Чтение онлайн

Ю-Ю наконец дождался, чтобы Чеонг Су прочел газетный отчет о похищении Джеффа. У него не было сомнений, что Джефф – тот самый американец, которого он видел в окне. Его первой мыслью было помчаться в полицию и потребовать вознаграждение, но, вспомнив о постигшей Чеонг Су неудаче, он решил сперва поговорить с Блэкки. Весьма вероятно, что Блэкки предложит ему больше 20 тысяч пиастров, но, войдя в клуб, он узнал, что Блэкки уехал.

Не любившая парня Ю Лан грубо велела ему убираться.

– Мой муж, – сказала она, – не вернется сегодня. Когда ты понадобишься, он пошлет за тобой.

Тем временем лейтенант Гембли не добился никаких результатов. В четыре часа он покинул квартиру Энн Фай Во. Воспоминание о собственной слабости вызывало чувство стыда. Кроме того, его разозлило, что китаянка заломила за свою привлекательность совершенно несусветную, с точки зрения Гембли, цену. По поводу оставленного им подарка разразилась неприличная перебранка. Китаянка пронзительным голосом что есть мочи выкрикивала оскорбления. Он вынужден был оставить почти целиком свое недельное жалованье и поспешил покинуть квартиру, прежде чем прибежали соседи, чтобы справиться о причинах возникшего шума.

Ему не удалось разыскать таинственного дядю возле гробницы маршала Ли Ван Дейта. Поскольку он не умел говорить по-вьетнамски, он был лишен возможности выяснить, когда дядя придет к храму. Другой предсказатель уставился на него и смущенно хихикал, пока он пытался заставить его понять, кого он разыскивает.

Вспотевший и измученный, он возвратился в свой кабинет. Он решил отложить дело до следующего утра.

Сами того не ведая, Джефф и Нхан получили в свое распоряжение еще один день.

Блэкки Ли возвратился в клуб чуть позже десяти часов. Как он и надеялся, ему удалось продать бриллианты.

После двухчасового спора ему наконец удалось получить две тысячи девятьсот американских долларов. Он замкнул в сейф деньги, а затем прошел в танцзал сказать пару слов Ю Лан перед тем, как отправиться в Фудаумот.

Пока он пересекал зал, направляясь к столику Ю Лан, за которым она всегда сидела, Блэкки с удовлетворением отметил, что танцплощадка переполнена.

Подойдя к столику Ю Лан, он остановился, вопросительно изогнув брови. Ю Лан сказала, что Чарли отправился спать.

Он кивнул.

– Похоже, будет трудная ночь. Я вряд ли вернусь до часа!

Он не посвятил Ю Лан в свои с Чарли планы. Он не считал, что жена должна пользоваться беспредельным доверием. Ю Лан чувствовала, что затевается что-то важное, и это ее беспокоило. Она знала, что бесполезно задавать Блэкки вопросы или предостерегать его. Он всегда шел собственным путем.

Блэкки вышел из клуба и направился к автомобилю.

Два вьетнамца в поношенных европейских костюмах сидели в автомобиле в нескольких ярдах от машины Блэкки. Они разговаривали и курили. Когда Блэкки вышел из клуба, один из них слегка подтолкнул другого локтем. Сидевший на месте шофера его товарищ нажал на стартер в тот момент, когда тронулась машина Блэкки.

Они следовали за ним в потоке машин, пока не достигли шоссе Бьен Хоа – Фудаумот. Оба были опытными полицейскими и знали, что в это вечернее время на дороге небольшое движение и Блэкки скоро догадается, что они преследуют его. Они получили от инспектора Нгок Лина строгие инструкции, согласно которым у Блэкки не должно быть никаких подозрений, что за ним следят.

Водитель притормозил, пропустив Блэкки вперед, и спустя минуту его автомобиль исчез из вида. Водитель быстро поехал к ближайшей полицейской будке и вызвал полицейский пост на шоссе Бьен Хоа. Он описал полицейскому машину Блэкки и сообщил ее номер. Он велел ему сопровождать некоторое время машину и предупредить все посты на шоссе, чтобы полицейские велосипедисты не упускали ее из вида, пока она не доедет до места.

Оказавшись на пустынном шоссе, Блэкки, тщательно соблюдая предосторожности, смотрел в зеркало, чтобы быть уверенным, что его никто не преследует. У него не было причин думать о преследовании, но осторожность никогда не бывает лишней.

Он не заметил полицейского мотоциклиста, который следовал в двухстах ярдах позади него, не зажигая огней. У отремонтированного полицейского поста он должен был остановиться. Дежурный полицейский проверил его документы и разрешил ехать. Он видел, как Блэкки свернул налево, в сторону Фудаумота. Там, впереди, на расстоянии около мили, его уже поджидал полицейский на велосипеде. Дежурный прошел в здание и по телефону предупредил пост в Фудаумоте о приближении Блэкки.

Ровно в одиннадцать Блэкки повернул на заросшую травой разбитую дорогу, ведущую к храму.

Дежуривший в четверти мили от этого места полицейский неожиданно увидел вдали огоньки приближавшейся машины. Местность в этой части дороги была безлесной и плоской. Возвышавшаяся на горизонте темная разрушенная башня храма была единственным видимым ориентиром. Острый глаз полицейского различил по движению сверкающих боковых огней, что автомобиль запрыгал на выбоинах. Он понял, что Блэкки свернул с главной дороги и направился к храму.

Полицейский вскочил на велосипед и быстро поехал.

Большая машина Блэкки въехала в ворота храма и остановилась. Блэкки увидел вышедшего из темноты Джеффа. Он не покинул машины, ждал.

Джефф открыл боковую дверку и забрался в автомобиль.

– Итак? – Голос был хриплым. – Что случилось?

«Сейчас, – подумал Блэкки, – я узнаю, есть ли у него бриллианты». Он почувствовал, как от волнения у него вспотели руки, он вытащил платок, вытер их и только тогда сказал:

– Приехал мой брат. Как я и ожидал, он в состоянии вам помочь. Нхан сказала вам, что нужны еще деньги?

Джефф жестом выразил свое раздражение.

– Я уже дал вам тысячу долларов. Ради Бога, скажите, где я могу взять еще!

Блэкки поморщился.

– Нужны еще две тысячи долларов, – сказал он. – Только тогда можно будет выбраться отсюда.

Джефф внимательно посмотрел на него.

– Каким образом?

– Мой брат знает летчика из Лаоса. Он подбросит вас на вертолете в Кратье. Оттуда будет нетрудно добраться до Гонконга. Можем договориться на послезавтра.

Джефф вздохнул с облегчением. Наконец-то! Еще два дня и две ночи он будет заперт в душном маленьком курятнике, при одной мысли о котором он чувствовал, что сходит с ума. Чего бы это ни стоило, он должен выбраться отсюда.