Чтение онлайн

– А мы и есть дети, да ещё и студенты. Одним словом, народ озорной и беспечный.

Ректор усмехнулся, покачал головой:

– В народе говорят, маленькая собачка до старости щенок. Лучезар, тебя я назначаю старшим в вашей паре, ты отвечаешь за успех и, главное, безопасность, всей операции. Веселинка, на тебе магическая поддержка и лечение короля, Мерлину целительство никогда толком не давалось, он по оживлению мертвецов специалист. Да, ещё, пока не забыл. Веселинка, вручаю тебе крылья, они усиливают магию и дают дополнительную защиту. Вот, держи.

??????????????????????????

Боян взмахнул рукой, и в тот же миг за моей спиной распахнулись блестящие крылья. Лучезар уклониться не успел, моё крылышко ощутимо шлёпнуло его по лицу. Я ойкнула, соскочила с колен своего Героя и, с тревогой глядя на Лучезара, спросила:

– Ты как, цел?

Лучезар застонал так, словно его на дыбе растянули, я наклонилась к его лицу, и тут этот синеглазый кошмар сграбастал меня в объятия и, наплевав на то, что мы вообще-то не одни, крепко меня поцеловал. Я позабыла обо всём на свете, чувствуя только, что кровь в жилах начинает закипать, а глаза сами собой закрываются, унося меня в мир грёз и блаженства. Мамочка, как же хорошо!

– Кхм-кхм, повторюсь, это мой кабинет, а не дом свиданий!

Ректору явно не понравилось, что о нём забыли. Или он нам просто завидует?

Лучезар неохотно выпустил меня из объятий, поставил на ноги, а то я как-то подзабыла, как нужно стоять, и негромко прошептал:

– У тебя чудесные крылышки. Такие же солнечные, как ты сама.

Ой, точно, у меня же крылышки появились! Я поспешно шагнула к узкому в массивной тёмной раме зеркалу и повернулась боком, потом спиной, старательно изогнувшись, чтобы разглядеть подаренную мне красоту. В блестящем стекле отразились большие каплевидные крылышки ярко-жёлтого с оранжево-красными прожилками цвета. Остренькие уголочки крылышек трепетали, выдавая моё возбуждённое состояние. Боги, красота-то какая!

– Спасибо, господин ректор! – взвизгнула я, с трудом удерживаясь от того, чтобы расцеловать Бояна в обе щеки.

– На здоровье, - по-отечески улыбнулся мне мужчина. – Рад, что понравились. А теперь, пора вам в путь дорогу отправляться. Сумки с дорожными вещами вас на конюшне дожидаются, лошади осёдланы.

Мы с Лучезаром отвесили Бояну поясные поклоны, услышали от него напутственное: «Скатертью дорога» и отправились на конюшню. Там молча и проворно вскочили в сёдла, точнее, сначала Лучезар посмотрел как я с сосредоточенным пыхтением карабкаюсь в седло, потом зажевав улыбку, посадил меня на спину тёмно-серой кобылке, которая покосилась на меня с таким видом, словно я была тараканом, пнувшим хозяина дома и потребовавшим у него посторониться, а затем легко и грациозно взлетел на спину вороного с белой звёздочкой на голове коня. Ворота Университета распахнулись перед нами, после чего, с грохотом и лязгом катящихся под гору рыцарей, захлопнулись за нами с такой поспешностью, что я невольно усомнилась: а пустят ли нас обратно?

– Ну что, Веснушка, - Лучезар повернулся ко мне с широкой мальчишеской улыбкой, - в путь, навстречу приключениям?

На это можно было ответить только одно:

– В путь!

***

Через полчаса быстрой скачки я сделала для себя пренеприятнейшее открытие: ездить верхом совсем не так приятно, как пишут об этом многочисленные предания. От постоянного ветра в лицо заболели уши и заныла шея, спина задеревенела от непривычной и, чего греха таить, неудобной позы, а о том, что ниже пояса я вообще старалась не думать. Когда Лучезар сообщил о привале, я не смогла сдержать стона радости, на большее меня не хватило.

