Чтение онлайн

Пройдя еще пару километров по лесу, они вышли на плоскую вершину большого холма. Внизу, в ложбине, протекала речка, по берегам которой стояли хижины, больше похожие на загоны для скота, сделанные из длинных гибких прутьев, обвязанных вокруг вбитых в землю кольев, и покрытые сверху соломенными циновками. Дыр и щелей в стенах было так много, что отпадала необходимость в окнах. На берегу реки занимались какими-то хозяйственными делами низкорослые женщины с кожей цвета старой меди. Их длинные черные волосы были собраны в узлы на затылках. Единственной одеждой островитянкам служили коротенькие травяные юбки. Среди женщин бегали совершенно голые дети, с восторженным визгом гонявшиеся за домашними животными, похожими на миниатюрных свинок.

– Вот так они и живут с сотворения мира, – прокомментировал увиденное Луконя, осторожно выглядывая из высокой травы, в которой прятались путешественники. – Женщины занимаются домашним хозяйством и что-то выращивают на небольших огородиках. Мужчины целыми днями рыскают по лесу в поисках пропитания. Между прочим, они едят даже змей и пауков, – лицо бесенка перекосила гримаса отвращения. – А примерно раз в месяц устраивают маленькую войну с каким-нибудь соседним племенем. Я как-то раз был свидетелем одной из таких битв. Она проходила в соответствии со строгими правилами и чем-то даже напоминала спортивное соревнование. Вот только проигравшим в этой жестокой схватке оказывался тот, кто уже не мог двигаться. Сражение, в котором принимали участие не только мужчины, но и женщины, вооруженные одинаковыми по размеру дубинами, началось с первыми лучами солнца и заканчивалось с наступлением темноты, после чего все его участники собрали убитых и тех, кто был ранен настолько серьезно, что скорее всего не имел шансов поправиться, и принесли всех их в жертву своему любимому богу Солнца. Должен сказать, что наблюдать за последним было особенно неприятно. Раненых даже не добивали, а живьем сбрасывали в жертвенный колодец, расположенный прямо под алтарем. Большинство несчастных отчаянно сопротивлялись и кричали так, что у меня кровь стыла в жилах…

При одном только воспоминании об этом ужасном событии Луконя зябко передернул плечами.

– А что получают победители? – спросил у Лукони Антип.

– Самое удивительное, что абсолютно ничего, – ответил ему бесенок. – Да и победителей, как таковых, нет. После жертвоприношения островитяне расходятся по своим селениям и спокойно живут, не проявляя никакой враждебности по отношению друг к другу, вплоть до следующей битвы.

– Я думаю, что кровопролитные сражения между островитянами носят ритуальный характер, – сказал Хорн. – Остров хотя и большой, но ресурсы его не безграничны. Никаких естественных врагов для человека на острове нет. Если бы население острова неконтролируемо росло, то в конечном итоге это привело бы к жесточайшему голоду и гибели большей части островитян. Убивая друг друга во время ритуальных сражений, островитяне не только поддерживают численность населения на требуемом уровне, но и очищают популяцию от наиболее слабых и больных особей – ведь во время битвы именно они гибнут в первую очередь.

– Я все с большим пиететом начинаю относиться к людям из Мира без Солнца, – с уважением посмотрел на Хорна Луконя. – Твои познания в самых различных областях как науки, так и естествознания, поистине достойны восхищения.

В ответ Хорн только улыбнулся.

– Дикость какая, – с неодобрением фыркнул Брандл. – Как можно убивать слабых ради того, чтобы дать возможность жить другим!

– Я думаю, островитяне не считают этот обычай дикостью, – возразил ему Хорн. – Они живут так испокон веков, и такой образ жизни кажется им вполне естественным.

– Но мы-то цивилизованные люди! – гордо выпятил свой огромный живот лепрехун.

– Кто бы говорил, – скривил презрительную гримасу Антип. – Нечисть паршивая.

Брандл от неожиданности едва на выронил свою трубу. Не зная, что ответить на столь незаслуженное оскорбление, он растерянно посмотрел на других своих спутников.

– Между прочим, наша цивилизация более древняя, чем нынешняя цивилизация людей, которая родилась на руинах Первой эпохи, – заметил Луконя.

