Чтение онлайн

— Не сопротивляйся, — выдохнул он, — я тебя держу.

Испуганная Изабелла услышала голос мужа, это придало ей силы, о которых она не подозревала, и она стала выполнять все, что просил Роберт.

Джек налег на руль, пытаясь выровнять «Чайку». Вода швырнула Роберта обратно к судну. Дружеские руки схватили Изабеллу за платье и втащили на палубу. Налетевший ветер снова отбросил судно, и море унесло Роберта прочь. Он безуспешно пытался дотянуться до брошенного ему каната, но силы убывали, боль и холод сковали движения, и он все больше и больше удалялся от «Чайки». Казалось, шхуна полностью находилась во власти ветра. Она больше не подчинялась людям. С содроганием Джек всматривался в темноту. Теперь Роберта могло нести в любом направлении. Найти его в бушующем море было невозможно, но они продолжали искать. Они кричали снова и снова, пока не охрипли, но не услышали ответного крика.

Нахлебавшаяся воды Изабелла находилась в бессознательном состоянии и сначала не поняла, что происходит. Доктор Мак отнес ее в каюту, снял мокрую одежду, завернул в одеяла.

Первая мысль была о Роберте. Изабелла села, лихорадочно оглядывая каюту.

— Где он? Где Роберт?

— Не беспокойтесь, — сказал доктор. — Джек и Бен найдут его.

— Найдут его? Что вы имеете в виду? Он ведь принес меня на борт, я помню. Что вы с ним сделали? — Она начала неистово метаться. — Вы позволили ему утонуть?

Доктор схватил Изабеллу за руки и стал держать.

— Нет, Изабелла, нет.

— Тогда где он? Я должна пойти и найти его. Он не должен умереть. Я не позволю ему умереть.

Одеяла мешали Изабелле встать, и доктор осторожно прижал ее к подушкам.

— Поверьте мне, мы ничего не можем поделать. Оставайтесь здесь. Я пойду посмотрю, может быть, они его уже вытащили. Я уверен, что вытащили.

Доктор вышел и поднялся на палубу. Ветер сразу же налетел на него и поставил на колени. Одного взгляда на лица моряков было достаточно, чтобы понять, насколько безнадежны поиски.

— Мы еще ищем, — сказал Джек.

— Боже мой, что мы ей скажем?

— Что есть надежда.

Но надежды не было, и они это знали. Знал и он сам. И Изабелла все поняла, когда доктор снова спустился к ней.

Посмотрев доктору в лицо, она отвернулась. В глазах Изабеллы застыла такая печаль, что сердце у доктора разрывалось.

Первой реакцией Роберта, когда он понял, что море уносит его все дальше и дальше от «Чайки», была злость, злость и ярость оттого, что после всего, что с ними произошло, когда спасение было всего в нескольких часах от них, слепой случай сыграл с ними злую шутку. Эти неприятные чувства и желание бороться помогли ему продержаться на волнах некоторое время, преодолевая холод, боль и слабость. Роберт повернулся на спину и отдал себя на волю волнам, чтобы отдохнуть от смертельной боли в плече. Сознание слегка помутилось, и он снова оказался в детстве, и они с Дэвидом плавали в ледяных шотландских озерах, где им нечего было бояться… Он что-то задел — канат, корабельный канат, и Роберт схватился за него левой рукой, это дало несколько минут передышки… Он понимал, что устает, стал прикидывать, сможет ли выбраться на берег, и понял, что никогда не доберется до него. Как нелепо было бы умереть, когда все выяснилось, когда они с Изабеллой достигли новых глубин понимания… Теперь его несло более быстрое течение, но тело немело от холода, и Роберт понял, что не сможет больше продержаться, как вдруг увидел свет, пляшущие огоньки впереди… Может быть, это «Чайка»? Он поплыл по направлению к свету. Но силы его быстро иссякли. Роберт подумал, что надо бы крикнуть, подождать, что ответят с судна… По-французски?! Этого не может быть. Ведь он убегал из Франции. В любом случае, сил отвечать у него не было. Под тяжестью усталости он погружался все больше и больше… Море сомкнулось у Роберта над головой, и он ушел в мягкую плотную темноту.

— Изабелла, моя дорогая, — сказала Харриет Холланд, постучав в дверь и входя в комнату, — здесь этот джентльмен, доктор Макфи. Он очень настаивает на том, чтобы видеть тебя.

Изабелла сидела у окна. Она быстро подняла голову.

— Он пришел с новостями?

— Он не сказал.

Свет надежды окрасил лицо Изабеллы.

