Чтение онлайн

И только тогда наткнулся на умоляющий взгляд Дара, который отчего-то не спешил прикоснуться к своим мечам. Я удивленно вскинул брови, но в следующую секунду едва не хлопнул себя по лбу, как Глимин. Ведь фактически это мой заказ! Проклиная моральные принципы долгожителей, я цапнул со стола перевязь и вручил ее Ушастику. Тот принял мечи бережно, словно новорожденного ребенка, а ко мне хлынул поток его восторженных эмоций, который оказался настолько сильным, что смыл все мои чувства. Когда же эльф осторожно взялся за рукоять «брата» и впился взглядом в показавшуюся из ножен небесную синеву, я испугался, что дело может дойти до конфуза, и поинтересовался у гномов, можно ли нам пройти на задний дворик и испытать новые игрушки.

Мастера не отказали, и вскоре я на практике убедился, как легко вынимаются ножи (хотя сами они выпадать не собирались, сколько я ни прыгал и ни дергался – прямо мистика какая-то!), сделал пару бросков в специальную мишень (мог бы и больше, но боялся опозориться – по весу клинки самую капельку, но все же отличались от старых), а также оценил функциональность наручей (как выяснилось, гномы вставили в них несколько стержней из той же стали, и теперь они могли отразить даже удар меча).

Больше я ничего не успел сделать – надев перевязь, Ушастик принялся развлекаться со своим подарком, а нам осталось только встать в сторонку и с восхищением наблюдать за представлением. Поначалу эльф просто махал клинками – приноравливался. Потом увеличил темп, окружив себя стальной стеной, а затем и вовсе стал выдавать такие акробатические этюды, что гномы застыли с раскрытыми ртами, а я был вынужден схватиться за руку Вики, чтобы «слить» ей половину исходившего от Дара восторга.

Под конец Ушастик решил выпендриться. Схватил валявшийся неподалеку кол, со всей силы вонзил его в землю и продолжил смертельную пляску, юлой вертясь вокруг деревяшки. Поначалу я не понял смысла фокуса, но затем с изумлением заметил, что от кола отлетают мелкие щепки, а сам он медленно тает, как свечка.

Но и у Дара имелся предел прочности – когда деревяшка уменьшилась наполовину, я ощутил его усталость. Да Ушастик и сам сообразил, что показательное выступление пора заканчивать. Прервав дикий хоровод, он точным ударом разрубил остатки кола на две половинки и плавным движением вернул клинки в ножны. Я хотел вознаградить артиста бурными аплодисментами, но обнаружил, что Вика не желает отпускать мою руку. Вцепившись в нее, как в спасательный круг, орчанка не сводила взгляда со счастливого эльфа. Прислушавшись, я ощутил ее зависть, обреченно вздохнул и поинтересовался у Нарима:

– Мастер, скажите, у вас еще остались запасы голубой стали?

– Хотите заказать клинки для супруги? – догадался гном.

– Да. Возьметесь?

– Разумеется!

Радость Вики не знала границ. Находись мы в другой компании, она наверняка повисла бы у меня на шее, но на глазах у мастеров отчебучивать подобное не рискнула. Лишь наградила полным обожания взглядом и еще крепче сжала руку.

Предоставив орчанке уточнять детали заказа, я вместе с остальными вернулся в дом, где, пользуясь отсутствием хозяев, принялся подсчитывать остатки наличности. Вышло чуть больше пятидесяти шести золотых. И это при том, что я не забыл забрать у Дара сдачу, оставшуюся от посещения трактира, и даже прихваченные Лисенком деньги – около сорока позеленевших медяков (в подвале она их, что ли, хранила?). Опасаясь, что в эту сумму мы уложиться не сможем, я спросил у эльфа:

– Ты свои старые клинки куда денешь?

– Планировал оставить – для тренировок они подойдут идеально.

– Плохо. Местный оружейник за эти, – я кивнул на старые наручи, валявшиеся на столе, – много не даст. Продавать ножи, – я поглядел на рыжую, испуганно вцепившуюся в свою перевязь, – мне бы не хотелось. Вику разоружать глупо, больше на продажу у нас ничего нет, а залезать в долги мне совесть не позволит. В общем, готовься! Если денег не хватит, я попробую договориться с мастерами о скидке в обмен на какие-нибудь услуги магического характера.