– Все равно это не дает вам права называть себя людьми, – все в том же презрительном тоне ответил ему Антип. – Если на то пошло, то я среди всех вас единственный настоящий человек.

– Я чего-то не понимаю, – беспомощно развел руками лепрехун. – Чего ради Морок велел нам спасти этого ксенофоба?

Хорн невольно усмехнулся – он никак не мог привыкнуть к тому, что в свою нарочито простую и незатейливую речь Луконя с Брандлом то и дело вставляли мудреные словечки, смысл которых был понятен далеко не каждому.

– Морок знает, что делает, – резонно возразил лепрехуну бесенок. – Не нам с тобой обсуждать решения, которые он принимает.

Не найдя, что возразить, Брандл только недовольно пыхнул своей трубочкой.

– А почему островитяне не пользуются железным оружием? – как ни в чем не бывало обратился к Хорну Антип.

– Остров Гур-эт-Дар имеет вулканическое происхождение, – ответил ему Волчатник. – Поэтому на нем нет никаких месторождений полезных ископаемых. Островитянам приходится довольствоваться только тем, что дают им природа и океан.

– А кто-нибудь может ответить мне, с какой целью мы занимаемся созерцанием этой убогой деревеньки? – поинтересовался Брандл.

– Я просто даю Хорну возможность понаблюдать за жизнью островитян, – ответил ему Луконя. – Вряд ли когда еще ему представится такая возможность.

Сказав это, бесенок искоса глянул на Волчатника, ожидая от него одобрения своих действий.

– Я искренне благодарен тебе, Луконя, за то, что ты превратил наше бегство в увлекательную этнографическую экспедицию, – сказал Хорн, старательно сохраняя на лице предельно серьезное выражение. – Как мне ни жаль покидать это место, но, пожалуй, Брандл все же прав, и нам пора двигаться дальше.

– Впереди у нас еще святилище солнцепоклонников, – напомнил Хорну счастливый Луконя.

Ползком, чтобы не привлекать к себе внимания обитателей деревеньки, путешественники пробрались по склону холма и, обогнув селение, спустились в низину. Здесь они поднялись на ноги и быстро зашагали по расстилавшейся перед ними широкой равнине, заросшей густой, высотою до пояса травой и цветами на длинных одеревеневших ножках, над которыми порхали огромные стрекозы и бабочки.

– Эй, осторожнее! – предостерег Антипа Луконя, когда парень попытался поймать бабочку с крыльями, разукрашенными, словно мозаика из драгоценных камней. – Эти красавицы жалят больнее пчел. Руку разнесет так, что дня три не сможешь даже пальцами пошевелить.

Антип испуганно отдернул руку. Теперь он шел, старательно отмахиваясь от бабочек, красота которых, как оказалось, таила в себе изрядную долю яда.

– Ну, вот и пришли, – сказал Луконя, когда впереди показалось необычного вида сооружение, сложенное из огромных монолитных блоков.

– Это и есть святилище солнцепоклонников? – спросил Антип.

– Оно самое, – не оборачиваясь, ответил Луконя.

Когда путешественники подошли ближе, святилище предстало перед ними во всем своем циклопическом величии. Двенадцать огромных каменных ворот высотою не ниже восьми метров, сооруженных из врытых в землю огромных тесаных камней, поверх которых были уложены такие же огромные каменные плиты, образовывали идеально ровный круг диаметром около тридцати метров.

– Бог ты мой! – восторженно вздохнул Хорн. – Сколько же надо было потратить сил, чтобы построить такое практически голыми руками!

– Да на то только, чтобы обтесать эти монолиты, используя каменные молотки, ушла, должно быть, жизнь не одного поколения островитян, – заметил Луконя.

– Я думаю, что здесь не обошлось без вмешательства неких потусторонних сил, – попыхивая трубочкой, глубокомысленно изрек Брандл и посмотрел на Хорна, ожидая, что он скажет по этому поводу.

Волчатник без труда разгадал маленькую хитрость лепрехуна.

– Если ты имеешь в виду тех, кого принято называть обитателями Мира без Солнца, – сказал Хорн, – то могу заверить тебя, что они не принимали в этом строительстве никакого участия. Это святилище было возведено еще в начале Первой эпохи, когда о людях из Мира без Солнца в Бескрайнем мире никто даже и не слышал.