Чтение онлайн

— Гарри устраивает вечеринку на Хэллоуин. Приходите в образе вашего любимого партнера. Я шучу. Приходите в образе вашего любимого персонажа из мультика. Идет? Стоп, я сейчас умру. Но серьезно, вы не хотели бы купить лотерейный билет для танцевальной команды дочери Боба? Как она называется? «Тряси ножкой»!

Молли вновь взглянула на часы. Половина шестого вечера. Тед Бобсон из компании «Амазон» обычно сидит в офисе до восьми. Интересно, он уже слышал? Все это просто ужасно глупо. Боб должен узнать правду. В конце концов, Адам сам проявил инициативу. Ну ладно, заняться сексом предложил не он. Но «нет» он не сказал в любом случае. И еще то, что она якобы не давала ему продвигаться по службе. Этот парень только начал работать, черт возьми. Она бы ни при каком раскладе не успела бы его продвинуть за такой короткий срок.

Даррелл положил на стол папку.

— А теперь, Молли, может, ты могла бы прочесть для нас прощальную молитву?

Все двадцать человек присутствующих встали, сложили свои натруженные руки и приступили к молитве.

— Дорогой, это восхитительно.

Люсинда Барроуз, редактор Джека, просматривала первые страницы его новой рукописи. Она вскрикнула. Она перевернула страницу. Она снова вскрикнула. Джек улыбнулся и потянулся еще за одним птифуром. Ему нравилось встречаться с редактором, особенно, когда она прилетала из Ню-Йорка и назначала ему встречи в отеле «Бель эйр» и говорила ему, как божественно он пишет. И угощала чаем с пирожными.

Люсинда надула губы.

— Эта Примроуз…

— Великолепна?

— Сногсшибательна!

Джек улыбнулся, как улыбается мужчина, которому сделали комплимент по поводу внешности его жены.

— Хотя я думаю…

— Слишком смела?

— Ну…

— Я ее присмирю.

— Может, только капельку. Беременная принцесса в роли невесты и все такое — это очень концептуально, но мы должны удерживаться в границах жанра.

— Усек.

— И Гай, о, Гай!

Джек взял с блюда последний шоколадный рулет. Он знал, что является воплощенной мечтой любого редактора — талантливый писатель, способный при этом адекватно воспринимать критику. И что еще важнее, он воспринимал критику конструктивно. Он делал соответствующую правку, а не просто любезно кивал и при этом оставлял все без изменений, как это делали многие другие писатели. Джек был профессионалом: вежливым, пунктуальным и, если верить его издателям, умеющим побеждать. Живой упрек представителям его пола. Мужчины — авторы любовных романов никогда не добивались успеха на рынке. Они скрывались под красивыми псевдонимами и дешевой рекламой. Напустят туману и прячутся за ним. Джек вот уже два года добивался от Люсинды разрешения печататься под своим настоящим именем. И цель того стоила: увидеть на корешке книги гордое «Джек Картер». Но она все время отвечала ему отказом.

— Женщины не будут их покупать.

— Почему?

— Ну, представь: ты стал бы покупать триллер, написанный кем-то по имени Филис?

Сейчас Люсинда откинулась на спинку кресла и бросила рукопись на стол.

— Ты превзошел самого себя. Великолепно. Материал для настоящей саги.

— Вы думаете?

— О, да. Мы можем запустить серию из четырех или пяти книг.

Джек обмакнул рулет в чай и, причмокнув, проглотил его.

— Да. Я уже подумал о матери, потом о тете, потом о тетушке тети, и у каждой есть тайна, которая заставляет пылать их щечки.

— Джек, ты прирожденный психолог. Кто бы мог подумать, что мужчина способен так глубоко заглянуть нам в душу?

Джек скромно покачал головой.

— Такая проницательность, такая тонкость, такая сила выражения. — Люсинда как бы невзначай коснулась его руки. Джек уставился на ее пальцы. — Такой магнетизм. — Голос ее звучал немного хрипло.

Он посмотрел ей в глаза и за шикарными темными очками с громадными стеклами увидел темно-фиалковые глубины, в которых бурлило желание. Губы Люсинды, покрытые помадой густого, насыщенного красно-коричневого оттенка, словно подернутые льдистым глянцем, приоткрылись. Ноутбук, забытый, лежал раскрытый у нее на коленях. Джек вжался в спинку кресла, он давно этого боялся. С тех пор, как впервые почувствовал тот растущий интерес, с которым она начала читать его материал. Долгие разговоры по телефону, в которых они обсуждали сексуальные потребности его героинь. Бесконечные подробности в описаниях тайных желаний его героев. И эта поездка была второй по счету за месяц и имела главную цель — увидеться с ним лично. Должно быть, Гай действительно довел Люсинду до ручки. Джек деликатно покашлял.