Поразмыслив, Дар кивнул, и тут в гостевой появились гномы с орчанкой. Ее мечтательное лицо заставило мое настроение упасть ниже плинтуса. Похоже, мысль об экономии Вику не посещала.

– Договорились? – спросил я у Глимина.

– Да. С отделкой и шлифовкой за двое суток управимся.

– И сколько возьмете за заказ?

– Учитывая работу кожевенника и услуги ювелира, пятьдесят шесть золотых, – ответил Нарим.

Названная сумма заставила меня расхохотаться. Дар тоже улыбнулся, оценив комичность ситуации, а Лисенок с любовью погладила рукояти подаренных ножей, окончательно убедившись в том, что продавать их никто не собирается. Справившись со смехом, я сказал гному:

– Прошу прощения, мастер, просто сейчас вы стали так похожи на Мурку, что я не смог сдержаться.

Нарим покосился на разлегшуюся на диване марилану и уточнил:

– Это чем же?

– Чтением мыслей. Вы сейчас поразительно точно назвали сумму, которой я располагаю.

Достав из мешочка с монетами десяток медяков и одну серебрушку, я протянул его гному, гадая, что же подумает старый мастер, когда обнаружит там груду медной и серебряной мелочи. Приняв деньги, Нарим с сомнением поглядел на меня:

– Ник, если предварительная оплата вам невыгодна…

– Не беспокойтесь, все в порядке, – заверил его я, надеясь, что гномы не заметят вытянувшееся лицо орчанки, сообразившей, что с шопингом вышел облом.

С разочарованием Вика справилась быстро и помогла мне выдержать град вопросов, обрушенных на меня Глимином. Парень, обрадовавшись, что с делами покончено, дал волю любопытству и принялся выяснять, какие приключения выпали на мою долю за эти дни. Начал, разумеется, с неожиданного обручения, мимоходом сообщив, что оно подняло мою популярность среди горожан на недосягаемую высоту.

Как оказалось, звуки, доносившиеся из нашей комнаты той ночью, породили в Ирхоне множество сплетен и в итоге позволили мне добавить к своим подвигам еще один. Тот, которым хотел бы гордиться любой мужчина. Я бы и погордился чуток, но моей прекрасной половинке не понравилось, в каком свете ее выставила людская молва. Орчанка приложила немало усилий, чтобы убедить капельку смущенного Глимина в том, что свою сережку она решила предложить, оценив все мои достоинства, а не только одно.

Кончилось дело тем, что я взглядом попросил Нарима посодействовать, и тот, пряча усмешку в усы, рассказал Вике, какой дикий ажиотаж подняли эти слухи среди молодых незамужних девушек Ирхона. По его словам, девицы «на выданье» пару дней носились по городу в поисках тех, кто действительно видел сережку в моем ухе, и с надеждой переспрашивали – а не почудилось ли им? Это, а также нежное поглаживание кисти окончательно успокоили девушку, и щекотливая тема была благополучно закрыта.

Рассказ о дальнейших событиях растянулся на час с лишним. Конечно, я мог бы отвертеться от расспросов или выдать сжатую версию, но понимал – друзьями в этом мире нужно дорожить и не расстраивать их по пустякам. А гномов после подсказки Дара я уже внес в этот список и потому не считал обременительным удовлетворить их любопытство. Когда же моя история подошла к концу, Нарим предложил позавтракать вместе с ними. Само собой, я отказался, пояснив, что мы перекусили по дороге, и поспешил откланяться, чтобы не стеснять хозяев. Пожелав на прощанье разных благ и пообещав через два дня снова заглянуть в гости, мы покинули гномью обитель.

Имея в кармане полторы серебрушки, задерживаться в Ирхоне смысла не было. Вика с Лисенком это понимали, и когда я объявил о том, что мы идем к ближайшим воротам, лишь печально вздохнули, заставив меня ухмыльнуться. И зачем так расстраиваться? Вот лично я доволен, как слон, – за пару часов удалось разобраться со всеми намеченными делами. А то, что не удалось купить кучу шмоток и всего прочего – не беда! Сходим за оставленным неподалеку добром, разживемся деньгами и обязательно наверстаем упущенное!