Чтение онлайн

Но хуже были одиночные миссии, когда Наруто не сдерживали напарники и сенсей. Миссия в Роран в погоне за нукенином-марионеточником из Суны закончилась для Наруто путешествием на двадцать лет в прошлое, захватом этого нукенина и вручением того в руки лично Хокаге. Единственным нюансом было то, что этот самый нукенин превратил себя в живую двадцатиметровую марионетку, запечатанную впоследствии в небольшой свиток. Роран был огромным оживлённым городом, архитектурной жемчужиной Элементарных Стран, и как Наруто умудрился вляпаться среди этих толп народу в пространственно-временное дзюцу, было выше понимания Шикамару. То, что правитель города из-за цвета волос стала очередной «сестрёнкой Узумаки» было даже в чем-то закономерно.

Миссии, требовавшие скрытности и деликатности Наруто тоже исполнял весьма своеобразно. Отправленный после «нападения» на Райкаге («Дядя Эй, ну что за глупости, хотел бы я на тебя напасть, ты был немножечко мёртв!») в Кровавую Тюрьму, Наруто исполнил её с изяществом биджу посреди города. В результате, несмотря на установленную на Наруто печать подавления чакры, половина замка была разрушена, комендант тюрьмы Муи избит («Он засранец, да ещё из Кусагакуре, а они обижали тётю Марику!»). И единственным сожалением Наруто было, что он приволок домой лишь пустой огромный чёрный куб, а заключённого в него демона живьём, чтобы подарить «братику Орочимару», схватить не удалось.

К сожалению, Гай-сенсей лишь гордился своим учеником, заявляя, что в том пылает весеннее пламя юности. Ли обещал превзойти Наруто, иначе он двадцать раз оббежит Страну Огня на руках (Шика и Наруто не могли бросить Ли, поэтому оббегали все втроём). Ино и Хината говорили: «Ну вот такой у нас муж, ничего с этим не поделаешь!» и, как подозревал Шикамару, гордились его выходками.

В этом океане безумия были только две путеводные нити, два голоса разума. Сакура и Карин не одобряли поступков Наруто и называли их ребячеством.

Когда два года назад Наруто принял шляпу Хокаге, Шикамару надеялся, что Наруто проникнется важностью должности и немного остепенится. Но этого так и не произошло. И вот теперь Наруто снова затеял очередную авантюру.

— Наруто-кун, для чего я здесь? — с интересом спросил Орочимару.

Местность, куда их притащили клоны Наруто была примечательной. Редкие горные пики пронзали покров густого леса. Среди деревьев то тут то там виднелись скелеты исполинских животных, заросшие мхом, лианами и чахлым кустарником. Это место находилось в Стране Гор, что располагалась между Странами Риса и Водопада, между Такигакуре и Аджисайгакуре и незатейливо называлось «Горным Кладбищем».

— Погоди, Орочи-нии, пока все соберутся. Не хочу портить сюрприз! — жизнерадостно сказал Наруто и украдкой поправил свою шляпу Хокаге.

На вздымающейся над кронами деревьев широкой деревянной площадке, выращенной Ли с помощью Мокутона, появлялись новые люди. Во вспышке Хирайшина клон привёл напарников Орочимару — Джирайю и его супругу, которые тут же устроились в выращенных клоном удобных шезлонгах и стали потягивать распечатанное Цунаде саке. Прибыли Сакура и Карин. Шикамару обнял жену и зарылся в водопад её розовых волос, с усмешкой наблюдая, как Карин бросилась в объятия Ли. Повиснув на руках клона мужа, прибыли Ино и Хината. За ними появился Йондайме со своей женой Кушиной, прихватив любопытного (и назойливостью похожего на самого Наруто) Наваки Сенджу.

— Ну что, Орочи-нии, начнём? — с усмешкой сказал Наруто.

— Начнём что? — поднял бровь Орочимару.

— Узнаёшь это место?

— Да, я знаю, где мы, — ответил Орочимару. — И что, следовало отвлекать меня от опытов?

— И ты, думаю, прекрасно знаешь, что тут когда-то скрывались сначала Мадара, а затем Обито, и что здесь находится ствол Шинджу.

Золотые змеиные глаза пристально уставились на Наруто.

— Как много ты знаешь?

