Чтение онлайн

– Ты все не так понял, Антип…

– Я видел, как ты сунул в пасть Волку амулет, который дал тебе монах, после чего Волк окаменел и из глаза его вырвался луч, превратившийся в замок! Ты скажешь, что это не колдовство?

– Я все могу объяснить… Кроме того, мы же договаривались, что ты не станешь задавать вопросы, на которые я не захочу отвечать.

– А я и не собираюсь ни о чем спрашивать. Я просто хочу уйти.

– Антип…

– Отойди в сторону! – Антип взмахнул рукой, в которой у него был зажат нож. – Освободи мне проход к двери!

– Антип, ты совершаешь большую ошибку, – снова попытался образумить парня Хорн.

– Быть может, – быстро кивнул Антип. – Но это будет только моя ошибка! Я знать не желаю, чем вы тут занимаетесь!

– Что ты собираешься делать один? – спросил Хорн, глядя на Антипа едва ли не с жалостью.

– Не твое дело! – срывающимся от нервного перевозбуждения голосом выкрикнул Антип. – Отойди в сторону, или, клянусь всем на свете, я пущу в дело нож!

Антип был так напуган, что мог бы запросто привести свою угрозу в исполнение. Хорн понял это, едва только ему удалось поймать глазами бегающий по сторонам взгляд Антипа.

– Как знаешь… – негромко произнес Хорн и сделал шаг в сторону.

За спиной у него, как и прежде, висел в воздухе колдовской замок.

Монах начал что-то говорить, но, взмахнув рукой, Хорн заставил его умолкнуть.

– Ты можешь идти, – сказал он Антипу. – Я не буду пытаться остановить тебя. Но, что бы ты там ни думал, ты совершаешь огромную ошибку. Если ты останешься, то мы сможем спокойно во всем разобраться.

– После чего я навсегда исчезну в Мире без Солнца, – криво усмехнулся Антип.

– О чем ты? – недоумевающе сдвинул брови Хорн.

– Ты сам все прекрасно знаешь.

Хорн молча развел руками, давая понять, что не понимает, о чем идет речь.

С точки зрения Антипа, это была всего лишь уловка. Если Хорн уговаривал его остаться, следовательно, он был ему для чего-то нужен. Для чего именно – это уже не имело значения. Он не хотел иметь ничего общего с существами из Мира без Солнца. И говорить тут больше было не о чем.

Двигаясь боком, чтобы все время держать Хорна и монаха в поле зрения, Антип добрался до двери. Толкнув дверь плечом, он убедился, что она заперта.

– Ключ! – хотел крикнуть Антип. Но слово в его горле застряло, перевернулось и вырвалось наружу уже в виде совершенно нечленораздельного булькающего звука.

Тем не менее Хорн понял, что от него требуется. Он вынул из кармана ключ с медной бляхой и кинул его Антипу.

Антип даже не сделал попытки поймать ключ, который, ударившись о дверь, упал на пол у его ног. Присев, он ножом подцепил ключ за кольцо, на которое тот был подвешен.

– Тебя никто не пытается остановить, – еще раз произнес Хорн.

Антип ничего не ответил. Сунув нож за голенище сапога, он быстро вставил ключ в замок, дважды повернул его, открыл дверь и, облегченно вздохнув, выбежал в коридор.

Он добежал уже до занавеса из деревянных шариков, отделявшего коридор от лестниц, когда сзади его окликнул Хорн:

– Постой, Антип!

Антип развернулся, и в ту же секунду в руке у него оказался нож.

– Возьми! – Хорн кинул к ногам Антипа кожаный кошель. – Это имперские деньги. Купи себе новую лошадь. На лошади с клеймом императора тебе далеко не уехать.

Мгновение поколебавшись, Антип поднял кошель и сунул его за пазуху.

– Удачи тебе, чудило, – усмехнулся Хорн.

Раздвинув занавес, Антип вышел на лестницу, быстро сбежал вниз по ней, пересек полутемный зал и выбежал на улицу. В глаза ударил яркий свет закатного солнца, отражавшийся в темных водах Большого канала. Антип полной грудью вдохнул влажный, пропитанный морской солью воздух. Люди, оставшиеся в комнате под номером 13, кем бы они на самом деле ни были, в один миг превратились для него в прошлое. Он вычеркнул их из своей жизни и надеялся, что они не станут преследовать его. Ему не было никакого дело до того, чем занимаются колдуны. У него и своих проблем было достаточно.