— Люсинда…

— Джек… — хрипловато и нежно простонала она. Джек закрыл глаза.

Люсинду Барроуз трудно было назвать женщиной его типа, но, несмотря на это, тело его с радостной готовностью откликнулось на ее призыв. Воздержание, к которому Джек себя приговорил, делало его неразборчивым. У него был вид изголодавшегося мужчины, и в его глазах часто сквозила острая неудовлетворенность. Он уперся в нёбо кончиком языка и, не отрываясь, смотрел на руку Люсинды. Никакой застенчивой женской дрожи. Ее прикосновение было нежным, любознательным и ошеломляюще точным. На висках его выступил пот. Дыхание сделалось рваным и частым. В голове его загудело, словно там на полной скорости мчался поезд. Рука Люсинды медленно ползла вверх по его предплечью, и сердце Джека бешено колотилось. Когда пальцы редактора чуть согнулись, накрывая его грудь, он схватил ее руку:

— Не думаю, что это хорошая идея.

Люсинда посмотрела на него с таким разочарованием, что он едва не поморщился, как от боли. Одним стремительным и точным движением она схватила лежавший у нее на коленях ноутбук.

— Я рассчитываю на то, что вы быстро сделаете правку рукописи. Скажем… к двенадцатому? И отправьте мне рукопись следующей книги, скажем… в январе?

Джек закивал, как пай-мальчик.

Люсинда сунула ноутбук в сумку и встала из-за стола. На ногах у нее были туфли без задника из мягкой кожи. «Кошачьи лапки», — подумал Джек.

— Продолжай писать, Джек. У меня уже слюнки текут в предвкушении следующей книги.

Джек смотрел, как она стремительно уходит от него. Швейцар с подобострастной улыбкой открыл перед ней дверь. Люсинда села в такси и уехала. Джек вновь опустился на стул и скорчил гримасу. Каждый мускул в его теле болел, голова гудела. Тело открыто выражало недовольство своим хозяином. Пытаясь наладить с ним отношения, Джек заказал темного холодного пива в заиндевевшей бутылке.

Он никогда не думал, что у него так хорошо пойдут дела. К тридцати годам он уже пять лет как пытался писать, но показать ему было нечего, за исключением статей в местном журнале и видео о том, как живется в отсутствие самоконтроля. И когда он совсем было потерял надежду, одна женщина с курсов по написанию сценариев, которые он посещал, оставила на своем стуле любовный роман. Он взял книгу в руки и как завороженный уставился на обложку. Как он узнал позже, на профессиональном жаргоне литераторов это изображение называлось «тиски». Брутального вида мужчина сжимал в объятиях полуобнаженную девицу, чьи формы вздымались, взывая об освобождении и разрядке. Джек, открыв рот, смотрел на обложку добрые десять минут. Реакция его тела была неожиданно бурной. В тот день он заперся у себя в квартире с книжкой и ящиком пива и вышел оттуда, чувствуя себя на седьмом небе, словно принял приличную дозу героина.

Он нашел мир, где балом правили честь, любовь и страсть.

Когда мужчина поднажимал, женщина уступала его нажиму, и у всех от счастья сносило крышу. Лучше всего его ощущение описывало слово «защищенность». Уверенность в том, что все будет хорошо. Приятно знать, что, в конечном счете, эти мужчины и женщины найдут друг друга и любовь победит, преодолев все преграды. То был мир, в котором мужчина мог забыть о бдительности, потому что рядом с ним была женщина, которая его любит, и будет любить всегда.

Джек стал брать любовные романы в библиотеке. Вначале один или два, для маскировки перемежая их с самоучителями для плотника или компьютерными журналами, лепеча что-то о своей маленькой глупышке жене, которая на самом деле больше дома не сидела. Вскоре он сделал еще один мужественный шаг, и тогда из шести книг, которые за один раз дозволяется брать в библиотеке, все шесть были любовными романами. И когда все книги этого жанра в ближайших библиотеках оказались им прочитаны, он начал покупать подержанные книги через Интернет, с маниакальной настойчивостью разыскивая недостающие книги из серий. Он потратил целое состояние, отслеживая на «И-Бэй» [1] каждую книгу Лей Гринвуд из серии «Ковбои». Ему нравились эти книги. Решительные женщины закидывали лассо любви и таким способом добывали себе избранников. Курьеры доставляли Джеку покупки в картонных коробках без опознавательных знаков. Эти коробки заполнили холл и перекрыли пожарный выход. Соседи начали жаловаться.