– Ты чего, Веснушка? – Лучезар встревожено посмотрел на меня. – Что случилось?!

– Я вся задеревенела, - я шмыгнула носом даже не пытаясь слезть с этого пыточного приспособления под названием седло.

– Маленькая моя, - мой Герой легко, словно я ничего не весила, подхватил меня на руки, немного побаюкал, как мать раскапризничавшееся дитя, а потом прошептал мне на ушко, щекоча кожу дыханием:

– Потерпи немного, сейчас я место для отдыха обустрою.

– Ты давай девицу успокаивай, - пробурчала с трудом выкарабкавшаяся из дорожного мешка Хозяюшка, - а я тут пока костерок разведу, еду приготовлю. Чай, стосковались по горяченькому-то?

– Хозяюшка? – ахнула я, от изумления чуть не слетев с рук Лучезара. – Ты откуда?

– Дак знамо дело, с Университета, - домовушка торопливо натаскала из лесочка еловых лап, прикрыла их плащом и властно махнула пухлой ручкой. – Давай, укладывай ношу бесценную, а то ещё, обороните боги, уронишь.

Спорить с Хозяюшкой Лучезар не стал, мягко опустил меня на показавшееся мне мягче пуха лебединого ложе и стал мягко растирать мои покрасневшие замёрзшие руки. Я прикрыла глаза, наслаждаясь таким желанным теплом и уютом. Сильные руки Лучезара скользнули вверх, разминая мои плечи, помассировали шейку, а потом спустились вниз, на спину.

– Нет, Веснушка, так дело не пойдёт, - услышала я сквозь надвигающуюся дрёму и, сладко зевнув, спросила:

– Что-то не так?

Вместо ответа Лучезар усадил меня себе на колени и принялся активно распутывать завязки на платье. Такого произвола я уже не могла стерпеть, девичья стыдливость взвыла во весь голос.

– Ты что делаешь?

– Весь, тебя нужно как следует размять, а то до Камелота ты не доберёшься.

– Это понятно, только платье-то зачем снимать?

Лучезар тяжело вздохнул и принялся мягко, словно с малым дитём говорил, пояснять:

– Платье мешает, сквозь ворох ткани до тела не добраться, а нужно плечи размять, чтобы кровь быстрее побежала, силы вернулись.

Простое и понятное объяснение успокоило меня, я согласно кивнула головой и честно постаралась расслабиться. Даже платье на груди не стала придерживать, как оказалось, зря. Лучезар, которому многочисленные вязочки и петельки очень быстро надоели, ловко провёл рукой по шнуровке, сжигая её начисто. Я и ахнуть не успела, как платье спало с моих плеч до самой талии.

– Ты что творишь?! – ахнула я, инстинктивно пытаясь прикрыться.

– Ложись, - Лучезар легко подтолкнул меня в спину.

Я поспешила выполнить эту просьбу, больше похожую на приказ и торопливо бухнулась лицом вниз на ложе.

– Какая послушная девочка, - усмехнулся Лучезар, - всегда бы так.

Что? Мне показалось или меня только что неслухом обозвали? Я приподняла голову, чтобы высказать своё честное, хоть и нелицеприятное мнение по поводу некоторых особо языкатых молодцев, но Лучезар легонько хлопнул меня между лопаток и прошептал:

– Лежи смирно.

Я собиралась возмущённо завозиться, но тут по моей спине заскользили сильные тёплые ладони. Ум-м, упоительное ощущение! Лучезар ласкал мою спину, ухитряясь обычные и вполне целомудренные действия свести к самой грани приличий. Озорная мужская ладонь сначала скользнула на поясницу, а с неё легко и непринуждённо опустилась на натруженную седлом попку. Замерла, ожидая моей реакции и давая мне привыкнуть к новым ощущениям. А меня раздирали противоречивые чувства: с одной стороны, я была очень даже согласна, а с другой дурным голосом ревели привитые мамочкой правила поведения приличной девушки, которая до брачных костров такие ласки позволять не должна.