— Нет, конечно, нет. Чудес не бывает. Прошло уже шесть дней. Безумием было бы надеяться… Пора посмотреть правде в лицо, признать, что он ушел от меня навсегда.

— О, моя дорогая, если бы ты знала, как я тебе сочувствую.

— Я знаю. Вы оба были так добры ко мне. Скажите ему, что я спущусь через несколько минут.

— Скажу и сделаю вам кофе.

— Спасибо.

Харриет заторопилась вниз. Сердце ее пронизывала боль.

— Если бы Изабелла могла поплакать, ей бы стало гораздо легче, — сказала она своему брату на кухне. — Я не могу понять ее. Как будто внутри у нее скручена пружина, ей будто не хочется больше жить. — Харриет поставила чайник на плиту и засыпала зерна кофе в кофемолку. — Так больше продолжаться не может, Гильберт.

— Дай ей время, дорогая, она еще не пришла в себя.

— Она даже не позволяет мне написать Ги или ее золовке. Ведь они очень волнуются. Когда сюда приезжала леди Мэриан и все расспрашивала, а мы ничего ей не могли толком рассказать, — она сказала, что сам граф приехал из Шотландии.

— Изабелле нужно дать время, — сказал Гильберт, похлопывая сестру по плечу. — Мы так мало знаем о случившемся, не нам вмешиваться, Харриет.

Сидя наверху в симпатичной спальне с полотняными занавесками в цветочек и лоскутным одеялом, сделанным самой мисс Холланд, Изабелла думала, что должна продолжать жить, выполнять свои обязанности, как бы это ни было тяжело. Завтра она вернется в Лондон. Больше здесь оставаться нельзя.

Изабелла встала и безразлично посмотрела в зеркало. Харриет одолжила ей платье из темно-серой шерсти с кружевом у ворота и на манжетах. Последние шесть дней, с той самой ночи, когда измученные и опечаленные, они, наконец, добрались до Рай-Харбора, прошли в безысходной тоске. Она знала, что Джек и доктор Мак вели себя более чем достойно. Они принесли Изабеллу в крошечную хижину. Джек развел большой огонь в очаге, а доктор растирал ее замерзшее тело, пока она не вернулась к жизни. Потом ее завернули в теплые одеяла, влили в рот бренди и горячий кофе и, как только представилась возможность, переправили в приход к мистеру Холланду. Брат и сестра Холланды приняли близко к сердцу ее несчастье. Изабелле казалось странным, что она так мало страдала физически. Мучило ужасное сознание, что она явилась причиной смерти Роберта, от этого она замыкалась в отчаянии, из которого не видела выхода.

Изабелла медленно спустилась по лестнице и вошла в гостиную, где ждал доктор Макфи. Он поднялся. Изабелла шла ему навстречу с протянутой рукой.

— Мисс Холланд сказала, что вы хотели видеть меня.

— Да, — доктор взял руку Изабеллы и подержал в своей, профессиональным взглядом изучая ее лицо. — Я приходил каждый день справляться о вас. Вы много страдали и от пребывания в холодной воде, и от волнений.

— Я прекрасно себя чувствую, я не простудилась, благодаря вам и Джеку. — Изабелла мягко убрала свою руку и подошла к маленькому столику. — Здесь есть кофе. Налить вам?

— Спасибо. — Доктор Макфи взял чашку и снова сел.

Они держались официально друг с другом, не в силах говорить о том, что тревожило обоих.

— Попробуйте лепешку, мистер Макфи, попробуйте. Мисс Холланд печет замечательные лепешки. Роберт всегда говорил… — она смешалась, не в силах продолжать.

Доктору хотелось обнять ее, утешить, но он не осмелился.

— Спасибо. Ничего не нужно. Я должен идти. Я ведь пришел попрощаться. Не могу больше злоупотреблять гостеприимством Джека. Надо ехать в Лондон, искать какую-нибудь работу. Раньше я не мог уехать, нужно было ждать…

— …Хороших новостей не пришло. Не знаю, как, но мне нужно научиться жить с этим. — Голос Изабеллы задрожал и оборвался. — Не могли бы вы навестить меня в Лондоне? Мы… с Робертом говорили кое о чем, что могло бы вам помочь.

— Я не хотел бы причинять неудобств, — сдержанно начал доктор.

— Никаких неудобств, скорее это была бы помощь нам — это касается сестры Роберта. Вы придете? Пожалуйста, приходите.

— Конечно, если желаете.

— Это Гленмур-Хаус на Арлингтон-стрит, рядом с Пикадилли.