась из стороны в сторону. Затем резко остановилась и пытливо посмотрела на Юлию.

— Так выходит, — с расстановкой проговорила она, — ты была влюблена в Матвея Елагина? Эта любовь вспыхнула с первого взгляда и настолько захватила тебя, что ты была готова пойти на любую крайность?

— Ну, пожалуй, «любовь» — это слишком громко сказано, — рассмеялась Юлия. — Скорее, я бы назвала это наваждением. Потому что, если бы я на самом деле испытывала к Елагину какие-то глубокие чувства, они бы не исчезли так быстро.

Виолетта с сомнением покачала головой.

— Прости, дорогая, но я не могу с тобой согласиться. Ты говоришь, что твое влечение к Елагину исчезло так же внезапно, как и возникло? Но это лишь доказывает, что ты сильная и способна держать свои чувства и желания в узде! Ведь ты не просто разлюбила Елагина, а заставила себя разлюбить его! Проше говоря, решительно вырвала из своего сердца эту ненужную любовь, которая не могла принести тебе ничего, кроме напрасных страданий. Так… выкорчевывают сорняки с клумбы, чтобы они не мешали цветам красоваться и радоваться жизни.

Юлия досадливо поморщилась.

— Ради бога, Виола, к чему все эти глубокие рассуждения? Какая теперь разница, была я влюблена в Елагина или нет! Главное — не то, что было когда-то, а то, что есть сейчас. А сейчас, — она выразительно посмотрела на Виолетту, — я не испытываю к Матвею Елагину ничего. Так что, — она поднялась со скамейки, — давай перестанем заниматься ерундой и вернемся в дом. Мне надо посмотреть, как продвигается уборка.

— Подожди, — остановила ее Виолетта. — Проверить работу слуг ты еще успеешь. А сейчас я хочу задать тебе важный вопрос. — Она вперила в Юлию пристальный, испытующий взгляд. — Почему ты так решительно и бесповоротно отвергла Матвея Елагина в качестве возможного жениха?

— Вот так вопрос! — изумленно воскликнула Юлия. — Виола, но ты же сама говорила, что Елагин меня недостоин!

— Потому что я судила о нем по твоим словам. Ведь ты рассказала мне только про маскарад, а про то, как Елагин спас тебя от грабителей, даже не заикнулась. Он же рисковал жизнью ради незнакомой женщины: ведь там было четверо здоровых бандитов, а у Елагина даже не былое собой оружия! А ты, — Виолетта укоризненно посмотрела на Юлию, — так и не прониклась к нему благодарностью. Ты только злилась и досадовала на него за то, что он не желал поддаваться твоим чарам и бросать ради тебя невесту. И мне кажется, — в раздумье прибавила она, — что ты и сейчас еще продолжаешь на него злиться. Поэтому ты и отвергла его, а вовсе не из-за его поведения на маскараде!

Юлия бросила на нее сердитый взгляд.

— Я смотрю, дорогая Виола, ты сумела разобраться в моих чувствах лучше меня самой. Пожалуй, после такой отповеди мне следует одуматься и самой сделать Елагину предложение. Вот только, — ее глаза насмешливо блеснули, — я не уверена, что он его примет. Или ты забыла? Он же сам признался мне, что ехал сюда вовсе не затем, чтобы свататься, а только из любопытства!

— А что он еще мог тебе сказать, когда ты устроила ему такой «теплый» прием? — усмехнулась Виолетта. — Он ведь должен был как-то спасти свое самолюбие!

— Слушай, а может, тебе самой выйти за Матвея Елагина? — внезапно предложила Юлия полусерьезным, полушутливым тоном. — Ты ведь у нас тоже… невеста с завидным приданым, а Елагин, как я понимаю, весьма тебе понравился.

К ее изумлению, Виолетта вдруг смущенно покраснела.

— Да, понравился, — со вздохом призналась она, — только не Елагин, а… его друг.

— Как? Этот напыщенный франт Загрядский?

— Он вовсе не напыщенный франт, — горячо возразила Виолетта, — а очень милый, добрый, простой и веселый человек. Сказать по правде, мне даже немного совестно, что я так издевалась над ним, — ее губы тронула виноватая и одновременно озорная улыбка. — Но теперь ничего не исправишь.

— Та-ак, — мрачно протянула Юлия. — Получается, что я — злодейка, а все остальные — невинные ангелочки? Нет-нет, милая Виола, не надо ничего говорить! Ты уже и так сказала больше, чем было нужно. — Юлия оскорблено надулась и быстро направилась к дому, не глядя на расстроенную подругу.

Немного помедлив, Виолетта тоже пошла в ту сторону. Она досадовала на себя за излишнюю прямолинейность, которая уже не раз приводила к подобным ссорам. Правда, Юлия не у мела долго сердиться и Виолетта не сомневалась, что они очень быстро помирятся. Княжна Прозоровская была великодушна и легко прощала обиды… за исключением случаев, когда задевали ее самолюбие. А именно это и сделал Матвей Елагин четыре года назад.

Разумеется, он тут бы ни при чем. Однако добиться от Юлии объективности было так же трудно, как обучить грамоте осла. Порой ее своеобразная логика заводила Виолетту в тупик. Юлии было плохо из-за Матвея Елагина — значит, он был перед ней виноват, и она имела полное право на него сердиться. И совсем неважно, что он ничего не сделал для того, чтобы ей было плохо. Что и говорить, характер у ее родственницы был не подарок! «Зато она никогда бы не предала Матвея, как графиня Шихматова, — убежденно подумала Виолетта. — Если бы он тогда ответил на ее чувства, никто не заставил бы Юлию отказаться от него: ни тетушка, ни грозная великосветская молва. Она бы вышла за него вопреки воле родных и, став полноправной хозяйкой своего состояния, нашла бы способ оградить его от военных опасностей: ведь деньги порой позволяют решить даже самые запутанные вопросы».

Внезапно Виолетте пришла в голову мысль, от которой она застыла на месте и изумленно рассмеялась. Подумать только! Ведь Матвей Елагин, несмотря на потерю наследства и царскую немилость, мог отлично устроиться в жизни, если бы ответил на чувства Юлии и если бы… не был так порядочен и щепетилен. В конце концов, ведь он даже из крепости мог переслать княжне Прозоровской покаянное письмо, и кто знает, как повела бы себя тогда своевольная красавица! Конечно, в шестнадцать лет трудно противостоять целому свету…

«Ох, и любишь же ты рассуждать, милочка моя! — сердито оборвала себя Виолетта. — Тебя послушать — так кладезь ума и житейской мудрости! А сама… позволила уговорить себя на брак с отвратительным стариком, который на протяжении целых шести лет отравлял твою молодую жизнь». На какое-то время лицо Виолетты сделалось необычайно грустным. Но она тут же отогнала тяжкие воспоминания и, задорно встряхнув головой, быстрее зашагала к дому. Какой смысл думать о прошлых ошибках? Главное, что теперь она ни от кого не зависит, богата и молода. А значит, лучшие дни ее жизни впереди!

Вскоре после визита в Богданово Матвей отправился в свое имение. Он собирался пробыть там дней десять, но, увидев, что дела под руководством немца-управляющего идут хорошо, не стал задерживаться и недели.

Так как от имения до Москвы было всего тридцать верст, Матвей решил ехать назад верхом. И не пожалел о своем решении. Погода стояла хоть и прохладная, но солнечная, а выбранная им лошадь оказалась необычайно резвой и послушной. Пуская ее то рысью, то в галоп, Матвей не заметил, как проскакал половину дороги и достиг границ обширных владений Юлии Прозоровской, лежавших как раз на его пути в Москву.