Антип попал в засаду на закате второго дня после того, как покинул Сураз.

Как и посоветовал ему Хорн, он оставил свою лошадь в конюшне. Конюх согласился обменять ее на другую, запросив за это всего пару имперских монет. Получив гнедую кобылу с клеймом в форме перечеркнутого квадрата на бедре левой задней ноги, Антип спросил дорогу на Тартаканд и поскакал в указанном направлении. Уже в сумерках он въехал в небольшую деревеньку, где за чисто символическую плату ему с радостью предложили еду и ночлег. Утром он купил еду в дорогу и, более не задерживаясь, снова поскакал в сторону столицы Подлунной. К полудню Антип выехал на широкую наезженную дорогу, которая, как объяснили ему в деревне, должна была привести его прямиком в Тартаканд.

Впереди у него было пять дней пути, и Антип надеялся, что за это время он успеет разобраться в том, что с ним произошло, и навести некоторый порядок в собственных мыслях.

Он смог уйти живым из рук коварных колдунов, что, несомненно, следовало расценивать как милость Создателя. Но, с другой стороны, Антипу никак не удавалось увязать образ Хорна с тем, что рассказывал дед о таинственных существах из Мира без Солнца. За то время, что они провели вместе, Антип примечал немало странностей в поведении Хорна, но при этом в его действиях не присутствовало никакой злонамеренности. Что было нужно ему в Бескрайнем мире? Зачем он явился сюда? И как быть с историей о мести последнего из рода Волчатников императору Подлунной? Для чего Хорну, если он не принадлежал к роду Волчатников, понадобилось сочинять ее? Куда проще и безопаснее было бы прикрыться другой, не привлекающей столь пристального внимания личиной.

Во всей этой истории было много непонятного и загадочного. Но, как говаривал дед, людям не понять логику существ из Мира без Солнца. А раз так, то не стоит и голову над этим ломать. Вчерашний день не вернешь – его уже нет. Прошлое так же эфемерно, как и будущее. Но если прошлое можно просто забыть, то будущему стоило уделить серьезное внимание. У Антипа имелось письмо к старому приятелю деда, живущему в Тартаканде, который мог пристроить его к каравану, идущему через Великие Степи. Но хотел ли Антип вернуться домой? Несомненно, парню хотелось повидать родных и близких, но в то же самое время он прекрасно понимал, что, вернувшись в Устынь, он будет вынужден возвратиться и к той жизни, которую ведут все его односельчане. Скучной и однообразной ее, конечно, не назовешь, но после того, что ему уже довелось повидать, он вряд ли сможет долго усидеть на одном месте. Он уже почувствовал на себе магию странствий и очарование дальних дорог, когда не знаешь, что ждет тебя за поворотом, и все время торопишься вперед, чтобы взглянуть на то, чего никогда прежде не видел.

И было еще кое-что, о чем Антип пока старался не думать. В тот момент, когда он стоял с ножом в руке против двух янычар, он почувствовал прежде незнакомое ему необычайно сладкое и ни на что другое не похожее возбуждение, какое бывает только у прирожденного воина за миг до начала сражения. Это была та удивительная сила, которая давала бойцу возможность видеть одновременно все, что происходит вокруг него, примечать мельчайшие движения соперника, угадывать по выражению глаз и изгибу бровей то место, куда он готовится нанести удар. Говорят, что у истинных воинов эта сила развита настолько, что дает способность отразить летящую стрелу или удар меча. Правда это была или нет, но действие ее было подобно действию наркотика. Объяснить такое словами почти невозможно, но человек, хотя бы однажды испытавший на себе воздействие этой мистической силы, вновь и вновь используя любую возможность, стремился получить те же самые ощущения. Антип был уже отравлен этой силой, истоки которой следовало искать где-то за пределами добра и зла, хотя пока еще и сам не понимал, что за странная дрожь то и дело возникает у него внутри, заставляя погонять и без того скачущего во весь опор коня.