— Я знаю всё. К примеру, как ты получил моё тело и как я умер для этого. Понимаешь, Орочи-нии, нельзя быть в одной команде с умнейшим человеком в мире, иметь такую же умную сестру, — при этих словах Карин помахала рукой. — быть братом самого гениального Хокаге и не набраться чуток премудростей.

Глаза Орочимару налились гневом, а руки сложились в печать Змеи. Несколько секунд ничего не происходило, Узумаки лишь иронично склонил голову набок.

— Но почему?

— Полагаю, ты хотел активировать мою печать? Извини, Орочи-нии, после освоения режима мудреца я её убрал.

— Убрал? — недоверчиво спросил Орочимару. — Как?

— Тем же образом, что и у Обито. Способ мне подсказал ты сам. И знаешь, вырывать сердце — это очень больно. Кстати, я знаю и про твоё пространственно-временное дзюцу, поэтому ты и не можешь сейчас активировать ни силу своих глаз, ни Хирайшин. Глянь под ноги!

Орочимару посмотрел на поверхность деревянного помоста и увидел, что по нему незаметно расползлись цепочки иероглифов, а воздух вокруг площадки слегка мерцает на гранях невидимого барьера.

— Наруто-кун, — голос Орочимару звучал почти ласково. Склера его глаз почернела, а лицо изукрасили узоры Режима Мудреца. — Ты не сможешь мне противостоять. К тому же, тут слишком много людей, жизнь которых тебе дорога.

— Ты ошибаешься. Я был в команде величайшего учителя в мире. Я каждый день пытался превзойти двух человек, что духом были сильнее меня. Которые своим упорным трудом оставили меня позади, и мне, джинчурики, с ворохом величайших в мире геномов, пришлось их догонять. Сейчас я, скорее всего, сильнейший человек в мире. Один из трёх сильнейших. Насчёт родных людей, видишь ли… Ты ничего им не сделаешь.

Глаза Орочимару расширились, когда его руки, помимо воли, опустились по швам, тело повернулось и голова наклонилась, открыв взору чёрную тень, протянувшуюся от ног Саннина к стопам Шикамару. Тот, небрежно удерживая печать Крысы, беззастенчиво флиртовал со своей женой Сакурой.

— И что ты теперь сделаешь? Убьёшь меня?

— Орочи-нии, ну что за тяга к драматизму? Ты дал мне счастливое детство, позволив избежать участи Фуу и Гаары. Ты спас жизни и судьбы людей, которых я люблю больше всего на свете. Ты показал мне силу, дал ориентир и цель в жизни. Благодаря тебе я попал в команду величайшего учителя в мире, который помог обрести силу не обладателю кеекей-генкаев, а лично мне, Наруто Узумаки. При этом за кеккей-генкаи я тоже благодарен тебе безмерно. Ты вернул маме её брата и бывшего возлюбленного, пусть она и решила остаться с извращенцем. — при этих словах Джирайя проворчал что-то о неблагодарной молодёжи. — Ты оживил моих родителей, и это позволило Кураме вновь стать цельным. И неужели ты думаешь, что я обижусь из-за того, что ты всего лишь разок меня убил?

— Так чего же ты хочешь, Наруто?

— Предупредить. Каким бы сильным ты не стал, не пересекай черту. Я всегда… мы сможем всегда тебя остановить и направить на верный путь.

— И для этого ты притащил сюда столько народу? — недоверчиво спросил Орочимару.

— Не совсем, — хихикнул Наруто. — Хината-тян, давай!

Хината неохотно оторвалась от руки клона, её прозрачные глаза засияли голубым пламенем, проявив тот же Аджисайган, что и у Наруто. Девушка улыбнулась и исчезла в мерцании Хирайшина.

— Твоя жена знает Хирайшин? — удивился Орочимару.

— Я думал ты спросишь про додзюцу, — надулся Наруто. — Тогда бы я похвастался, как мы с Шикой придумали пробудить Аджисайган. А Хирайшин… Ино-тян его знает тоже. Экономит массу времени.

Площадку озарило сияние и на ней в мерцании Хирайшина вновь появилась Хината. Тело её было покрыто бирюзовой пылающей аурой, а из плеча росла огромная рука чакры, в которой был зажат беспомощный чёрно-белый Зецу.

— Нравится, Орочи-нии? Это крутой режим чакры Аджисайгана! Я так тоже могу! Кстати, узнаёшь своего друга? Пусть он и подчиняется только тебе, но Ино-тян его немножко порасспрашивала…